"Фантастика 2025-34". Компиляция. Книги 1-26 - Алиса Бодлер

Оглядев соседние дома, которые были построены так близко, что были похожи на один большой муравейник, я отворил нужную дверь на лестничную клетку. Стряхивая с себя дождевую воду размашистыми движениями, я двигался быстро, оставляя после себя мокрые следы. Я жил не один и очень надеялся, что своим эффектным появлением не побеспокою соседку Иви, которая, должно быть, уже спит.

Темный коридор маленькой квартиры и полная тишина подтвердили мои предположения. Чтобы не разбудить девушку, я скинул насквозь промокшую обувь как можно скорее и сразу проскользнул в ванную. Кофту можно было выжимать вместе с брюками и носками, но я не стал тратить время и закинул вещи в стиральную машину. Присев на бортик ванной, я пустил горячую воду и начал вытирать смартфон. Он был ледяным на ощупь, но разрядиться не успел несмотря на то, что рабочие чаты разрывались от новых уведомлений. В одном из них я успел обнаружить свое имя и краткую информационную сводку по новому проекту, которую требовалось обсудить завтра. Это было хорошей новостью: свежие задачи нередко оказывались интересными и сложными, а последняя характеристика позволяла мне полностью погрузиться в процесс и наконец начать игнорировать собственный эгоизм, который очень ярко выражался в процессе лелеяния ментальных проблем.

Горячая вода окутала озябшие конечности. Судя по тем комментариям, что оставили мои коллеги в чате, новый проект касался постройки квеста на территории нашего комплекса. Краткая сводка от Боба привычно практически не содержала в себе никакой полезной информации. Если я хотел ее получить, то должен был говорить с ним лично. Мой интерес возрос, а настроение немного улучшилось, мне нравилось предполагать потенциальные изменения на общей квестовой аллее, каждый уголок которой я успел выучить наизусть. Такие перемены неизбежно несли в себе привлекательную для меня атмосферу отдельного мирка, воссозданного на территории нескольких комнат. Уже спустя пару месяцев в привычном для всех пространстве появятся красивые декорированные двери в историю, наполненную системой загадок и задач.

Через четверть часа я грелся под одеялом и смотрел на цветное полотно в рабочей зоне, которую себе обустроила Иви. Девушка спала очень крепко, глубоко зарывшись в покрывала, и из своей части комнаты я мог видеть лишь ее длинные светлые волосы, разметавшиеся по подушке. Интересно, сколько времени она сегодня провела у мольберта? Подруга детства олицетворяла полную противоположность моему образу жизни и мне самому: она вставала рано и ложилась тоже рано, была спокойной, уравновешенной и, главное, – никогда не ругала себя за непродуктивность. Я смотрел на Иви и мечтал научиться ее невозмутимости. Мы жили вместе довольно давно, с момента нашего совершеннолетия, но я все еще не мог перенять от нее ничего полезного. Наше существование проходило в отдельных мирах, которые пересекались друг с другом только на маленькой кухне во время завтрака.

На картине было изображено концентрированное ощущение счастья в стандартном его понимании. Зеленый луг, усыпанный полевыми ромашками, соседствовал с каменной тропинкой, ведущей к деревенскому дому в светлых оттенках. Яркое синее небо совпадало в цвете с маленьким озерцом, соседствующим с лугом. Картина была закончена на добрые семьдесят процентов, а ведь сегодня утром холст был еще пуст. Судя по настроению пейзажа, эта работа была очередным заказом, который обещал быть выполненным не только на отлично, но еще и в срок. Со времен совместного пребывания в заведении, в котором мы росли вместе, я был убежден в больших перспективах Иви и, спустя несколько лет, оказался прав. Она смогла не просто монетизировать то, что получалось у нее лучше всего, но и сделала это своей постоянной профессиональной деятельностью, которую выполняла с большим удовольствием.

Наша комната условно делилась на две половины, но я отчетливо видел черту, которую бы никогда не осмелился пересечь. Теплая детская привязанность к моей подруге не позволяла мне транслировать темную грузную массу своих переживаний и мыслей на ее сторону. А потому весь негатив, что я таскал за собой долгие годы, концентрировался здесь, вокруг моей кровати и за рабочим столом. Мне нравилось возвращаться домой с улыбкой, даже если на самом деле настроение было паршивым, а следующий день обещал быть богатым на стресс. Иви смешно перемещалась из кухни в спальню, к мольберту и обратно, разговаривала сама с собой и пела обо всем, что видела вокруг. Порой я ловил себя на мысли, что просто наблюдаю за ее действиями и обретаю новые силы.

Доктор Константин любил повторять, что мне необходимо наполнять собственную жизнь позитивными эмоциями, почаще смотреть на яркие картинки, гладить котят и выполнять прочую ерунду, которая еще никогда и никому не помогала. Но я понимал, что такие методики были написаны в его учебнике, и честно старался соблюдать врачебные предписания, проводя время с Иви, которая совмещала в себе все недостающие мне качества сразу.

Глава 2

Утро очередного рабочего дня началось с гневного сообщения от моего старшего коллеги Рика: как я и предполагал вчера, окно, оставшееся открытым во время ливня, создало много проблем. Непогода бушевала ночью так сильно, что вода залила не только подоконник, но и часть рабочего места нашего проектировщика. Все говорило о том, что теплой встречи ждать сегодня не стоит.

Утренний путь всегда оставался для меня незаметным. Эта дорога была мне необходима – для правильного настроения, общей концентрации и появления хотя бы иллюзорного желания что-либо делать. Если быть откровенным, довольно часто я вообще не был уверен в мотивации начинать новый день. Но доктор Константин продолжал упорно настаивать на том, что спустя некоторое время у нас получится исправить и это. Однако говорил он об этом на протяжении всего процесса трехлетней терапии, поэтому поводов безукоризненно доверять суждениям специалиста, у меня все еще не было.

Я изучал модель развития отношений психотерапевта и пациента и знал, что время от времени, буду сталкиваться с собственным скептицизмом. Подобное настроение распространялось на все окружающие меня сферы деятельности, и, в силу своей систематичности, уже переставало смущать.

Сегодня в метро ни с какими девочками в капюшонах мне встречаться не приходилось. А потому, чувствуя легкое потряхивание и гул за окном старого вагона, я мог позволить себе отпустить сознание и наконец начать искать эту самую «мотивацию» прожить еще один день в собственной, порядком опостылевшей мне, шкуре.

В этот раз, несмотря на час пик, я смог занять удобное место в углу, у выхода из вагона. Сделал музыку в наушниках громче и вслушался в слова, мысленно поблагодарив нейросеть стримингового сервиса за то, что она выстраивала музыкальный поток так, словно