Семь Нагибов на версту часть 5 - Тимур Машуков

Что? Вы хотите помощь друга? У вас тут нет друзей. Зрительного зала? Так посмотрите в имперской сети — но там мнения разделились. Да, у нас есть пятьдесят на пятьдесят. По вашему желанию убираю два неправильных варианта и оставляю Б и Г. Две принцессы, две прекраснейших представительницы своих родов. Так кому же из них сделал столь привлекательное с его точки зрения предложение Алеша Лопухин?

Эй Рудик, але!!! Не вздумай там помирать!!! Я даже отсюда слышу, как бешено колотится твое сердце. И не хрипи в трубку — я не могу различить слов. А пока ты думаешь — жаль, что эта черта у вас не наследственная, — твой глупый джигит решил усугубить ситуацию. Поняв, что ему отказывают, он не придумал ничего лучше, как оскорбить мою любимую сестру!

Да, прям так и сказал — мол, она у вас всех в поместье со*ала, в постели бревно, и вообще, имел он всех Нагибиных во все места в общем и меня в частности. А ты ж меня знаешь — я к однополым связям крайне отрицательно отношусь. А тут меня, да при всем честном народе в таком обвинили!

Ну а потом Алешенька, уже понявший, что скоро помрет по причине возгорания, решил объявить мне войну родов. Почему не имел права? Он привел в качестве аргумента какой-то пункт вашего родового устава. Тайная канцелярия подтвердила это. Вот, собственно, и все. Условия он так же озвучил — ну да ты про них наверняка уже знаешь.

Так что? Время вышло — кого предложил поиметь, перед этим смертельно оскорбив, твой сумасшедший сын? Напоминаю, на кону ставка — триста миллионов рублей, доходное предприятие на выбор и жизнь Алешеньки.

Что? Я не понимаю тебя, родной. Ты громко хрипишь — слов не разобрать. Ну да ладно. Хоть и нет у тебя тут друзей, но ты мне стал за эти дни ближе, чем папа родной, так что я тебе помогу и уберу лишний вариант. Итак, барабанная дробь… Твой красавец предложил секс без обязательств в грубой форме и с оскорблениями… Вариант Б — Елизавете Романовой!!! Все дружно радуются пожару в твоем поместье!!!

Увы, вы проиграли, и приз, оплачиваемый вами, уходит к ведущему, то есть, мне. Я прям через трубку слышу твою радость, Рудик. А теперь порадуй меня банковским переводом и списком всего твоего имущества. Насчет извинений я еще подумаю. Ну, или не порадуй, но тогда я приду и заберу вообще все. И не забывай — тебе еще с Ее Высочеством разбираться. А она очень расстроилась, и учти, она не такая добрая, как я.

Да, именно так и сказала — сравняю, мол, поместье Лопухиных с землей. И я тебе даже помочь не могу, потому как она ушла — наверное, грабли искать. Ими же удобней всего равнять, чтобы ты знал.

Так что ты мне на это все скажешь, Рудик? Часики тикают, проценты растут, а мое настроение ухудшается. Что скажешь?..

Глава 17

…Встретиться хочешь? Ну давай, подъезжай в торговый центр. Я тут как раз нахожусь. К тебе? Нет, не поеду. Я ж такой… Увижу чего, захочу себе, а ты не отдашь. Потом война, а оно нам надо? Ну ладно, ты и мертвого уговоришь. Давай ко мне, ну скажем, через час. Время-то уже позднее, а у меня режим. Рано спать ложусь… Ну вот и договорились — приезжай, гость дорогой, буду ждать.

Я положил трубку и с удовольствием посмотрел на свой цветник, который мирно кушал, разговаривая шепотом, чтобы мне не мешать. Ну разве не умницы? Вижу же, что им любопытно, а ничего не спрашивают. Правильно. Захочу, сам расскажу.

Так что мы вполне комфортно закончили ужин, после чего, нагруженные пакетами, сели в машину и поехали домой.

Девчонки разбежались по комнатам и обещали, как только я освобожусь, устроить показ нижнего белья. И я сразу же захотел освободиться. Но не дали.

Сначала прилетел Симуэль — весь такой воинственный. Я аж загляделся, честное слово! Потом прискакал Эндрей, держа бумаги с чуть размытыми надписями. Подозреваю, что это он их слюной залил, решая, что можно отжать у Лопухиных. Потом заявились Стеф с Авророй и бурно присоединились к обсуждению того, чего с них можно поиметь. В этом нам равных нет — как чего урвать, так мы первые тут стояли.

Ну, и под занавес явился Лопухин в сопровождении своего нервно вздрагивающего сыночка, сурового на вид дядьки и десяти архимагов рода, которых на территорию поместья не пустили, оставив снаружи. А чего он вообще всех гвардейцев не прихватил? Война родов еще не началась, и мы никого убивать не собирались, если, конечно, сами не спровоцируют. Мы никогда не нарушали договоренностей, хотя все считали иначе. Но предъявить нам, кроме пустых слухов, ничего не могли и бесились от этого еще сильней.

К нам в кабинет всю троицу провели наши бойцы, обвешанные по такому случаю боевыми артефактами, от света которых в магическом плане слезились глаза. Их напряженные и испещренные шрамами лица выражали суровую решимость анально покарать любого, на кого укажут. Добрые они, даром, что злые, как питбули.

Взаимные приветствия, легкие расшаркивания и рассаживания по разным сторонам. Мои все справа, потому что наше дело правое и победа будет за нами. Они слева — оттуда легче сбежать, выбив окно. Чай на травах с печеньками для снятия стресса и налаживания диалога зашел на ура.

Лопухин молчал, не зная, с чего начать разговор. Я тоже не проронил ни слова — начавший первым заведомо оказывается в проигрышной позиции.

Остальные ждали, пока выскажутся главы родов. Мне даже было немного смешно — я, можно сказать, пацан, самый младший из всех, держу их всех за гениталии и потихоньку сжимаю кулак. И они ни черта мне сделать не могут. Хотя вру — могут. Пресс работает на деньгоприводе. Кидаешь в него крупную купюру, и давление сразу ослабляется.

Наконец прибывшая сторона решила, что многозначительная пауза чересчур затянулась, и чем дольше они будут молчать, тем меньше у меня останется терпения. А то, что Нагибины в принципе не любят ждать, было известно всем.

Родик посмотрел на сурового дядьку, и тот передал ему папку с документами.

— Ямир Ярославович, — торжественно начал он. Ого, мой статус в его глазах повысился? Приятно. — Мы всесторонне изучили начавшийся конфликт, — бросил он полный ярости взгляд на сына, —