Я Гордый #2 - Тимур Машуков

она. — Уверяю вас, я очень постараюсь, чтобы вы ушли от меня сытым и довольным.

— Не сомневаюсь в этом, — улыбнулся я ей.

— Госпожа Сюин, — поцеловал я руку ханьке. — Друзья стаи, поддерживающие ее в трудную минуту, всегда могут рассчитывать на нашу помощь. Вы не нуждаетесь в жалости, в отличии от ваших врагов. Я глубоко признателен вашей империи за дружбу и понимание. Надеюсь, это сохранится и впредь. На этом наш договор считаю закрытым. Но вы должны непременно научить меня есть палочками. Всегда поражало, с какой лёгкостью и изяществом вы с ними управляетесь!

— Благодарю вас, Сергей. Я обязательно передам ваши слова нашему императору. Уверена, он очень высоко их оценит. Что же касается вашего желания, то я почту за честь дать вам пару уроков.

— Госпожа Азиза. Наше знакомство не задалось с вами с самого начала, но уверен, что мы сможем забыть тот досадный инцидент и попробовать начать все заново. Мне очень больно видеть грусть на лице красивой девушки. Поэтому вместо того, чтобы вас жалеть, я помогу вам вернуть утраченные позиции во фракции. Ну, и с вас кувшин ширазского вина, про которое мне сестры все уши прожужжали.

— Я принимаю ваше предложение, Сергей. И ящик лучшего вина двухсотлетней выдержки не далее чем через две недели будет вам доставлен.

— Прекрасно. Просто замечательно. Итак, у нас осталась последняя фракция, которую мне, откровенно говоря, очень жалко. Но увы, не всю одинаково. Госпожа Джейн, будьте добры встретиться со мной для приватного разговора. И если он меня удовлетворит, то на этом я решу, что наш договор утратил силу. О времени я сообщу дополнительно.

— А если нет? — с вызовом в голосе спросила она.

— То тогда вы можете начать раздеваться прямо сейчас.

— Поняла, — кивнула она. — Буду ждать вашего сообщения о времени и месте нашей встречи.

— Ну, а теперь осталось самое сладкое, — плотоядно улыбнулся я. — Вас, красавицы, я собираюсь жалеть долго и часто. Так что жду вас сегодня вечером у себя. Кровать у меня большая и мы на ней спокойно сможем предаваться жалости столько раз, сколько захотим.

— Я не собираюсь спать с тобой! -вспыхнула Анна.

— В таком случае можешь спать на полу или стуле. От этого мне тебя будет еще жальче. Даже одеяло смогу выделить. Нам-то с Натальей будет жарко и без него.

— Лечь в постель с мужчиной — значит объявить всем об официальных отношениях. А это будет означать брак. Что ж, я не против, — хитро сощурила глаза гишпанка.

— Ох, прошу прощения, что невольно ввел вас в заблуждение своими словами. Никакого интима между нами, конечно же, не будет. Дело в том, что на меня было совершено несколько покушений, и Тайный приказ, естественно, с разрешения ректора, установил у меня в комнате камеры, на которые фиксируется каждый мой шаг. Так что наблюдающие будут видеть, что вашей чести ничего не угрожало.

— То есть, ты хочешь, чтобы я голой ходила на глазах у толпы мужиков?!! —возмутилась она.

— Не вижу проблемы. Я же хожу — и ничего. Ну да, немного стесняюсь, но жизнь-то дороже. Вот и ты привыкнешь. Ну, а если захочешь не просто спать, а чтобы я тебя пожалел от всей широты русской души, то это будет лишь твое решение, не ведущее к свадебному маршу. Я даже для вида посопротивляюсь, чтобы всем было понятно, что меня заставили.

— Ты реально хочешь, чтобы мы к тебе переехали? — удивилась она.

— Натали, ты себя в зеркале видела? Да какой нормальный мужик не захочет, чтобы рядом с ним находилась такая обнаженная красота?

— Наши юристы уже просмотрели договор и нашли в нем множество лазеек, — с ехидством заметила Анна. — Так, по ряду пунктов…

— Стоп. Мне пофиг на юристов. Мы заключали этот договор как аристократы, а не простые студенты. И даже если бы он не был написан на бумаге, слово было дадено. Ты можешь стать в позу и сказать, что эта бумажка ничего не стоит, но тогда о том, что ты его нарушила, узнают все. О последствиях этого надо говорить?

— Мы станем кидать тебе вызов на дуэль каждый день, и рано или поздно ты сдашься!

— Увы, дорогая, это палка о двух концах. Подобное произойдет и с твоей фракцией. Уверяю тебя, через пару месяцев от вас останется лишь группа задерганных инвалидов. Да, дуэли между членами студсовета запрещены, но у нас найдется достаточно витязей, чтобы тиранить лично тебя. Даже мои сестры смогут это сделать. И уж поверь, их силу я испытал на себе. Так что о спокойной жизни и веселых интригах можешь забыть.

— Давай договариваться, — прошипела она. — Ты же понимаешь, что этот договор неприемлем?

— Неа, не понимаю, но принимаю. И какие будут ваши предложения? —наконец я сел, потянув натруженную спину.

— Чего ты хочешь?

— Кофе с булочкой. Я разве не сказал об этом раньше?

— Не ерничай, я серьезно.

— Поверь мне, я тоже. Так торопился, что проглотил все на сухую и теперь хочу выпить. Но согласен потерпеть. Ну, и это же тебе надо, а не мне, поэтому я сначала выслушаю тебя, а уж потом скажу за себя. А то вдруг ты предложишь больше, чем я хочу.

— Не пристало принцу Российской Империи вести себя как рыночный торгаш!

— Ты абсолютно права, Анна. Спасибо, что пристыдила меня и напомнила, что я в первую очередь аристократ. Жду вас после девяти вечера в своей комнате. С собой можете ничего не брать — полотенца у меня есть. Надеюсь, ты не слишком громко храпишь.

Сделав грустное лицо, я медленно стал вставать, чтобы удалиться и горько поплакать, как меня остановили.

— Прости, я не хотела тебя обидеть. Просто все это… ну, ты сам понимаешь.

— Я все еще не услышал от тебя твоего предложения. Как, собственно, и от