Агентство "Последний путь" 2 - Сергей Викторович Вишневский

— Ну, так-то да, — согласилась Гара. — Это разумно. Только вот зачем мы тогда вообще к постоялому двору идëм?

Верша остановился, затем обернулся к девушкам и, сморщившись, сплюнул на землю.

— Я, мать вашу, кашу жрать не собираюсь! Я хочу мяса! Эта убийца за день пути ни одного рябчика или зайца не выследила. Эта дура с луком единственный раз заметила лису, но и в ту промазала. Маг у нас вообще прощелкал и даже не дернулся.

— Зайцев и птиц не было. Только мелочь всякая, — буркнула Гара. — А про лису ты ничего не говорил.

— Да и лиса та была шагов за двести. Я до нее стрелой только с навыком сумела бы, — отвела взгляд Мара.

— А я вообще за окрестностями следила, чтобы никто не напал, — отрезала Шара.

— Вот, блять. Тогда нехер пиздеть и доставать меня тупыми вопросами. Мне одного упыря-уëбка хватило, чтобы на неделю настроение испортить, — буркнул Верша и, развернувшись, попëр через кусты дальше.

Девушки недовольно переглянулись и, подождав, пока берсерк немного пройдëт вперëд, направились за ним.

— Бэк, он всегда такой после исцеления? — спросила мальчишку убийца. — Или только когда жрать хочет?

— Он всегда такой, — пожал плечами парень. — Просто с вами сдерживался.

— Я вам давно говорила: надо его напоить и изнасиловать. Он бы уже давно шёлковым стал.

— Если он напьётся, то у него повиснет, — покачала головой убийца.

— Тогда надо напоить его каким-нибудь зельем, от которого у мужчин горит всё внутри. Ну, чтобы он захотел сильно. А тут мы!

— И как ты себе это представляешь? — хмыкнула Мара. — Думаешь, он не поймёт?

— Когда поймёт, то уже будет поздно, — довольно произнесла Шара. — Кто в деле?

Девушки переглянулись, а затем покосились на мальчишку.

— Я зелье пить не буду, — категорически отрезал Бэк.

— Думаю, это к лучшему. Главное помалкивай, — подмигнула ему Гара.

Повернувшись в сторону Верши, она заметила просвет в густом кустарнике и замершего берсеркера.

— Верша? Что там? — спросил Шара, подошедшая к нему, и замерла.

Перед еë взором оказался передовой конный отряд со знаками церкви, который располагался на постоялом дворе. За строениями находился холм с косой дорогой, спускавшейся с него. По нему тянулись колонны солдат и телеги с амуницией.

— Верша... это что?

— Это регулярная, мать его, армия, — буркнул берсерк и оглянулся.

— Армия? Какая армия? — сглотнув, спросила Гара.

— Самая обычная. Светлая армия, — нахмурился Верша и затравленно огляделся.

— Верша, мы телегу с лошадью далеко оставили... да и дороги к цитадели другой нет, — осторожно произнесла Мара. — Что делать будем?

— Что за ебанутый вопрос? — рыкнул берсерк. — Съëбывать!

* * *

Верша стоял, открыв рот на вершине холма, у подножия которого шла выложенная камнем дорога. Сейчас толпы скелетов тащили камни, которые добывали тут же, в ущелье.

За каменным проломом в земле глубиной в сотни метров находился город, и толпы оживших мертвецов каждую секунду углубляли ущелье и расширяли его. Камень тут же выбивался, тут же обтёсывался и тут же отбывал на строительство дороги.

— Твою мать, — пробормотал берсерк, ожидавший увидеть одинокий форт, но никак не полноценный город-крепость.

Огромные стены из чëрного гранита, покрытые кроваво-красными огромными рунами. За ними виднелись башни с высокими шпилями, на которых виднелись чëрные флаги с красными глазами. Край стены был покрыт двухметровыми шипами, торчащими в наружную сторону.

Город простирался довольно далеко, и по прикидкам самого Верши был намного больше стартового города системных, а тот мог поспорить со столицей основного государства, занимавшего две трети всего континента. Однако среди всех башен и довольно однотипных крыш зданий виднелось одно очень нетипичное строение.

— Это, блять, хер что ли? — прищурился Верша, пытаясь рассмотреть огромную башню с двумя торчащими сферическими куполами побокам. На навершие этой башни сияла белоснежная улыбка, обнажившая острые ряды клыков.

— Судя по улыбке, с него станется, — буркнула Гара, стоящая за плечом.

— Слушайте, мы же, вроде как, тëмные, так? — вздохнула Мара. — Нам надо сообщить о том, что мы видели.

— Я, блять, уверен, что этот упырь уже давно всех оповестил.

— Тогда где армия тëмных, чтобы встречать светлых?

Верша хмуро оглядел девушек и кивнул в сторону дороги.

— Пошли. Сообщить все равно нужно... Может, денег дадут за ту бумажку.

Отряд начал спускаться, но у самой дороги скелеты, укладывавшие камни, перехватили инструменты и направили их на незнакомцев.

— Вы, блять, ублюдки неупокоенные, ещё на меня нападите, — рыкнул Верша, изображая уверенность. Руки он положил на рукояти своих топориков.

— Кто... такой? — вышел вперёд полуразложившийся труп.

Он отличался от остальных тем, что вместо белёсой пелены на глазах имел чёрные провалы.

— Верша. Берсерк. Тëмный, — ответил воин и кивнул на свою группу. — Лучница Мара — тëмная. Маг льда — Шара. Тëмная. Убийца Гара и Цветочный мастер Бэк. Тоже тëмные.

Труп, прихрамывая, сделал пару шагов, оглядев всех, поднял руку и протянул лоскут кожи, на котором была пара странных рун, написанных засохшей кровью.

— Для вновь прибывших... — прохрипел он.

Верша взял в руки лоскут, оглядел его и кивнул.

Мертвец повернулся и похромал к рабочим, которые опустили инструменты и вернулись к работе.

— У меня мурашки по коже, — прошептала Гара, пристроившись рядом с берсеркером. — Роуль говорил, что тут заправляет некромант.

— Это не самое паршивое, что нас ждёт, — хмыкнул Верша. — Задницей чую — самое интересное внутри...

Берсерк оказался прав, и как только они предъявили на входе пропуск и оказались за воротами, девушки замерли перед открывшимся зрелищем.

Реки гоблинов, мелких уродцев всех видов и мастей. Среди этого моря, словно скалы у побережья взволнованного моря, возвышались тролли. Они стояли группами по два-три гиганта.

Из всей этой мешанины зеленых, серых и чëрных существ выделялись орки. Она шли по привратной толкучке, стихийно преобразованной в рынок, плотным отрядом в тридцать бойцов.

— Какого чëрта тут происходит? — прошептала Шара.

— Рынок, — указал Верша на стену, у которой стояло пятеро троллей, а рядом верещал гоблин, замотанный в чëрные тряпки.

— Мясо! Человеки! Мясо!

На стене за его спиной висели цепи с крюками, на которых висели части тел людей. Вокруг него стояли гоблины, которые махали