Виктор Моключенко - Ретроспект: Исток

Путники поспешили за сухощавой фигурой в камуфляже. Идти было страшно, аномалий было столько, что казались они наползают одна на другую. Големы высвечивали сплошной массив, но лесник уверено и юрко протискивался между ними, поднимаясь по склону с пожухлой травой. Один из путников заметил краем глаза размазанную тень, скользящую сбоку, но времени вести прицельный огонь не оставалось, на небе собрались багровые тучи и поднялся ветер - до прорыва осталось всего несколько минут. Запыхавшиеся путники нагнали юркого Ириса, изучавшего хутор через оптику.

- Слушайте сюда. Тут есть подвал, где можно переждать прорыв, но до хрена упырей и часто бродит доминус. Если замечу, что кто из вас отдал мозги – стреляю без предупреждения.

Путники кивнули и, прикрывая спины, вошли в ветхий хуторок, освещенный струящимся с неба тусклым светом. Из какой-то щели послышалось резкое сопение, и Коперник срезал веером из грозы набегающего упыря. Тот кувырнулся в воздухе, врезавшись в темное, поеденное древоточцами бревно покосившегося дома. Ирис добил упыря контрольным в голову, и канул в темноту:

- Да шевелитесь же, сейчас бабахнет!

Големы держали ровное изображение, и путники быстро пролетели через провал в стене к откинутой крышке люка и спрыгнули вниз, откатываясь от спуска. Как только последний оказался внутри, Ирис закрыл крышку на запорный механизм, что-то щелкнуло и в темноте вспыхнуло пламя.

- Ну, гости дорогие, не жмитесь у дверей, вытирайте ноги, присаживайтесь, места много, лавки широкие, даже спать можно. Рассказывайте - откуда, куда, зачем?

Коперник сел к столику напротив лесника:

- Я майор Коперник, уполномочен Кречетом вести с переговоры о заключении мира.

- Ирис – кивнул лесник - звания нет, сами знаете у нас тут без чинов. Каждый делает свою работу, а все звания мы оставили там, за Периметром. Мир говорите? Так часто бывало, после заключения мира все летело псу под хвост и начиналось по новой. Какой смысл заключать перемирие, что бы опять его нарушать? Взять хоть последний случай…

- Ирис – тяжело склонился над столом Коперник – мы все это знаем, готовы полностью взять всю вину на себя и пойти на мир на любых условиях. Даже сдаться, если это потребуется.

Леснику иронично взглянул на Коперника:

- Интересно, очень интересно, что же такого случилось, что гордый Путь готов сдаться Лесным? Удивите меня.

- Удивлю - Коперник полез в карман, вытянул голем и протянул Ирису – узнаешь?

- Вроде как голем, только на кой мне испорченный?

- Присмотрись внимательнее - это спящий голем, без носителя.

- Я заметил на вас эти цацки, только лесникам они до лампочки и без них неплохо обходимся.

- Менталы! Даже среди лесников вас горстка, а големы у нас у каждого. Их столько, что хватит на всех лесников.

- И откуда они у вас? – насторожился Ирис, прислушиваясь к раскатистому гулу. Аргус передавал всполохи и ветер пригибающий деревья. Прорыва он не боялся, ему, исконному обитателю Зоны, тот не вредил. Пес свернулся над люком в чуткий клубок, пережидая непогоду.

- От руководства службы Пространственной Обороны. Вчера мы вернулись от Периметра, где нам вручили и големы и надежду. Похоже, нашему заточению пришел конец. Мы имеем доказательства того, что «облачный мост» это не просто явление природы, не аномалия, а некий механизм, которым кто-то руководит и намерены найти этих «кто-то».

- Это правда? – в глазах Ириса стояло сомнение.

Коперник кивнул Варягу, и тот положил перед Ирисом пакет документов. Тот с минуту их изучал, а потом отодвинул:

 - Мы можем напечатать не хуже. Нужно что-то более весомое, чем сухой приказ.

- Есть и более весомое – Коперник к чему-то прислушался – ты ведь Федосеев, так? Степан Федосеев?

 - Федосеев, и что из того? – недовольно насупился Ирис.

- Пляши, Федосеев - тебе письмо из-за Периметра. Или может оно тоже подделка и мне бросить его в огонь?

Ирис перехватил руку майора, тот ухмыльнулся, отдал конверт и повернулся к бойцам:

 - Накрывай стол, ребята, угостим рядового Федосеева, чем Бог послал, да и самим пожевать не грех. Кто знает насколько затянется прорыв, а переговоры легче вести на сытый желудок.

Путники оттянули от угла стол, застелили пленкой и стали выкладывать снедь. Коперник увидел, как по щекам ментала текут слезы и отвернулся. Более весомого доказательства не найти. Им просто повезло, что Федосеева еще помнили, ждали. Письма они ведь тоже, пришли далеко не всем. Сколько лет прошло, кто-то умер, так и не дождавшись их возвращения, да и ждут ли тех, кто объявлен погибшим при исполнении? Бывшие офицерские жены сняли траур, и вышли замуж, дети выросли без отцов, помня только по смутным воспоминаниям и фотографиям в потрепанных семейных альбомах с неровной бумагой, со следами дано высохших слез. Но большинству письма пришли, ведь уходили совсем зелеными мальчишками, поднятыми по тревоге и закинутыми волей судьбой в Зону, превратившись за десять лет в суровых, битых жизнью мужей выдавших такое, что не снилось в самых страшных кошмарах.

Майор, краем глаза наблюдавший как Ирис в бликах костра читает письмо, покивал головой:

«Зона, Зона, что же ты с нами сделала, переломала, перекроила под себя, по собственному образу и подобию, забирая право быть человеком. Да и люди ли мы теперь?»

Долгими ночами под вспышки точно такого вот прорыва в казармах велись дискуссии на тему, что же, собственно, с ними произошло и что будет дальше. Было множество предположений, от вполне разумных до бредовых, хотя Зона сама являлась живым противоречием многих законов бытия, по крайней мере, в человеческом их понимании. Потому, не смотря на многочисленные опасности, путники старались попасть в отряд по зачистке Экс-один, и иметь возможность перекинуться парой тройкой фраз с Шуманом и его ассистентами, которые на каждый вот такой финт имели твердое научное мнение. Слушать их неподготовленному человеку, не побывавшему в их бункере в томительные часы ожидания, когда от далеких строений плывет едкий туман и все вибрирует от включённой на полную мощность «сферы» было тяжело. Как заведут тарабарщину на своем, псевдонаучном, то без литра «лозы» и не разобраться. Почему псевдонаучном? Да потому что все строилось на предположениях и допущениях. И ведь как складно у них получается, один в один, но все больше в теории. Хотя, чего греха таить, многое они сделали для путников. Взять те же аптечки - без них, ой как худо бы пришлось. Даже у вояк они под строгую роспись, а Шуман распотрошил одну, и приладил к ней универсальный диагност, что сам выдавал заключения и вводил нужные препараты, производимые профессором. И ведь не пожалел, старый сухарь, целый бокс для этого, ценную аппаратуру наружу выбросил. А сырье, да этого сырья целая Зона, успевай только подносить! Вот и прут сталкерюги Шуману все что надо, а он списочек на двери прикрепил - что требуется, и на что меняет. Лекарства у него не были не хуже, чем за Периметром, а совсем даже наоборот. Как-то один сталкерюга одну вот такую аптечку с диагностом военным продал, так что после этого началось! Военных засыпали требованиями от научных институтов провести в Зону экспедицию для детальных исследований, или силой доставить Шумана за Периметр. Вот ведь яйцеголовые, скольких уже сжевала Зона, а все равно ведь лезут! Но в скором времени шумиха схлынула, военные облегченно вздохнули и стали производить универсальные аптечки с диагностом Шумановского образца. Через сталкерскую сеть вручили профессору грамоту о присвоении ему Нобелевской премии, на что тот весьма неучтиво посоветовал многим светилам этой самой грамотой подтереться, добавив, что у них не хватит средств по каждому его открытию консилиумы собирать. Военные, рассудив здраво, что идти туда далеко и опасно, посоветовали оставить Шумана в покое в его НИИ Экс-один, по названию значит местности, так как сам профессор покидать его не желает.

Коперник поправил ремень и подошел к столу:

- За мир! И что бы нам стрелять по общему врагу, а не в друг друга!

Ирис выпил «лозу» и поднял на майора глаза:

- Отчего такая уверенность, что мы найдем этих ваших «кто-то»? Десять лет ни слуху, ни духу и вот на тебе – этакие всемогущие хозяева Зоны. Откуда такая «достоверная» информация?

- От Звездочета, знаешь такого?

- Кто же не знает Звездочета, он в каждую дыру норовит нос засунуть. Стало быть, он раскопал?

- Он – кивнул Варяг, но не сам, читал же «особый разведывательный отряд», мы эти крохи по частям собирали, пока не стала мозаика вырисовываться. В последние дни вообще, словно небо на землю упало: появился «облачный мост» из него выехал грузовик с людьми, и мы подобрали одного уцелевшего, Звездочет подобрал.

- А что подбирать то? – заинтересовано  подвинулся ближе Ирис, сразу забыв про еду.

- Вот тут и начинается самое интересное. С той стороны «моста» по грузовику кто-то выстрелил, будто молнией пропекло, плазменное оружие в действии - как ни крути, у нас такого нет. Стало быть, есть у тех, кто догонял.