Я Гордый 6 - Тимур Машуков

— Я Мария-Магдалена де Виньеро дю Плесси, маркиза де Комбале, герцогиня д’Эгийон! Поэтому относитесь ко мне со всем уважением, Ваше Высочество.

— Ох, как вас много, а меня так мало! И что-то я такое про Эгийон слышал. Была какая-то мутная история с вашим кардиналом…

— Это все ложь и происки завистников! — зашипела она. — И опустите меня уже на землю. Даю слово, что не сбегу!!!

— Остальные? — посмотрел на них.

— Даем слово, — эхом повторили они.

— Ну, тогда добро пожаловать в мой плен, — улыбнулся я, освобождая их.

Нет, конечно же, я не боялся. Выше воеводы тут никого не было, да и свобода их была мнимой — эфир контролировался жестко и малейшие его колебания приведут к смерти. Церемониться с ними, несмотря на их хорошенькие личики, я не собирался.

— А теперь ждем, когда все закончится, после чего проследуем в уютные каюты наших кораблей.

Дальше мы вели непринужденную беседу о моде, театре и немного о природе этого живописного места. Темы политики старательно избегали, что меня в принципе устраивало. Я свое дело сделал и, думаю, заслужил еще одну медальку.

Хлопнула пробка, и по бокалам полилось благородное вино, которым я спаивал дамочек, чтобы они сняли стресс. Мы ж аристократы и даже на войне должны вести себя подобающе. Пока крови между нами не было, мне их сложно было врагами воспринимать. Воришками — да, но не врагами. Хотя, я помнил про наемников, но они не проблема. Скоро отправятся на дно кормить рыб. Где они находятся, я уже выяснил.

Попутно я восстановил сожженные волосы герцогине, чему она была очень рада и даже хотела выразить эту радость лично, когда мы останемся наедине. Окинув еще раз взглядом ее аппетитную фигурку, я ответил, что все решаемо, и что я буду рад пообщаться с ней в приватной обстановке на предмет секретных сведений. Ну, в общем, мы поняли друг друга.

Опять прозвучал стук в дверь, который прервал наше культурное общение на том самом моменте, когда алкоголя оставалось все меньше, а вместе с этим и одежды на дамах. Меня уже вовсю соблазняли и интересовались на предмет приватного общения в неформальной обстановке. Но я себя держал в руках — нет, в одной руке — во второй была герцогиня, вполне вольготно устроившаяся на моих коленях и ерзающая по ним.

Быстро прикинув, что за дверью может стоять кто-то из моих родных и любимых с острым режущим предметом в руках, я стряхнул нахалку на стул и лично открыл. Но пронесло — за ней оказались незнакомые дамы и мужики, облаченные в мундиры морского спецназа.

— Забирайте, но отнеситесь к ним со всем уважением, — кивнул я на пленниц. — Разместить в отдельных каютах и охранять.

Спустя минуту в помещении стало пусто.

— Что с захватом?

— Еще идет. Найдены и обезврежены взрывные устройства. Хорошо, что среди служащих не было смертников, иначе тут бы все взлетело на воздух.

— Что сказал отец?

— Его Величество… изволит гневаться. Почему вы не отвечаете на вызовы с браслета?

Пару секунд я откровенно тупил, глядя на нее, мучительно соображая — а действительно, почему? Наверное, потому, что отправляясь на романтическую прогулку, я отключил его, чтоб не мешал. И благополучно забыл про него. До сих пор никак заново к нему не привыкну — в школе-то мы ими не пользовались.

Осторожно, будто боясь обжечься, включаю его, готовясь сразу выкинуть, если попытается взорваться. И он таки взрывается — но не физически, а морально. Жужжит, не переставая, закидывая меня сообщениями и пропущенными звонками.

— Я, пожалуй, пойду, — трусливо слиняла военная, почуяв запах моей паленой задницы.

Прожужжав пару минут, браслет вроде успокоился, и только я с облегчением глубоко вздохнул, как он опять начал. Грозно так, с переливами и знакомыми нотками похоронного марша. Батя звонит — а крутая у нас все-таки связь, даже через толщу камня добивает. Что ж, надо брать, а то возьмут меня — и без вазелина.

— Старший лейтенант Гордеев на связи. Задание выполнено, база практически захвачена, потери уточняются, но вроде все живы.

Я прям физически почувствовал, как он там озадачился. Мой тон явно сбил его с матерного наезда, и он решал, что ответить.

— Подробности! — рявкнул он в итоге.

— Развернутый доклад будет предоставлен в течении часа. Предварительно могу сказать — франки нас грабили много лет, добывая у нас под носом энергоны, которые потом нам же и продавали. Благодаря быстрым оперативным действиям груз, готовый к отправке, захвачен, как и все высокопоставленное командование во главе с герцогиней д’Эгийон.

— Это которая племянница кардинала Флёри? — проявил он осведомленность.

— Так точно. Насколько я помню, он занимает пост министра иностранных дел у франков.

— Значит, его племянница попалась на горячем. Что ж, их долг перед нами сильно вырос. Благодарю за службу!

— Служу России!!! — гаркнул я.

— А теперь, когда я поговорил с тобой как император, я спрошу как отец… Какого… пип… Ты полез в эту… пип… пип-пип… Тебе спокойно не живется⁈ Быстро схватил сво… Пип-пип-пип… и домой!.. пип…

Извините, большую часть речи пришлось запикать — император в гневе несколько несдержан, а тут еще очень переволновался за своего непутевого сына, сумевшего найти приключения на свой зад даже там, где они никогда не находились.

— Через два часа к тебе прибудет адмирал Горчакова из Морской службы безопасности! Все передашь ей, а сам домой. Хватит тебе отдыхать. Приказ понятен?

— Так точно.

— Исполняй!.. Пип-пип-пип!!! — рявкнул он и отключился.

Вот так всегда — вроде и сделал хорошее дело, но почему-то чувствуешь себя виноватым.

— Ваше Высочество, — заглянула ко мне лейтенант. — Мы тут одну персону в плен взяли, так она утверждает, что знает и работает на вас. Врет?

— Знает? — непонимающе моргнул я. Потом догадался: — А-а-а, Люська. Точно. Тащи ее сюда.

Прошло минут десять, и я услышал ее задолго до того, как увидел.

— … Он вас всех накажет! Я его доверенное лицо и, может, даже будущая жена! Нет, ничего такого он не обещал, но намекал на мороженое с орешками. А мы-то с вами знаем, что под орешками понимают мужчины! Н, и под мороженым тоже. Так что обращайтесь уважительно с будущей императрицей, а то я вас потом