Дело Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

припёрлась, вывалила мою главную тайну первой попавшейся княгине, да ещё и на какую-то помощь брата рассчитывает. Брата! Хренасе! Мало мне одной Василисы, что ли?

И ещё получается, что вслед за ней могут прибыть и убийцы из Европы. Трепаться на каждом углу о моём Владычестве они не будут. Не имеет смысла. Ведь у меня, судя по всему, имеются права на трон Баварии и Саксонии. А тем людям, которые папашку Маркуса прикопали, распространяться про это нельзя. По-любому там много недовольных сменой власти дворян осталось. А тут — наследник! Так что убивать меня будут по-тихому. Значит, нужно утроить осторожность.

Блин, ну как же всё это не вовремя! Вот только-только порадовался, что жизнь стала более-менее спокойной. Никаких тебе интриг, никаких разборок с боярами. Впереди учёба и повышение личной силы. Так нет же!

Ладно, что там ещё из почты осталось? Письмо от Юшенга? Посмотрим. Может хоть оно меня успокоит?

Юшенга я, кстати, с собой в столицу не взял. Оставил его в княжестве следить за делами рода. Ну и утвердил в должности начальника разведки. И, судя по частым письмам от моих детей боярских, в которых они на него жалуются, словно дети малые, всё у китайца получается.

Так…

' Господин, прошу разрешения на применение мер к Василию Невзгодову. Что-то этот боярский сын определённо задумал…

Юшенг Шань.'

Надо же, применение мер!

Я не выдержал и рассмеялся. В голове стали появляться картинки, как именно Юшенг применят меры к Невзгодову. Ну, хоть настроение поднялось.

Повеселившись, я взял лист бумаги, ручку и написал:

' Даю добро! Но в меру!

Боярин Северский'

Сложил лист вчетверо, капнул сургучом и приложил печать.

На остальные письма решил пока не отвечать.

Саблю пока в игнор. Ваське отвечу после разговора с Яриком. Он, вроде бы, уже завтра прилетает. А больше и некому.

Вышел из кабинета, дошёл до столовой и осмотрел собравшихся там бойцов.

С собой в Москву я взял только Егора и Михалёва с его пятёркой. И до сегодняшнего дня такое количество охраны было за глаза. Теперь, скорее всего, придётся увеличивать. Да и в свой дом пора переезжать. Хватит по съёмным ютиться. Тем более, по таким маленьким и совсем не пригодным для обороны.

— Чего не спите? — спросил я.

— Рано ещё, боярин, — пожал плечами Умник.

— Ну раз рано, то отправь кого-нибудь на почту. Пусть письмо отправит. А я, пожалуй, спать. Устал что-то.

— Вторуша, — тут же скомандовал Михалёв.

Вторак Безфамильный тут же подскочил ко мне и забрал письмо. Я же махнул рукой, зевнул, и направился в свою комнату. Завтра будет очень суетной день. Так что нужно как следует отдохнуть.

Утро началось не с кофе, а с какого-то шума в доме. Ничего не понимая, так, как такого ещё не бывало, я вскочил и принялся одеваться. Вряд ли снова пожаловали убийцы. Меня бы предупредили мои люди. Но что-то определённо не так.

Дверь внезапно распахнулась, и на пороге, довольно невежливо отпихивая в сторону Михалёва, появился боярин Корнев.

Ярослав улыбнулся, шагнул внутрь помещения и громко спросил:

— Дрыхнешь, Северский⁈

— Тьфу, ты, Ярик! — в сердцах сплюнул я, уже приготовившись кого-нибудь попинать. — Напугал!

— Тебя напугаешь, как же! — заявил этот нахал и бросился обниматься.

— Хренасе! — только и успел выдохнуть я. Вроде мы с ним не настолько близки, чтобы так радость от встречи выражать.

— Ну как ты тут? Что нового? — отпустив мою тушку, спросил Ярик. И тут же добавил: — Распорядишься, чтобы поесть приготовили? А то я с дороги, помираю просто от голода?

— Не распоряжусь, — ехидно улыбнувшись, покачал я головой. — Нету у меня тут поваров.

— Как нету⁈ — охнул Корнев. — А как же ты тут живешь?

— Страдаю, — развёл я руками. — Подожди десять минут внизу. Сейчас умоюсь и пойдём поедим. Заодно покажу тебе наше заведение.

— Оно рядом что ли?

— Рядом, рядом.

Спустя пятнадцать минут, я, Ярослав, Егор и один из сопровождающих Корнева бойцов, вышли из дома и повернули налево. До столичного филиала «Майонезной» и в самом деле было рукой подать. Буквально два квартала. Отчасти и из-за этого я не спешил переезжать со съемного жилья. Удобно. Особенно, если учесть, что эта «Майонезная» от начала и до конца мой собственный проект. Который уже два месяца успешно работает.

Дойдя до заведения, мы остановились, и Ярослав с интересом осмотрелся. Хотя, смотреть тут можно было разве что на швейцара, да на яркую, бросающуюся в глаза вывеску.

А вот внутри было намного интереснее. Просторное помещение и множество столиков, стоявших на приличном удалении друг от друга. Белые скатерти, необычные для этого мира люстры. Всё отделано светлым дорогим деревом. На стенах развешены различные недорогие произведения искусства, вписывающиеся в общую тему. Завершала картину барная стойка и собственно сам бар, с рядами бутылок.

— Необычно, — покачал головой Ярослав. — Вроде как и ничего особенного, но глаз радуется.

Я лишь покивал и улыбнулся. В этом мире всякие харчевни, рестораны и тому подобное, действительно сильно отличаются интерьером. Не в лучшую сторону. Потому у меня тут и посетителей всегда много. Любят люди всё новое и необычное.

— Добрый день, хозяин, — подошёл ко мне распорядитель ресторана и слегка поклонился. — Ваш обычный столик?

— Да, спасибо Николай, — подтвердил я. И добавил: — Кстати, познакомься. Боярин Ярослав Игоревич Корнев. Мой партнёр в коммерческих делах и совладелец этого заведения.

— Приятно познакомиться, боярин, — ещё раз склонил голову распорядитель. И тоже без подобострастия. Именно это качество мне в нём и понравилось при приёме на работу. И нужно сказать, что я не прогадал. Со своими обязанностями этот человек справлялся на все сто процентов.

— Взаимно, — вежливо кивнул Ярик. — Показывай, где у вас тут едят.

— Прошу за мной.

Мы сели за небольшой, рассчитанный на четверых человек, столик в дальнем правом углу. Егор с человеком Корнева, заняли маленький столик на двоих чуть дальше.

— Слушай, — всё ещё задумчиво оглядываясь, произнёс Ярик. — Я, наверное, в Ульчинске всё так же переделаю. Ты не против?

— Я только за, — улыбнулся я. — А вообще, я же тебе всё именно так и описывал, когда документы подписывали.

— Одно дело, что ты там на словах говорил. И совсем другое — увидеть своими глазами. У меня всё