Тринадцатые Звездные войны - Ларри Нивен

как деревья нуждались в солнечном свете, у них были широкие листья и густая крона. Это был настоящий густой лес, в котором росли даже грибы, такие же как на Земле.

Полли уже нашла штук десять. Если кто-нибудь спросит ее, то она скажет, что пришла сюда за грибами. Но к тому времени, как появится гипотетический человек, который будет ее спрашивать, она уже спрячет свою камеру.

В данный момент на Бета Плато было много колонистов. Они отдыхали, устраивали пикники, собирали грибы. Бдительный полицеский непременно обратил бы внимание на то, что люди чересчур равномерно распределились на Плато. И слишком многие из них входили в организацию Сыны Земли.

Груз Рамробота приземлился в том районе, где была Полли. Она была в роще, когда услышала глухой стук. Она пошла быстро, но осторожно в сторону звука. Со своими черными волосами и кожей, темной от загара, она была почти невидима в сумраке между деревьями. Она укрылась за двумя толстыми стволами, а затем осторожно выглянула.

Большой цилиндрический предмет лежал на траве. Стропы пяти парашютов запутались.

— «Так вот как это выглядит,— подумала она. Неужели такой маленький предмет прилетел с безмерно далекой земли. Впрочем, это всего лишь небольшая часть того, что прилетело. Основное тело рамробота полетит обратно на Землю.»

Но сейчас нужно было думать о грузе. Грузы, которые прибывали с рамроботами никогда не были тривиальными. В течение шести месяцев с момента прихода сигнала мазера Сыны Земли готовились захватить капсулу рамробота N 143. В худшем случае они передадут капсулу за плату этой шайке — первым поселенцам. А в лучшем случае они получат оружие для борьбы.

Полли только хотела выйти из леса, как вдруг появились кары. Почти тридцать штук приземлились вокруг капсулы.

Полли оставалась в лесу.

Солдаты не узнали Иезуса Пьетро, но они поняли, что это он. Все люди, за исключением нескольких, которые окружали груз, принадлежали элите. Водители из предусмотрительности оставались в машинах. Иезус Пьетро был очень осторожен, чтобы не толкнуть кого-нибудь, не наступить кому-нибудь на ногу, или даже просто не оказаться у кого-нибудь на пути.

И поэтому он оказался в последних рядах. Ему было очень плохо видно, когда Миллард Парлетт, прямой потомок первого капитана «Планка», открыл капсулу и заглянул в нее.

Иезус Пьетро видел, как старец достал что-то и начал рассматривать при солнечном свете.

Это был прямоугольник с закругленными ребрами, завернутый в эластичный материал, который тут же начал распадаться. Нижняя половина была сделана из металла, а верхняя из отдаленного потомка стекла, материала более твердого, чем самая твердая сталь, и более прозрачного, чем простое стекло. В верхней половине плавало что-то бесформенное.

Иезус Пьетро вдруг понял, что рот его широко открыт. Но он взял себя в руки и только его зрачки расширились. Да, он знал, что это. Об этом грузе известие они получили шесть месяцев назад, когда луч мазера достиг планеты.

Великий дар и великая опасность.

— Это должно сохраняться в величайшей тайне,— сказал Миллард Парлетт, голосом скрипучим как дверь.— Ни слова об этом, они постараются захватить его любой ценой. Мы должны сказать Кастро... Кастро. Где черт побери, Кастро?

— Я здесь, сэр.

Полли спрятала камеру в футляр и начала уходить дальше в лес. Она сделала несколько снимков, и даже два с помощью телескопического объектива. Она сама не могла рассмотреть то, что находилось в стеклянном ящичке, но на пленке все будет хорошо видно.

Она полезла на дерево вместе с камерой. Листья и сучья старались сбросить ее вниз, но она лезла и лезла, забираясь в самую гущу. И когда она остановилась, все тело ее было сжато ветвями дерева. Здесь было темно, как в пещерах Плутона.

Через несколько минут полиция начнет обшаривать все вокруг. Они подождут, пока элита не покинет этот район. Да, просто невидимой быть недостаточно. Полицейские будут пользоваться не только зрением, но и приборами видения в инфракрасных лучах.

Полли нс могла ругать себя за то, что не захватила капсулу. Сыны Земли не смогли расшифровать сообщение мазера, но они знали, что капсула очень ценная. И Полли тоже теперь знала. Когда восемнадцать тысяч колонистов узнают, что находилось в капсуле...

Пришла ночь. Полиция собрала всех колонистов, которых смогла обнаружить. Никто из захваченных не видел, как спустилась капсула, и все они были отпущены после допроса. Сейчас полиция обыскивала район с помощью инфракрасных детекторов. В лесу, где скрывалась Полли, было обнаружено несколько подозрительных пятен, и по ним были произведены выстрелы из аккустических стуннеров. Полли так и не узнала, что по ней стреляли. Когда она проснулась на следующее утро, она с облегчением поняла, что все еще находится на дереве. Дождавшись полудня, она спустилась и пошла по направлению к Мосту Бета-Гамма, спрятав камеру под грибами.

СЫНЫ ЗЕМЛИ

С колокольной башни Кемпбелтауна раздались четыре громоподобных звенящих звука. Звуковые волны пронеслись через город, пересекли поля, дороги и постепенно замерли вдали. Однако, хотя и очень слабые, они достигли шахты, и люди, прислушиваясь к ним, опустили кирки и лопаты.

Мэт улыбнулся в первый раз за этот день. Он уже сейчас представил во рту вкус холодного пива.

Дорога от шахты вела все время под гору и Мэт на велосипеде добрался до Челлера как раз вовремя: таверна только начала заполняться народом. Он заказал себе как обычно бутылку и первый стакан выпил залпом. Второй стакан он уже наливал медленнее и аккуратней. Он сел на свободное место и начал с наслаждением прихлебывать пиво. В таверну заходили все новые и новые люди.

Завтра суббота. Теперь два дня и три ночи он сможет забыть о шахте, о работе.

Чей-то локоть толкнул его в шею. Он не обратил внимания: это была привычка, которую его предки завезли с перенаселенной земли, и которая так и осталась здесь. Но локоть во второй раз ткнул его и как раз в тот момент, когда Мэт поднес к губам стакан. Пиво плеснуло ему прямо за ворот. Мэт повернулся, чтобы обругать нахала.

— Прошу прощения,— сказал невысокий человек с прямыми черными волосами. У него было острое невыразительное лицо. Человек походил на уставшего клерка. Мэт всмотрелся в это лицо.

— Худ,— сказал он.

— Да, меня зовут Худ. Но я не узнаю тебя.— В голосе человека прозвучала вопросительная интонация.

Мэт ухмыльнулся. Он любил эксцентричные жесты. Он сунул пальцы за ворот и одним рывком расстегнул рубашку до самого пояса.

— А теперь узнаешь? — спросил он.

Клерк отшатнулся, но затем его