Валентин Леженда - Не убоюсь я зверя

— Ты уходишь? — встревожилась Тия. Она уже не так боялась меня, как раньше.

— Я скоро вернусь, — заверил ее я.

— Я боюсь, здесь так… неприятно.

— У нас нет другого выхода.

— А что, если за ней все-таки придут? — засомневался Сандерс.

— Если это случится… — я обвел взглядом собравшихся вокруг людей, — я прошу вас ни в коем случае не вмешиваться.

Я присел рядом с Тией.

— Послушай, я оставлю с тобой одного из помощников, он защитит тебя, если что. Главное, ничего не бойся.

— Пожалуйста, не уходи.

— Не могу. Один я мало что способен сделать, мне нужна помощь друзей.

— Ну так свяжись с ними отсюда, я знаю, ты можешь.

— Нет, я боюсь, что тогда наши враги смогут вычислить тебя.

Я перестроил одного из помощников, переведя машину в режим круговой защиты.

— Не бойся его, он постоянно будет рядом, — сказал я девочке и повернулся к Сандерсу: — Не пытайтесь подходить к ней ближе чем на два метра, иначе он уничтожит каждого, кто переступит невидимую границу.

— Я понял! — хмуро кивнул ментор. — Скажи, что происходит на поверхности? Тот человек, которого ты привел с собой, мало что знает.

— Все рушится, — ответил я, — намного быстрее, чем мы думали. Ты был прав, у вас под землей намного безопаснее. Вот только… не знаю, что будет с вами, когда то, что творится наверху, докатится и сюда.

Старик кивнул:

— Ни о чем не беспокойся, мы присмотрим за девочкой.

То была наша последняя встреча.

Выбравшись на поверхность, я огляделся.

Снова шел дождь. Вокруг царила непроглядная тьма. Лишь одиноко светилась вдалеке рекламная вывеска. Я попал в один из неблагополучных районов, в зону боевых действий.

Но, честно говоря, мне было наплевать.

Включив режим ночного зрения, я попытался отыскать по сетке Танатоса. Это мне удалось с первой же попытки.

— Чего тебе? — недовольно осведомился коллега.

— Нужно встретиться.

— Потом, я надрался, поговорим завтра.

— Нет, сейчас!

— Да что ты ко мне привязался!

— Ладно… забудь…

— Паромщик… да подожди ты… не отключайся… Я уже иду.

Связь прервалась.

Я попытался найти Клото, но безуспешно.

Пройдясь по улице, я уселся прямо на тротуар и стал ждать. Дождь усилился, разъедая покрышки брошенных на произвол судьбы наземных автомобилей.

Контроллеры климата в этой части планеты не работали.

Танатос появился довольно эффектно на сияющем бортовыми огнями грузовом куттере. Воздушный грузовик с эмблемами «Импланты» на бортах плавно сел прямо посреди улицы.

Створки заднего отсека раскрылись.

— Эй, давай сюда! — крикнул изнутри Тан. — Или тебе больше нравится мокнуть под кислотным дождем?

Я взбежал по опущенному трапу.

— Классное корыто угнал, молодец!

— Угнал? — фыркнул Танатос — Да ни хрена! Слот изъял весь корпоративный автопарк для нужд Домината. Получается по тысяче мобильных единиц на каждого из нас. Каково, а?

— Совершенно бредовая идея.

— Я тоже ему об этом сказал, и то, что он мне ответил… лучше не повторять… Говори, чего звал?

Я уселся в глубокое кресло рядом с пилотским.

Танатос неторопливо прохаживался по трюму куттера, рассматривая вскрытые ящики с запчастями для андроидов.

— О, гляди, Паромщик! — Он радостно продемонстрировал мне синтетический женский торс — Как тебе такие штуки? Пожалуй, мы сможем прямо сейчас собрать себе здесь по подружке. Жаль только, что выпивку я не догадался прихватить…

— Разговор у меня к тебе серьезный, — предупредил я.

— Ну так валяй давай! Что сидишь?

— Не знаю, с чего начать.

— Начни с самого главного.

С самого главного? Ну ладно…

— На протяжении многих столетий на нашей планете существовала легенда о том, что однажды в наш мир придет человек, от которого будет зависеть все.

— Все, это как? — спросил Танатос, с видом большого знатока изучая стройную женскую ножку в пластиковом контейнере. — Черт, сплошные правые.

— Перестань валять дурака.

— Ну хорошо! — Тан прошел в кабину и сел в кресло пилота напротив меня. — Ты сказал, что существует легенда о человеке, от которого все зависит. Кто он?

— Обыкновенный человек… точнее, не совсем… У него есть некие… даже не знаю, как это назвать… ну, скажем, способности… Понимаешь, от него будет зависеть судьба всей нашей планеты.

— Не понимаю.

— Да я, собственно, тоже… — неохотно признался я. — Но, кажется, легенда сбылась.

— Ты о чем?

— Я нашел его. Это девочка десяти лет. Она еще не знает, какой силой обладает. Она — это мы все. В ней весь наш мир.

— И ты действительно веришь во всю эту ерунду?

— Поначалу не верил, но потом… ее ищет СБ.

— Зачем?

— Триумвират желает заполучить ее себе. Нужно объяснять, для чего?

— Нет, не нужно. — Танатос задумчиво теребил мочку уха. — В то, что ты рассказал, трудно поверить. Если бы мне выдал подобное кто другой, я бы решил, что у него поехала крыша. Но, зная тебя, Паромщик… Почему ты молчал раньше?

— Я не был уверен до конца.

— И когда же ты уверился окончательно?

— Когда уложил взвод эсбэшников, пытавшихся ее захватить.

— Ты прав, Триумвират никогда бы не стал интересоваться ею, если бы легенда была обманом. Где она сейчас?

— В Подземном городе. Я оставил вместе с ней одного из помощников.

— Я бы поступил так же. Что требуется от меня?

— Помоги мне спрятать ее, один я не справлюсь, а два доминатора уже кое-что.

— Два доминатора уже целая армия! — возразил Танатос, хлопая рукой по приборной доске кулера. — Ее появление как-то связано с посланиями?

Честно говоря, такого вопроса я не ждал.

— Не знаю. Тот, кто их посылает, утверждал, что не имеет к ней никакого отношения. Но разве можно ему доверять?

— Может, стоит поискать упоминание о ней в Библии?

— Может, и стоит, — согласился я, — но ведь там сплошная аллегория. Толковать текст можно по-разному, причем до бесконечности.

— А ты все-таки попробуй.

— Я бы попробовал, вот только времени уже нет.

— Ладно. — Тан проверил обойму. — Давай заберем ее…

Мы воспользовались теми же воротами, что и в прошлый раз, когда спускались в Подземный город по следам «саранчи».

С тех пор очень многое изменилось.

А ведь прошло всего несколько дней.

— Так оно в жизни всегда и бывает, — согласился Танатос, когда я поделился с ним своими мыслями. — Любая, даже самая сложная система создается годами, а рушится за несколько часов.

— Не в этом ли показатель ее ущербности? — усмехнулся я.

— Возможно… — задумчиво кивнул Тан. Подъемник, опускавший нас в недра земли, остановился. Двери раскрылись. Мы вышли.

— У меня сохранилась запись нашего предыдущего пребывания здесь, — сообщил Танатос. — Как в прошлый раз блуждать не будем. Где ты оставил девочку?

Я передал ему координаты.

— Ага, понятно… тут недалеко, во внутренних пещерах.

— Что-то произошло… — сообщил я, вовсю гоняя своего «Циклопа». — Я не чувствую одного из помощников!

Тан насторожился:

— Того самого, которого ты оставил здесь?

— Того самого.

Мы поспешили в глубь пещер и через несколько минут уже были в черте жилого сектора. Всюду лежали тела.

— Я же предупреждал их…

— Эсбэшники! — презрительно бросил Танатос, подбирая гильзы. — Они все-таки опередили нас.

— Но ведь я оставил ее всего лишь на час.

— Иногда и часа достаточно, чтобы изменить все… Смотри! Останки твоего «жнеца»! Профессионально они его разделали. — Тан присвистнул. — Так, что он даже не смог себя автоматически восстановить.

Я шевельнул перчаткой, посылая мысленную команду.

Разрозненные обломки ожили, мгновенно собравшись в единый механизм.

Я повернулся к Танатосу:

— Теперь ты мне веришь?

— Теперь да, — хмуро кивнул напарник. — Эсбэшники не могли такое с ним сотворить, тут действовали доминаторы. Человек пять, меньше бы с твоим помощником не справились.

— Игра пошла по-крупному.

— Естественно, раз они нарушили свой нейтралитет.

Я искал среди убитых Сандерса, но так и не нашел его. Может, ментору и удалось уцелеть, кто его знает. Но почему они не послушались моего совета, почему вмешались?

Ведь это так глупо.

Или они тоже верили?

Теперь уже не узнать.

— Здесь нам больше нечего делать, — произнес Танатос — Не беспокойся, Паромщик, мы вернем ее, я тебе обещаю!

— Ну разумеется… — усмехнулся я, — ведь два доминатора уже армия.

Дождь прекратился.

Вместо него с неба сыпался пепел.

— Что, снова? — не поверил своим глазам Тан. — Так быстро? Ведь после последнего «нарыва» не прошло еще даже месяца.

Я растер невесомые серые хлопья в руке.