Играя в жизни 4 - Мери Ли

кивнул мне на высокий стул у стойки, которая скорее всего называлась не иначе, как высокий, узкий и неудобный стол. Взобравшись на крутящийся стул, я приняла кружку с горячим ароматным напитком и, пригубив его, спросила:

– Где остальные? Они целы?

Взгляд зеленых глаз задержался на моем лице дольше необходимого.

– Да, – ответил он. – Живы. Они в Подполье Империи. И пока будут там.

Я кивнула, Гаррет не сводил с меня внимательного взгляда. С каждой уходящей вдаль секундой мне становилось только неуютнее.

– Почему ты так смотришь? – спросила я и снова сделала глоток, чтобы спрятаться за кружкой.

– Пытаюсь свыкнуться с мыслью, что у меня будет жена.

Все, что я набрала в рот, вылетело, я закашлялась, Гаррет подал мне бумажное полотенце. Вытеревшись, я посмотрела на него. Я так сильно сжимала в руках бумажное полотенце, что оно должно было в итоге раствориться.

– Ты ведь все это придумал, чтобы вытащить меня, – говорила я и чувствовала, что уходила в омут пристального взгляда. Казалось, что я шла по минному полю и одно лишнее слово могло разорвать меня на куски. – Ты меня вытащил, а теперь я могу бежать куда-нибудь и все. Тебе необязательно, нам не надо. – Кажется, я все же наступила на мину. – Да черт. Ну ты же меня понял.

Я разговаривала, как будто перенесла двадцать операций на мозг. Удачных среди них не оказалось.

Гаррет никак не отреагировал на мои слова, положил передо мной листы и сказал:

– Ознакомься, это свадебный контракт, который составлен задним числом, в день, когда ты сбежала из финала игр избранных. Если тебя все устроит, то подписывай, иначе, как только ты выйдешь за пределы моей квартиры, тебя тут же увезут обратно в дом Семьи Основателей, а потом через шесть дней на суд, где ты обязана будешь выступить, ведь уже заявлена, как свидетель.

– Все так глупо.

– Я бы так не сказал. Прочитай, потом можешь взять одежду, она на вешалках в твоей комнате и приходи на крышу, обговорим все, что тебе могло показаться непонятным.

Гаррет не дожидался моего ответа. Он развернулся и ушел, словно не хотел находиться рядом со мной. Оно и понятно, чтобы спасти меня, он лишится холостяцкой свободы. Не думаю, что какому-либо мужчине было бы приятно, чтобы единственным выходом из сложной ситуации стал брак с посторонним человеком.

Я осталась сидеть на высоком стуле и гипнотизировала на бумаги, словно они были ядовитыми. Первые десять минут я даже не могла к ним прикоснуться. Старалась делать вид, что этих бумаг вообще не было.

Я что должна стать женой Гаррета Уорда?

По-настоящему?

Да нет, скорее я все поняла не так. Хотя с моей удачливостью Гаррету придется недолго терпеть звание женатого. У него есть все шансы превратиться во вдовца к вечеру после свадьбы. Хотя она уже, получается, прошла.

Я запуталась. Операции на мозг, знаете ли, дело нешуточное.

Когда напиток остыл, и я смогла выпить его полностью, я подтянула к себе бумаги и стала читать. Там было не много листов, всего три. Из условий, которые были прописаны мне, оказалось всего одно, я должна была сказать Гаррету, когда наш брак станет для меня невыносимым. С его стороны было куда больше обязанностей. Он обещал оберегать меня, не давать в обиду, отстаивать мои права перед остальными, какими бредовыми бы они ни были. Гаррет обещал предоставить мне жильё, машину, огромную сумму на счет, которой я смогу пользоваться по своему усмотрению. Мне нужно было только поставить подпись в конце каждой страницы. Не знаю, как долго Гаррет мучил эти листы, но они были изрядно помяты.

Ну это же бред чистой воды. Какой брак?

Я не подписала бумаги по двум причинам, но не зацикливаясь на них, спрыгнула со стула и пошла на крышу, забыв про то, что мне нужно было одеться. Кроме бутафорского брака, у меня имелось еще куча вопросов, на которые кроме Гаррета никто не мог дать ответов.

Выйдя на крышу, я тут же поежилась. Пошла в сторону кресел и опустилась на второе, Гаррет, не смотря на меня, спросил:

– Подписала?

– Нет.

Он повернулся.

– Я сам не в восторге от этой перспективы, но, боюсь, у тебя нет более приемлемого варианта. Если ты не подпишешь, то я не смогу тебе помочь. Рихан схватит тебя, как только ты выйдешь из квартиры. Я тебе скажу больше, за дверью уже стоят его люди.

– Я не хочу вешать тебе на шею этот камень. Мы друг друга не знаем, какой брак? Гаррет, это все какой-то бред.

– Я бы не назвал это бредом.

– Ты сам сказал, что не в восторге от этой перспективы. – Я поднялась и, кажется, даже повысила голос. – И я тебя понимаю, для чего тебе нужна в качестве жены беглянка из нищего Сектора, которая не понимает в столичных делах вообще ничего? Которую постоянно преследуют неприятности? – Я подняла вверх левую руку. – Для чего тебе нужен уродец? Гаррет, просто увези меня за пределы Столицы и оставь там. Так всем будет лучше. Я выживу, справлюсь, сбегу куда-нибудь.

Он встал и медленно подошел ко мне. Пришлось вскинуть голову, иначе я бы смотрела на его шею, а не в глаза. Я чувствовала его присутствие, словно он был не передо мной, а вокруг меня.

– Кто тебе давал право решать, что мне нужно, а что нет? – тихо спросил он. – Я сказал, что не в восторге от данных событий, и это действительно так. Я вообще никогда не думал, что у меня будет жена, и уж тем более не собирался ее об этом упрашивать. Понимаешь, я бы предпочел подождать, когда бы ты этого сама захотела. Возможно, не брака, а нахождения рядом со мной. Я бы предпочел подождать момента, когда ты бы поняла, что я достоин твоего внимания, а не наоборот. – Я слушала его и понимала, что сердцебиение разгонялось с каждым сказанным Гарретом словом. – Ты не урод, не беглянка из нищего Сектора, и ты не обязана разбираться в столичной жизни. У меня таких требований к жене нет.

– А какие есть?

Гаррет глубоко вздохнул и обведя мое лицо взглядом, начал говорить:

– Мне нужны взаимопонимание, верность, честность и скорее всего любовь.

Теперь была моя очередь сглотнуть, но сказать я ничего не успела, Гаррет печально улыбнулся и продолжил:

– Но ты к этому не готова. Я понимаю, поэтому с твоей стороны и прописан всего один пункт, сказать мне правду о том, когда тебе этот брак станет невыносим. Мы разберемся с Риханом