Стажёр #2 (СИ) - Хонихоев Виталий

- И вовсе она не толстуха!

- Дети, прекратите немедленно. Что о нас подумает Хлоя?

- - Ничего я не подумаю.

- Да она уже все видела.

- Ладно. Правда, слетаю на озеро. Может поймаю чего. - Перси встал из-за стола, поцеловал маму, дал несильный подзатыльник Арчи и пошел к двери.

- Спасибо, мэм, было очень вкусно. - Хлоя и ма испытывали глубочайшее взаимное уважение и всегда раскланивались друг перед другом как послы дружественных восточных держав.

- Ой, да не за что доченька. Береги себя. - ма вытерла руки об передник и бережно обняла Хлою.

- Смотреть противно. - сказал Арчи: - вот приведу домой невесту, тоже будете с ней носиться...

- Это смотря какую приведешь. - сказала Эдит: - ты вон такую приведи.

- Ну конечно. Экс-толстяк то у нас - лейтенант ВКС. Герой войны. Медаль. А я ... - Арчи опустил голову.

- Старайся и все у тебя получится. Но сперва доешь кашу. - Перси поднял палец и многозначительно покачал головой.

- Почему это мне каша, а кое-кому - пироги с утра?

- Каша - это полезно. Именно от каши все становятся лейтенантами ВКС и героями. - Эдит подняла палец вверх, передразнивая Перси.

- Это сколько ж каши то съесть надо... - загрустил Арчи: - он-то вон, нажрал килограммов на сто сперва, а только потом... Ай! Ма, он опять!

Перси бесшумно опустил скиммер на траву, выключил двигатель, откинул блистер кабины и расстегнул ремешок шлема.

- Привет, па. - сказал он. Отец не обернулся, только кивнул. В руках он держал длинное удилище, леска от него уходила к ярко-красному поплавку.

- Поймал что-нибудь?

- Не клюет. Пораньше надо было выходить. - ответил отец. Посмотрел на пустое ведро возле ног. Вздохнул.

- Ясно. - Перси снял шлем, подошел к отцу и встал рядом, глядя на поплавок. Спокойствие и безмятежность раннего утра вдруг поразили его и он был не в силах оторвать взгляд от танцующего на волнах ярко-красного перышка. Перси сел на землю, вытянув ноги, положил шлем рядом с собой и принялся созерцать поплавок. Пару раз поплавок дрогнул, но это была ложная тревога. Не клевало.

- Уезжаешь? - спросил вдруг отец.

- Да. - ответил Перси.

- Понятно. - снова тишина. Шелестит камыш, где-то кричит чайка.

- Завтра с утра еду. Хлоя останется здесь на недельку-другую. Оформит все формальности с организацией фирмы. - сказал Перси.

- Хорошо.

- Да. Ну и ... - Перси замялся. Он хотел увидеть отца перед отъездом, а в суматохе последних дней отпуска он так и не поговорил с ним толком.

- И ... в общем мне тут выдали боевые и премиальные... довольно много... да еще за получение звания. Так что я отдал долг Стиву. Ну, тот, что вы взяли, чтобы я мог поступить в академию. Я подумал, что надо будет сказать тебе...

- Я знаю. - кивнул отец: - он позвонил и сказал мне.

- Ну вот... - Перси потоптался на месте, почесал затылок и ничего не придумав, пошел обратно к скиммеру.

- Персиваль? - окликнул его отец, когда Перси уже открыл плексовый фонарь скиммера.

- Да, па?

- Ты... будь осторожнее там.

- ... ну конечно, па. - Перси сел в скиммер. Вот и поговорили, подумал он. Впрочем для отца этого было даже многовато. Они не так уж много разговаривали. Отец не умел много и красиво говорить. Он умел слушать. И делать. Перси откинулся в кресле и плавным движением поднял скиммер в воздух. Сделав круг над озером он взглядом проследил за маленькой фигуркой отца на берегу. Отец махнул ему рукой и замер, следя за поплавком.

Глава 3

Ветер неторопливо раскачивал висящие под крышей дома деревянные колокольчики. С веранды дома Харссон была видна вся долина. Где-то вдали свистнула какая-то залетная птаха, радуясь сезону солнца и цветов. На тщательно отполированный деревянный пол упала капля раннего дождя. Джун не шевельнулась. Она стояла в низкой стойке кошки, так, что если бы сейчас опустила руки вниз - могла бы дотронуться до пола. Но ее руки сейчас заняты короткими деревянными сонбу - тренировочными копиями настоящих виброножей. Она могла бы стоять так вечно - с прижатыми к предплечьям лезвиями сонбу, на напряженных ногах, готовая ко всему. Глаза смотрели вперед, но не видели почти ничего. Для того, чтобы видеть все вокруг - надо расфокусировать взгляд, не цепляться за привычное видение мира - с его цветами и деталями, надо научится видеть все и сразу, не видя ничего одновременно. Поэтому она не видела капли пота на лбу у Харальда, не видела эмблему дома Харссон на его тренировочном костюме, не видела, как он поджимает губы, готовясь к атаке. Но она видела, как он перенес вес тела на переднюю ногу, чувствовала, как изменилось его дыхание и кожей ощутила давление воздуха от его перемещения. Деревянные клинки тренировочных сонбу с треском столкнулись, Джун поднырнула под клинок в другой руке Харальда и провела своим сонбу по его руке, груди и шее.

- Ха! - выдохнул Харальд и отступил, признавая свое поражение. Джун тоже сделала шаг назад и выдохнула, успокаивая дыхание и приводя себя в обычное состояние. Она вытерла пот, и проморгала глазами, зрение постепенно возвращалось в норму, и она увидела широкую улыбку на лице своего брата.

- Надо сказать, что ты делаешь успехи, младшая. - сказал он, убирая тренировочные сонбу в чехол: - сегодня два раза из пяти.

- Три. - уточнила Джун.

- Два. Тот раз ты жульничала, и ты это знаешь. Кроме того, я поддавался.

- Ну ладно, два так два. Все равно это неплохо, да?

- Я так тебе скажу, сестренка. - Харальд закончил со своими сонбу и сел на пол, подобрав под себя ноги и сделав приглашающий жест. Джун уселась напротив.

- Я скажу, что ты - один из лучших фехтовальщиков семьи. А это немало. - Харальд усмехнулся: - думаю, что ты можешь просто взять и порезать на лоскуты практически любого из наследников всех семей Дионеи. Ну кроме разве что Тибальта и этого сумасшедшего из клана Рикио.

- Рикио? Ты про Шойджи? - Джун нахмурилась, вспоминая.

- У этого человека просто талант. Но он одержим смертью. Безумец. Такие как он долго не живут. - Харальд потер старый шрам, белеющий на предплечье: - впрочем и такие как мы тоже не могут похвастаться долголетием. Мне пора идти - отец просил зайти после обеда.

- Спасибо за урок, брат. - Джун поклонилась, прижав лоб к полу.

- Еще немного и учить тебя будет уже нечему. - улыбнулся Харальд, вставая: - была бы ты ... а ладно. Удачи, сестра. - он вышел, хлопнув дверью.

Джун посмотрела ему вслед и принялась развязывать пояс кимоно. Она знала, что он хотел сказать. 'Была бы ты мужчиной - цены бы тебе не было.' Если бы она была мужчиной, то в старшей семье дома Харссон было бы четверо братьев. Если бы... она вышла в коридор и направилась к душевой, на ходу снимая кимоно.

- Хватит в таком виде по дому щеголять, бесстыжая! - сказала ей в спину Нана и укоризненно покачала головой.

- Доброе утро, Нана-су. - пробормотала Джун и быстро закрыла за собой дверь.

- И когда только ты за ум возьмешься, Джун. - сказала Нана в дверь.

- Она совсем не женственная, правда, Нана-су? - прощебетала под руку Улле, племянница из младших.

- А ты бы помолчала, пигалица, не твоего ума дело. - проворчала Нана и беззлобно шлепнула ту веером по голове.

- Я-то промолчу, Нана-су, да только где мы ей жениха найдем с такими-то повадками. - сказала Улле в сторону, но чуткий слух Наны уловил все до нотки. Нана остановилась и подождала, пока младшая не повернется к ней с вопросительной улыбкой.

- А вот это уж точно не твоего ума дело, младшая. - Нана посмотрела прямо на Улле, и та поняла, что перешла границу дозволенного, опустила взгляд и вжала голову в плечи.

- А ну-ка, шагом марш на кухню и скажи Онно-су чтобы нашла тебе работу погрязней на остаток дня. Поняла?

- Нана-су...

- Ты еще здесь? Я тебя сейчас... - Нана перехватила веер поудобней, но Улле уже торопливо удалялась по коридору, подобрав юбки и пригнув голову на случай, если Нана что-нибудь швырнет в нее. Нана посмотрела ей вслед и решила, что с младшими впредь надо будет построже, а то совсем распустились эти девчонки. И эта Джун... Нана вздохнула. Конечно, Улле права, не женское это дело - сонбу махать, да только упрямая эта Джун - сил нет. Ничего, замуж выйдет - дурь из головы уйдет, будет дома сидеть да детей нянчить. Нана подняла глаза к потолку и попросила старину Генри вправить Джун мозги или найти жениха.