Одиночный рубеж 2: Дети Смерти (СИ) - Ферр Алекс

«СкальныйЗаяц, уровень 9

Здоровье: 1800ед.

Призыв: 250 ед. маны

Урон лапами: 520-840 ед.

Урон от укуса: 1200-1750 ед.

Броня 1600ед.

Навык "Метеор" Ваш питомец взлетает ввысь, чтобы обрушиться на головы врагов»

Прекрасные зверьки вышли. Сначала я всё же воплотил короткохвостого. Серая, в густой шерсти громадина возникла прямо передо мной. Вместо привычных резцов, выглядывающих у обычных животных, рот пета украшали длиннющие клыки. Передние лапы зайца были превращены в две каменные глыбы.

– Фырк, – поприветствовал меня пет.

– Да я сегодня доделаю феек или нет!? – воззвал леший и повернулся на звук. Не заметить зайца было трудно. – Вот это херня…. – выразился Двухсотый и снова ударился в медитационное скульптурирование. Я отметил, что фейки были почти готовы: три фигуры уже имели лица.

Да, херня, конечно. Но выглядит внушительно. Хорошо, что здесь пространство позволяет, заяц был размером с одноэтажный дом.

Ему на голову уселась голубая цапля, задумчиво выхаживая по макушке.

– Друид, не забывай. Заходи в гости и нимфу с собой возьми. Хильда соскучилась, — вещала птица.

Не дожидаясь от меня ответа, взмахнула крыльями и ушла вверх, выкрикнув на прощание:

– Я жду, друид. Жду.

Глава 27

Глава 27

Цапля улетела, а я задумался. Это что же такое задумала Хильда, что прислала ко мне целую цаплю? Да ещё и говорящую.

Нимфа и ухом не повела. Как и леший. Они вдвоём самозабвенно вкладывали силы в трёх новых феек. Ваял Двухсотый одну, а на оставшихся двух действие дублировалось. Полагаю, и до завершения было недалеко.

Прямо сейчас я к Хильде срываться не намерен. Пока ещё здесь дела есть, да и нимфа занята, не отрывать же её от столь увлекательного занятия. Уверен, хрупкой красавице многое сейчас в новинку.

– Фырк, – снова напомнил о себе косой, привлекая внимание.

Да уж, надо бы эту махину опробовать. Особенно меня интересовало, как ушастый реализовывает навык.

«Взлетает ввысь, чтобы обрушиться на головы врагов»

Крыльев я что-то не наблюдал, а вот каменные колотушки вместо лап меня заинтриговали. Твёрдые бочонки на передних конечностях шириной семьдесят-восемьдесят сантиметров, наверное, бьют смертельно. Почему бы не проверить? Но для чистоты эксперимента лучше уйти в безопасное место с хорошей панорамой.

Я вошёл в ствол Древа и переместился на смотровую площадку в башню с видом на реку.

Тем временем косой, повинуясь команде, спешил поближе к берегу. Остановил пета метрах в ста от реки и, убедившись в том, что никого из соратников рядом нет, активировал его умение «Метеор».

Под зайцем образовался светящийся круг, свободно перемещающийся по моему желанию так же, как и в механике управления шатуном. С одним небольшим отличием: мерцающий пятак менял оттенок. Под питомцем он был молочно-белым, но отдаляясь от него, приобретал более насыщенный зелёный оттенок. Достигнув границы метров в тридцать от косого, пятак приобрёл тёмно-болотный окрас. Дальше от пета я переместить зону атаки не смог, поэтому активировал скилл.

Заяц замешкался лишь на мгновение, вжавшись всей тушкой в землю. Толчок, и вытянутое по струнке тело взмыло ввысь под небольшим уклоном. Когда голова питомца уже почти коснулась нижней ветви, раздался мощный холопок, и пет метеором полетел к земле на цель. Мне показалось, что пол под ногами дрогнул, а ещё, будто бы за короткое молниеносное приземление каменные лапы пета начали разгораться плазмой. То место, куда приземлился заяц, взорвалось комьями земли вперемешку с травой и кустарником. Сам же питомец провалился под землю.

Ну вот, ещё одна землеройка, только с ушами. Ничего другого не остаётся, как наделать вокруг кучу колодцев.

Так, стоп. Где-то здесь как раз находится подземная галерея, распределяющая тоннели. Ну, блин.

Что-то часто шишки сыпятся Гаю Рону на голову. А я ему ещё и работы подогнал по восстановлению метро.

Приказал зайцу допрыгать до пустыни. Косой рванул с места напрямик и…. Исчез в одной из рощ. Иконка пета посерела, показывая обратный отсчет: повторный призыв будет возможен через час. Ну вот что за нафиг. Убил зайца, сам того не желая, жаль зверушку. Похоже, косой угодил в наши же ловушки, припасённые споровицей и лешим до следующего нашествия нежити.

Спустился вниз, к алтарю, обдумывая, что делать дальше. Имея достаточно свободного времени, перекидал яблочки из инвентаря в таверну. На этот раз вышло даже больше, чем я рассчитывал: семьдесят три корзины отправились в наш филиал.

Дверь урги Селесты была чуть приоткрыта – нарочно ли, нет – не знаю, но вонь стояла знатная. Опять шаманка варит что-то термоядерное. Селеста то ли почувствовала моё внимание, то ли просто высунулась посмотреть обстановку.

– Штрих, помоги, пожалуйста, – поманила она.

Я зашёл в ургу. В уголке, ощетинившись костяными наростами, будто дерево, застыл Охотник.

– Убери отсюда эту пакость, – кивая в сторону тентакли, молвила шаманка. – Я уже как только его не просила…

Охотник, недвижимо продолжал стоять, как элемент стильного оформления. Что это с ним такое?

– Охотник, пойдём, ты мне нужен, – мысленно приказал я, но питомец не повиновался. В ответ лишь концы щупалец мелко затряслись, царапая слух костяными перестукиваниями.

Ну ладно. Гриб-Вор с трудом спеленал исполина и погрузил его внутрь Хранилища.

– Спасибо, – тихо сказала Селеста. – Его странная поза вызывала во мне страх.

– Что же ты сразу не попросила? – удивился я.

– Так а ты был занят. Зайчатину на жертвенник пускал. А этот хоть и жуткий, но всё-таки был недвижимым.

Аргумент.

— И ещё. Мне нужны склянки, которые остались в Алесуне, может, леший пробьёт портал? Первая партия зелий для Омии готова, осталось только разлить.

– Там же нужны были эти… Как их? Слёзы лебедей!

– На наше счастье, я эту траву нашла, – указала на веник зелени Селеста.

И вправду сама травка была похожа на тушку лебедя, а на месте, где по идее, должна быть голова, находился странный цветок с сомкнутыми лепестками. Сквозь них свисали длинные, все в пыльце, тычинки, которые, по-видимому, слезами и назывались.

Лешего сейчас отвлекать не хочется, да и шаманке в Алесуне делать нечего. Теперь я был солидарен с Вальорой: не надо отпускать зеленоволосую ведьму от Древа. Пусть её личностное становление проходит здесь, под тенистой сенью исполина в окружении друзей и под присмотром Редаи.

– Селеста, твоё зелье не испортится, если оставить его в котле на час-полтора?

Шаманка в ответ пожала плечами:

– Ничего с ним не будет. Пойду пока плоды с девчонками пособираю, как Двухсотый будет готов переправить меня в Алесун, позовёте.

– Тебе там делать нечего, по крайней мере, пока немного не окрепнешь в плане умений, – поставил я её в известность. – Я решу вопрос с флаконами.

Селеста на миг перестала дышать.

– Почему?

– Потому что здесь, под Древом, я буду уверен, что тебя никто не обидит. Это не обсуждается. Тем более ты должна быть готова к встрече с Лией, она совсем скоро явится.

Крыть шаманке было нечем. Она, опустив взгляд в пол, тихонько, словно мышь, молвила:

– Хорошо, – и, проскользнув мимо меня, скрылась снаружи.

Я остался в урге, задумчиво разглядывая ядовито-синее до жути душное варево. И какого чёрта я тут встал всё это вдыхать?! Вышел.

Едва переступил порог, оказавшись под самим Древом, в голову осторожно, на цыпочках, закралась идея. Точно. Зачем напрягать лешего с порталами, если есть эффективный механизм грибной сумки?

Открыл инвентарь и перекинул в Алесун Охотника, приказав тому перетаскать склянки к Хранилищу.

Некоторое время ничего не происходило. Я присел, ожидая, когда же тентакля соизволит потрудиться на всеобщее благо. Но питомец упорно не желал что-либо делать.

Только подумал о возможных путях решения проблемы с неповиновением Охотника, как в инвентаре наконец начали появляться флаконы. Только почему произошло такое долгое зависание?