Стажёр #2 - Виталий Абанов

не говорил. Достало. Пусть он, Ма, тут недавно и в семью его приняли два месяца назад, все равно он найдет способ достучаться до этого избалованного ребенка. Тоже мне, младший принц Рикио, Крылатый Клинок Клана и Наследник Резного Сонбу. Ма отшагнул в сторону и ударил по столбу подошвой стопы. Столб загудел и Шойчжи наверху выронил яблоко. Опустил глаза вниз и встретился взглядом с Ма.

- Слышишь, ты, наследник. Спускайся вниз и ... - что именно хотел сказать Ма, так и осталось загадкой. Шойчжи скользнул вниз, одним легким движением, словно сделал замысловатое па какого-то танца - встал на ноги рядом с шарахнувшимся в сторону Ма и зашагал к крыльцу отделения полиции, туда, где стоял, потел и врал шериф Броуджан. Обмягшее тело Ма рухнуло на землю, подняв облако пыли.

- Шойчжи... - Антон закатил глаза и схватился за голову: - опять...

- Откуда там взялись солдаты Империи, шериф! - закричал кто-то из толпы. Раздался треск разрядника и в воздухе возникла сине-белая лента молнии.

- Успокойтесь! - шериф поднял оружие и направил его на толпу, то же самое сделал и стоящий за ним полицейский.

Глава 20

Перси и его амазонки сидели в комнате для допросов. По крайней мере именно так называли это помещение приведщие их сюда полицейские. Сперва один из них, белобрысый и с нервно дергающимся глазом, пытался разделить их и убедить надеть на себя наручники, сложить оружие в угол и вызвать адвокатов. После того, как Перси убедительно разъяснил представителю власти, что военнослужащие Империи могут отдать свое оружие только вышестоящим офицерам в цепи командования, наручники на военнослужащих Империи может одеть только представитель Военной Полиции Империи, которых вокруг не наблюдается, а разделять своих людей не даст лично он, лейтенант ВКС Империи Персиваль Дорбан и вообще мы с вашим шерифом уже обо всем договорились, так что хватит на меня пялится, заканчивайте с формальностями, а то нам пора уже на базу. Хлеб отвезти. При этих словах Аманда словно невзначай повела стволом своей гаусс-винтовки. Белобрысый нервно дернулся, пошептался со вторым своим напарником, и начал заполнять протокол. Протокол оказался обширным, вопросы было глупыми, но раз уж начала играть в игру - играй до конца и Перси отвечал на вопросы, пожимая плечами, закатывая глаза к потолку и периодически хватаясь за голову. Как и положено командиру, он отвечал за свое подразделение, а потому не мог позволить допрашивать амазонок. Потому - отвечал, скучал и надеялся что эта глупая формальность, как и обещал шериф, закончится до того, как у Аманды закончится терпение. Впрочем, дурацкая процедура внезапно закончилась, в дверь вошел помошник шерифа, они о чем-то пошептались с присутствующими полицейскими и все вместе ушли. Перед уходом помощник бросил взгляд на всех оставшихся и Перси мог бы покляться что взгляд был ... извиняющимся. Наконец-то, подумал Перси, наконец то до них дошло, что они делают. Пытаться арестовать военнослужащих Империи на территории протектората - что за абсурд! Размышляя так, он повернулся в сторону своих подчиненных, желая ободрить их. Но его перебили. Рыжая девушка со снайперской гаусс-винтовкой, вскочила на ноги, словно подброшенная пружиной.

- Сэр! Разрешите обратиться, сэр!

- А? Ну конечно. Обращайтесь...

- Сэр! Нам надо убираться отсюда как можно скорей, сэр! - выпалила амазонка и тряхнула копной рыжих волос. Перси растянул губы в улыбке. Надо успокоить их, подумал он, все нервничают, конечно, эта ситуация не предусмотрена уставом и что именно делать в такой ситуации - непонятно. Вот и переживают, девчонки, ничего страшного тут нет, что с ними может случиться в полицейском участке в центре города? Было страшно, когда Кертис открыла огонь и могла кого-то ранить или убить, а это чревато военным трибуналом со всеми вытекающими. Кроме того, им тут служить и портить отношения с общиной - не самый лучшая мысль. Определенно не самая лучшая. А потому сейчас, когда они сидят в подвале полицейского участка, в безопасности и с работающим кондиционером - все выглядит не так уж и страшно. Примерно так и хотел сказать Перси этой перепуганной рыжей девушке, но едва он встретился с ней взглядом, как слова застряли у него в глотке.

- Кхм... - прокашлялся он, избегая снова встречаться с ней взглядом: - что вы имеете в виду, рядовой? - это был первый раз, когда он обращался к девушке-амазонке и потому чувствовал себя немного глупо. Рядовой. В Армейском Уставе отсутсвовало понятие 'рядовая' и потому обращались как рядовой, независимо от наличия или отсутствия половых признаков. Конечно, так же обращались - майор а не майора, полковник а не полковница, но именно обращение рядовой звучало глупо по отношению к этой стройной рыжей девушке с гаусс-винтовкой.

- При всем моем уважении, сэр. - девушка подчеркнула слово 'уважение', так, что сразу становилось ясно, что никакого уважения она на самом деле не испытывает, ни по отношению к Флоту и флотским, ни по отношению к нему лично.

- При всем моем уважении, все предельно ясно. Нам надо убираться отсюда, иначе... - девушка поставила приклад винтовки на пол и наклонила голову набок: - вы ничего не слышите?

- Ничего... а что вы имеете в виду... - Перси прислушался. Какой-тодалекий гул, словно морской прибой или гудение ветра надоедал ему последние полчаса, проникая через укрепленные стены и двойные двери.

- Вы никогда не слышали такого, да? - рыжая амазонка отбросила всякие 'сэр' и 'разрешите обратиться': - я впервые услышала это на Перинеях во время расовых погромов. Это толпа. И последний час шум только усиливается. Это значит...

- Это значит что полиция не справилась с ними. - кивнул Перси. Он вдруг все понял. Мурины, хутты и их вечные распри. От Джун он знал что 'чертовы религиозные фанатики', и хутты постоянно конфликтовали - обычно по мелочи, молодежь кому-то нос расквасит или флаеры на стоянке перевернет, или из кабака выкинет. Но порой эти мелкие конфликты перерастали в настоящие побоища с применением энергетического оружия, взрывчатки, гаусс-орудий и даже летательных аппаратов. Правда, по словам самой Джун последний из таких крупных конфликтов был вот уже как тридцать лет назад. Тогда