Новая Инквизиция IV - Михаил Злобин

— Но ведь для женского же тела…

— Для любого! На, сам понюхай.

Девушка сунула мне под нос флакончик, предлагая оценить аромат. Ну вроде нормально пахнет. Какой-то фруктовый букет с нотками свежести и сладости. Не мой вариант, конечно, но если Марине так будет спокойней…

Я смиренно закрыл глаза и раскинул руки, предлагая подруге творить со мной все, что посчитает нужным. И она распылила передо мной целое облако спрея, а потом заставила сквозь него пройти.

— Ну вот, уже другое дело, — заключила Маришка, водя носиком вокруг меня. — Ну что, идем?

— Идем! — изобразил я энтузиазм и предложил своей спутнице локоть.

Она ухватилась за него с видом светской львицы и потянула меня к зеркальным дверям какого-то дорогого, судя по всему, ресторана. Пока мы шли, я имел возможность полюбоваться нашим отражением. Должен признать, меня зрелище впечатлило. Рубашка и брюки очень подходили под мою откормленную на высокобелковой диете и гормональной терапии фигуру, подчеркивая округлость плеч и ширину спины. А про мою избранницу даже и говорить нечего! Ее стильная укладка, яркие губы, свежий маникюр, туфельки на шпильках и легкое летнее платьице заставляли каждого проходящего мужика шею сворачивать. Даже мой грозный силуэт рядом с этой красавицей не останавливал взгляды отчаянных самцов.

— Доброго дня и добро пожаловать!

Швейцар, ну или как он тут назывался, в ослепительно белой сорочке и иссиня-черной жилетке распахнул перед нами двери и разве что не поклонился при этом. И вот только сейчас во мне зародились какие-то смутные то ли опасения, то ли подозрения насчет родителей девушки. А что, собственно, я о них знаю? Как оказалось — ничего. Но судя по выбору места для знакомства с парнем своей дочери, они явно не бедствовали.

Хм… а ведь и Марина к своим годам вряд ли бы накопила на собственную квартиру в Отрадном. Тем более что трудового стажа, как она сама мне признавалась, у нее всего ничего. Да и жилой комплекс в котором она поселилась, насколько я могу судить, вполне добротный и явно не из дешевых. Плюс шаговая доступность метро стоимость едва ли не кратно повышает. Выходит, жилплощадью ее родственники обеспечили?

— Рад видеть вас в нашем заведении, меня зовут Никита, — прервал мои измышления статный молодой человек за стойкой хостес. — Позвольте поинтересоваться, вы заказывали у нас столик или желаете подобрать место?

Этот причесанный красавчик мне сразу не понравился. Во-первых, несмотря на то что его бархатистый и густой бас насквозь был пропитан заискиванием и подобострастием, где-то в глубине души он ненавидел каждого гостя, который входил в эти двери. Во-вторых, мою Марину он окинул таким хищным взглядом, с каким кот смотрит на синичку, свалившуюся в крынку со сметаной. И хоть он очень старался спрятать его за маской услужливости и дружелюбия, от меня это не укрылось. В-третьих, в мой адрес местный распорядитель плеснул почти неуловимой, но все же завистью. Хотя, нет, ошибаюсь. Неуловимой она как раз-таки была для моей глуховатой эмпатии. Но коли уж даже она сумела учуять этот всплеск, значит, вспышка внутри него была о-го-го какая! То ли он считал, что моя спутница слишком хороша для такого как я, то ли оскорбился, что мои плечи шире, нежели у него. Да, есть такой странный заскок у некоторых самцов, стремящихся компенсировать недостаток своего доминирования в социальной сфере, физическими кондициями.

— Нас должны ожидать в зале, — ответила моя возлюбленная, прижимаясь ко мне теснее. Кажется, она тоже разглядела в глубине с виду угодливых глаз Никиты легкую гнильцу.

— Одну секунду, я уточню!

Парень быстро сверился с записями в своем планшете, не спросив у нас ни имен, ни номера столика. А затем вышел из-за стойки и предложил проследовать за ним.

— Ну что, ты готов? — шепотом спросила меня девушка.

— Я-то готов, — чуть громче пробормотал я. — А ты сама?

— Э-э-э… не уверена. И еще, Юра… знаешь что?

— Не-а…

— Я вот только поняла, что не рассказала маме с папой о том, что ты инфестат…

Глава 19

Хостес Никита вел нас сквозь кричаще роскошный зал, в который я никогда бы не зашел по собственной воле. Тут было как в музее, посвященном девятнадцатому веку. Серебристые скатерти, блики хрустальных люстр, стулья из черного дерева и белого бархата, замысловатый узор мраморной плитки на полу… Сдается мне, что за цену одного блюда в этом ресторане я бы мог питаться дома целую неделю. Это с учетом конских потребностей моего стодвадцатикилограммового организма. И если раньше у меня где-то в глубине души еще сохранялись сомнения насчет высокого благосостояния родителей моей пассии, то сейчас они окончательно умерли.

Большинству гостей не было дела до нашей колоритной парочки, но несколько столиков все-таки проводили нас долгими изучающими взглядами. Ощущение возникло такое, будто рентгеном просветили. Однако волновали ли меня вся эта блистательная обстановка и внимание местных мажоров? Да нисколько. Тот Юрий Жарский, которого это могло озаботить или смутить, умер прошлой зимой. Теперь же я на любые вещи смотрел под иным углом, с высоты других приоритетов.

Хотя ладно, признаюсь: родители Маришки меня все-таки очень даже беспокоили. Молодая красавица была мне небезразлична, и сегодняшний ужин имел для нее большое значение. Поэтому я не должен ее разочаровывать. Если она побоялась признаться отцу и матери, что встречается с одаренным, значит, у нее имелись на то основания. Но вот мне-то как поступить? Рвать быстро и с болью, как присохшую к ране повязку, или сначала узнать, что они за люди?

— Юра, — тихо позвала меня спутница, — я тебя умоляю, не молчи.

— Уже поздно говорить, Мариш, но не переживай, все будет нормально.

— Ой… надеюсь на это…

Наша едва слышимая беседа угасла, когда Никита подвел нас к столику, за которым сидел дородный мужчина с выдающимся животом и его худенькая спутница. Одеты они были, вроде как, по-богатому, в тон местному окружению. «Вроде», потому что я не умел разбираться в шмотках и определять их стоимость на глаз. Хотя целая гора крупных украшений, нацепленная на женщину, смотрелась дороже моей квартиры.

— Привет, мама, здравствуй папа! — натянула на лицо нервную улыбку Марина. — Знакомьтесь, это мой молодой человек. Его зовут Юрий.

— Радостно наконец с вами встретиться лично, Юрий! Владимир Викторович, к твоим услугам.

Мужчина, прежде чем представится, важно кивнул мне. А потом протянул ладонь для рукопожатия, но почему-то предпочел не вставать при этом со стула.

— Взаимно, — по-армейски коротко ответил я.

— Марина много о вас рассказывала, — заговорила женщина, тоже подавая мне руку, только на дамский манер, тыльной стороной вверх. — Признаться, в жизни вы выглядите даже еще больше,