Князь Демидов #12. Часть 1 (Финал) - Евгений Бергер

оранжевом платье гордо сверкала массивная графская звезда, тонко намекая о статусе бабули: — Как я рада, что мы вновь встретились!

— О… Госпожа Глазунова! — Госпожа Корф натянуто улыбнулась… Было видно, что со внезапно объявившейся «знакомой» она не шибко горит желанием общаться: — Не ожидала вас здесь увидеть. Какими судьбами?

— Получила приглашение в самый последний момент! — широко улыбаясь, с гордостью ответила Госпожа Глазунова: — Можно сказать — заскочила в уезжающий вагон. Здорово иметь друзей в Министерстве Образования.

Кажется, я начал припоминать. Графиня Альберта Карловна Глазунова — супруга Графа Глазунова, Главы очень старого дворянского рода. Их книжные магазины и иностранные библиотеки можно было встретить по всей стране. Толик рассказывал, что Торговый Дом Глазуновых стал самым первым дистрибьютером карточек для «Демонических подземелий» в Российской Империи.

— Вот, как? Что же… Занятно. А я бы хотела представить вам моих друзей — Марию Глебовну Слуцкую и Владимира Аркадьевича Демидова. — Госпожа Корф, как бы невзначай спряталась за нас.

— Очень приятно познакомиться. — бабуля радостно кивнула нам: — Кажется… с Марией мы уже знакомы. Не так ли?

— Да, мы пересекались на приёме у Барона Гилберта. — ответила рапиристка.

— Точно! Но тогда вы были в мужской военной форме… А, сейчас — ну, что за загляденье? Такая юная, красивая и цветущая! Ну просто глаз не оторвать. — улыбка Госпожи Глазуновой становилась всё шире с каждой секундой: — Ну, а вы у нас новоиспечённый младший сын Дома Демидовых, верно?

— Всё верно, Ваше Сиятельство. — ответил я.

— Про вас ходит столько разных слухов… Того и гляди — целую биографическую книгу напишут! — Графиня с интересом разглядывала моё лицо: — Только вот, личико у вас… уж больно взрослое для семнадцатилетнего юнца.

— Житие у меня до Демидовых… тяжкое было.

— Ха-ха! Вы такой забавный, Владимир! — рассмеялась бабуля: — Слышала, вы занимаетесь развитием парка развлечений? Я никогда не участвовала в подобных проектах! Очень интересно — как идёт процесс?

— Вполне неплохо. — честно признался я: — Но мне крайне повезло с коллективом. А вы… Насколько мне не изменяет память — занимаетесь литературой?

— Не изменяет. Дом Глазуновых вот уже двести пятьдесят лет занимается издательством и торговлей самыми лучшими книгами по всей Империи! — гордо заявила Графиня: — Мы выпускаем бестселлеры! Помогаем книгам найти своего читателя. А также переводим рукописи, как с других языков на русский, так и с русского на другие языки. И не смотря на развитие ЭВМ-игр и синематографа — люди продолжают читать.

— Да, говорят, что чтение — хобби интеллектуальной элиты.

— Верно говорят. — кивнула бабуля: — Хорошие книги разлетаются, словно горячие пирожки! И мы неоднократно помогали авторам двигаться дальше. Кино… сериалы. И даже иллюстрированные коллекционные издания. Мы за комплексный подход.

Ещё бы. Такие деньги на книгах воротят…

— А у меня в последнее время туго с чтением.

— Неужели? — удивилась Графиня: — Возможно, открою истину — не бывает людей, которые не любят читать. Бывают просто не интересные книги. Если вы понимаете, о чём я?

— Понимаю. У меня есть друг… Он написал довольно успешный роман. Мне даже понравилось.

— Так-так-так… — бабуля достала элегантное пенсне и внимательно посмотрела на меня: — Что за друг? Как называется книга?

— Не уверен, что вам это будет интересно. Там есть свои нюансы. — уклончиво ответил я.

— Нюансы? — удивилась Госпожа Глазунова: — Какие могут быть нюансы? Ведь мы работаем с простолюдинами. Или… кто-то из ваших друзей-аристократов решил возомнить себя Лермонтовым или Толстым? — глаза бабули с подозрением сузились.

— Нет. Мой друг из старой жизни… Простолюдин. И он пишет в сети.

— В сети⁈ — казалось, будто в сердце Графини всадили кинжал: — О, боже-боже… Сеть… Электронные книги… И, упаси Господь, самиздат. Это всё — великое зло!

— Неужели? — я едва скрыл ухмылку.

— Омерзительная карикатура, которая не имеет права называться литературой! Я считаю, что кроме доступа ко всем книгам, сеть сделала непоправимую оплошность. А именно — позволила становится бумагомарателями абсолютно каждому безграмотному чурбану! И это — отвратительно. — сейчас лицо бабули скривилось от омерзения.

— Почему вы так думаете? — поинтересовался я, наблюдая за тем, как Госпожа Корф и Юлий тихонько сваливают под шумок. В целом — их можно понять. Госпожа Глазунова относилась к тому типу людей, для которых не существовало иного мнения, кроме их собственного.

— О, я с удовольствием озвучу мысли всего культурного сообщества литераторов. — с довольной улыбкой произнесла Графиня: — Настоящая книга должна быть напечатана на качественной свежей бумаге и иметь красивую проработанную обложку, которая не только притягивает взгляд потенциального читателя в магазине, но и украсит дом этого самого читателя. Книга — это волшебный аромат свежей бумаги и чернил. Вы же нюхали новенькие книги? Вы знаете, что никакая электронная пластмаска не подарит вам подобных эмоций! Но планшеты… Чёрт бы их побрал! Они заполонили мир. И с каждым годом наши покупатели всё больше и больше пытаются убежать от нас в сеть. Как будто они не понимают… Чтение — привилегия самых достойных! И пускай эти простолюдины стараются ради нашего увеселения. Но на бумаге! А не на жалком куске пластика. К тому же, вы видели, как пишут эти, так называемые «авторы из сети»? Ужасно! Просто — ужасно! Никаких правил, никакой грамотности, никакого стиля. Всё рвано… и отвратительно по-свойски. Я запрещаю своим внукам читать подобные отходы интеллектуальных потугов. Я взращиваю в своих детях вкус. А эти романы про «пиу-пиу» и «паф-паф» — лишь разжижают мозг! Больше похоже на этих… Псевдо-музыкантов… Как же? Такие, лохматые и в чёрном?

— Панки? — уточнила Машуня.

— Всё верно! — обрадовалась Графиня: — Чёртовы панки! Вот и псевдо-писатели из сети — такие же панки.

— Неужели? — усмехнулся я: — Скажите, а вам нравятся произведения Клода Моне?

— Но это же художник? — удивилась Госпожа Глазунова.

— Всё верно. — согласился я: — Так, что? Вам нравятся произведения Клода Моне?

— Несмотря на то, что я больше по литературе, но и живопись очень люблю. И считаю Клода Моне — одним из достойнейших художников-импрессионистов! — с гордостью заявила Графиня: — И, между прочим — у моего мужа есть одна из его картин.

— Очень хорошо. — кивнул я: — Тогда, что скажете о