Одиночный рубеж (СИ) - Ферр Алекс

Это уже интересно. Слова феизаставили задуматься. Непонимающе уставилась на темноволосую жрицу и Антея. Видимо, её как раз таки всё устраивало.

– Антея, у тебя те же претензии? – я подошёл к девчонкам вплотную и погладил рыдающую жрицу по взъерошенной макушке.

Рыженькая пожала плечами.

– Гай Рон меня не обижает, – мягко улыбнулась она. – У нас все по любви.

– По любви, как же, – вытерев глаза, пробурчала брюнетка. – Он тебя один раз пользует, перед сном, а ты и рада. Дрыхнешь как цурул после брачного периода, никакими звуками не разбудить. – Антея захлопала ресницами, наконец понимая, что происходит с подругой. – А потом он меня.. Второй, третий, четвёртый… И если бы только на четвёртом забеге он успокаивался, а так до самых предрассветных сумерек мучает. Лорд, прошу, освободи меня из-под опеки Гая.

Я задумался. По идее, строй у нас не рабовладельческий. Да и изначально Дафния могла бы от него зависнуть где-нибудь в кроне, фиг бы добрался. Но нет, фея предпочла отдаваться до последнего, до точки кипения.

– Я поговорю с Селестой, – немного подумав, ответил я. – Кажется в нашей ситуации только она сможет помочь.

– Точно… – переведя заплаканный взгляд с меня на стену кузни и окончательно успокоившись, откликнулась фея.

– Я завтра уезжаю, ты сама с Селестой пошепчешься, или мне?

– Сейчас слетаю, – непокорная брюнетка поднялась, взмахнула прозрачными, мерцающими во мраке кузни крылышками и упорхнула, не сказав нам с Антеей больше ни слова.

– Я не знала, что она страдает, – выдохнула рыженькая жрица, раскладывая по местам разбросанный инструмент рыцаря. Полагаю, она просто хотела чем-то занять руки.

– Я тоже. Возможно, всё решится безболезненно, поэтому давай пока Рона в известность ставить не будем.

– И что вы хотите от меня скрыть??! – громоподобным голосом известил нас о своём присутствии Гай. – Чего это я знать не достоин?!

Антея поджала губы и с виноватым видом уставилась себе под ноги.

– Я хотел, чтобы ты поставил нашим цурулам что-нибудь поприличнее убогого загона, – выкрутился я, не желая касаться интимной темы. – Но пока не съезжу в Алесун, точно не знаю, нужно ли нам это. Ты и так много чего переделал за последнее время.

Гай нахмурился, чувствуя подвох. Морщины на лбу неперевоплощённого грифона сложились в несколько резкоочерченных линий, информирующих посторонних об усиленной работе разума. Через некоторое время его лицо разгладилось, и рыцарь просиял:

– Точно! Яйца цурулов! Совсем забыл про птиц! – Гай подхватил на руки Антею и закружил, не преминув смачно поцеловать фею в щёку. – Ты моя умница!

Я ретировался, пока в ход не пошли наводящие вопросы. С цурулами Рон разберётся сам. Как и с Антеей.

По большому счёту, всё важное я уже с соратниками обсудил. Останется только собрать всё, что готово на продажу и утром следующего дня двигать в прекрасное далёко.

Селеста с Дафнией о чём-то шушукались, сидя за столиком, который любезно поставил для нас рыцарь. Обе были довольны как объевшиеся анаконды, щёки феи тронул румянец, и как я понял, шаманка всё же сможет решить проблему.

– Дафния, покажи мне ветку, на которой стоят корзины. – Темноволосая жрица Древа подорвалась, кивнув Селесте, и взмыла вверх. Я, выдохнув, полез по стволу вслед за ней. На самой нижней ветке, метрах в пятнадцати над землёй, аккуратно, по пять лотков в ряд, был составлен собранный урожай. Не обманули. Ровно пятьдесят корзин.

Хотя, корзинами ёмкости было назвать сложно. Плотные кубышки, в которых лежали яблочки, походили больше на огромный болгарский перец со срезанной крышкой, разве что цвет – не стандартный жёлтый, зелёный или красный, а молочный, с лёгким налётом синевы.

– Вы хорошо потрудились, – сказал я, внимательно оглядывая Дафнию. – Я доволен.

– Мы очень старались. Почти весь день на кроне провели.

– Верю. – Я в уме прикинул, сколько листов по сотне ячеек прибавится у меня за время путешествия. Если по одному листу в день, то выходило три сотни ячеек. Если не буду успевать отправиться в Алесун во второй раз до набега, то и вовсе на сухом остатке будет восемьсот пятьдесят плюс сокровищница. – Как долго они хранятся?

Ох уж этот снисходительный взгляд. Кажется, нет ничего мерзопакостнее того, как смотрят на тебя союзники, когда ты говоришь или спрашиваешь полную чушь. Я опять попал в цель. Ещё немного, и буду натурально звереть, когда на меня будут смотреть подобным образом.

Традиционное десятисекундное молчание и снова фея пришла в себя, соизволив ответить:

– Плоды Древа хранятся годами и даже столетиями. Пока не откусишь.

Переварив реплику феи, подумал, что яблоки мечта каждого купца. Даже кожа за несколько лет может высохнуть и загрубеть, железо может поесть ржавчина, а яблочкам, надо же, ничего не страшно. Лишь бы не надкусывали.

– Значит так. К моему приезду соберите ещё сто пятьдесят корзин. А лучше все двести.

– Но лорд… – побледнела Дафния, понимая, что работы им с Антеей подкинули на ближайшее время более чем предостаточно.

– Я верю, что вы справитесь. Скажи, Селеста сможет тебе помочь? – не давая возможности выклянчить трудовых поблажек, резко сменил тему я.

Фея будто невзначай поправила причёску и ответила:

– Да. Оказывается, это гораздо проще, чем я ожидала.

– Вот и отлично. Значит, с этого дня наконец будешь высыпаться, а, следовательно сил станет побольше. – Фея кивнула. – Корзины заберу чуть позже. Надо из Хранилища мелочёвку повыкидывать.

– С тобой Селеста хотела поговорить.

– Что-то важное? – Странно. С шаманкой мы болтали совсем недавно.

– Не знаю, – пожала плечиками фея. – В каждой корзине, кстати, по сотне плодов. Это на всякий случай, чтобы ты знал.

– Спасибо за точность, – я действительно не ожидал, что феи разложат плоды с такой скрупулезностью. Я бы с ума сошёл собирать и пересчитывать. – Вы с Антеей настоящие садовые маньячки. С меня подарки.

Фея была явно польщена, и я уверовал в наконец устоявшийся мир между нами. А вдруг?

– Кстати, пойдём перекусим, – спохватилась Дафния. – Уже обед скоро, а мы ещё не завтракали.

Селеста ожидала меня внизу. По напряжённому, серьёзному виду прекрасной шаманки предугадать что-то нехорошее стало несложно. Что там у неё случилось? Бракованная партия эликсиров?

Всё оказалось гораздо прозаичнее. Едва я приблизился, Селеста напала на меня с уговорами взять её в Алесун, что вызвало во мне бурю негодования.

– Не хочу тебя брать с собой. Я еду в первый раз, ещё неизвестно, что нас там ждёт.

Селеста не отступала:

– На это есть ряд веских причин! Я же не на прогулку напрашиваюсь! – эмоционально выпалила она. По горящему взгляду и пламенным речам стало понятно, насколько девушке не хотелось пропустить путешествие.

– Тогда зачем? – Я готов был выслушать шаманку, чтобы объективно оценить, следует ли её брать с собой? Тем более, что седло на цуруле только одно, и вдвоём в нём сидеть будет явно неудобно. Обычную птицу в качестве коня использовать резона нет, она не так быстра, как хотелось бы, и существенно увеличит время пути. Разве что…

– Мне нужно самой пройтись по рынку, – начала Селеста. – Посмотреть, понаблюдать, какие зелья в ходу, что из них смогу сварить. Возможно, подкупить рецепты и ингредиенты.

С таким обоснуем я был согласен. В конце концов, снадобья шаманки, как обмолвился Рон, в несколько десятков раз дороже плодов.

– Продолжай.

– Разве этого не достаточно?

– Пока не уговорила.

Селеста набрала в грудь побольше воздуха и затараторила:

– Ну и ещё одна причина – ты немного плаваешь во многих вопросах. Сдашь все наши труды за бесценок и будешь радоваться. Или по глупости оскорбишь кого-нибудь. Или…

А вот это был уже удар под дых. Нельзя же так принижать собственного лорда. Пусть я молод и неопытен, но всё же не полный дурак.

– Тебе следует быть осторожнее в выражениях, – я помрачнел и больше не смотрел в сторону Селесты. Брать её с собой тоже расхотелось, хоть резон в этом и был.