Сергей Сацук - Спецподразделение Чистки

На улицах города было немноголюдно. Но медлить и выжидать дальше я не мог, решив бежать при первом же удобном случае. Таковой не заставил себя ждать. За окном автомобиля показался большой супермаркет — одноэтажное здание с множеством различных вывесок. Здесь людей было побольше. Но магазин уже закрывался. В такую-то рань!

Наш автомобиль начал затормаживать на светофоре. Я победно улыбнулся.

Профессионалы из спецсопровождения никогда бы не допустили подобной ошибки. Во время перевозки у нас была одна лишь остановка — на конечном пункте, во дворе лагеря.

Машина затормозила слишком резко, и от этого проснулся охранник. Он приподнял свою сонную физиономию и посмотрел сначала в окно, затем на меня.

Больше ждать было нечего. Я щелкнул зажигалкой перед носом своего растерявшегося «попутчика» и резко надавил пальцем на распылитель баллончика. С жутким гулом пламя полыхнуло по лицу охранника, и в ту же секунду мои уши потряс рев разъяренного вепря. В одно мгновение я открыл дверь машины и выскочил на улицу. В нашу сторону уже смотрели все прохожие, а вопль охранника разлетался над маленьким провинциальным городком. На руках одной старушки заскулила маленькая домашняя собачка, наверное впервые в жизни услышав такой жуткий звук. Возможно, это покажется кому-то жестоким, но я могу позволить себе не оправдываться. Когда вырастаешь на улице, первое, чему тебя там учат, это не чувствовать чужой боли. Без этого просто не выжить.

Я летел к магазину быстрее ветра, не обращая внимания на перепуганных тетушек, бабушек и на нескольких солидных мужчин, которые курили на автостоянке. Сколько раз мне уже приходилось бегать, и каждый раз повторялось одно и то же. Прохожие даже не пытались меня остановить. Только вдруг прокричал кто-то тонким пронзительным голосом:

— Полиция!!!

Как обычно, крик подхватили все стоящие рядом тетки. Не растерявшись, я вырвал из рук одной тележку для продуктов и запустил ею в уже закрытую дверь супермаркета. Стоящий внутри охранник поймал мой снаряд вместе с осколками стекла и рухнул на пол. Я в один прыжок перескочил через него и бросился бежать вдоль товарных полок магазина. Мои руки сами хватали все необходимое — спортивный костюм, кроссовки, кепку, небольшой раскладной нож, пакет с концентратами, которые я не успел разглядеть, и конечно же все это было впихнуто в большую, вместительную сумку. Продавцы не посмели оказать мне сопротивления, а те, что стояли на моем пути, даже в страхе уступали дорогу.

Задерживаться в магазине я не стал и сразу же побежал к служебному выходу. Его, как и в других таких же супермаркетах, найти оказалось не очень сложно.

Я выскочил на просторный внутренний двор и, перемахнув через высокий забор, сразу очутился в узком неприметном переулке. Мне пришлось немного пробежаться, сворачивая наугад то вправо, то влево, пока не нашлось подходящего тупичка. Только там я остановился.

Вокруг никого не было. Я быстро стянул с себя все тюремное и принялся облачаться в новую одежду, Таскаться по городу с большой сумкой было бы глупо.

Закончив с переодеванием, я запихнул в стоящий рядом мусорный бак свое тряпье и уже лишь с пакетом концентратов спокойной, размеренной походкой окольными путями направился обратно к магазину. Как я не раз убеждался на собственном опыте, там сейчас было самое безопасное место во всем городе. И только там, среди столпотворения любопытствующих обывателей, можно было, не привлекая к себе внимания, узнать: куда лучше всего податься дальше.

Машины психолога возле магазина не было. Значит, они не захотели светиться. Это только лишний раз подтвердило все мои подозрения относительно вербовки. Но в конце концов я обвел вокруг пальца всех: начальника лагеря, Репья и даже этого ненормального психолога с его «гориллой». От этих мыслей у меня стало приятно на душе, как было всегда приятно, когда мне удавалось выйти сухим из воды.

На месте происшествия уже работали полицейские, и тетушки наперебой пытались выложить им каждая свою версию. Уж они наверняка чувствовали себя теперь местными знаменитостями. Я незаметно слился с собравшейся толпой и стал выяснять обстановку. Разговоры слышались разные. Но в основном все сходились в одном — нездешняя банда пыталась ограбить супермаркет, но что-то пошло не так, и они скрылись на странной шикарной машине. Описание автомобиля психолога уже излагалось полицейским.

Я улыбнулся. Охотиться будут на странную машину, значит, у меня оставался кое-какой запас времени. Следовало осторожно выяснить у кого-нибудь расположение ближайшей железнодорожной станции и уносить отсюда ноги. Про поездку автобусом нечего было и думать. Полицейские наверняка перекроют автомобильные дороги и будут проверять всех и каждого.

Стараясь держаться подальше от свидетелей происшествия, я прошелся между любопытствующими горожанами, разыскивая какого-нибудь особо ретивого болтуна.

Таких было много, но выделялся среди них высокий мужчина средних лет, в темных штанах, свитере, белой рубашке и галстуке. Судя по тону его пустой болтовни, он наверняка считал себя самым умным и осведомленным из собравшихся.

— Их поймают в течение часа, — убеждал мужчина толпу. — Мой брат служит в полиции уже восемь лет, и он знает свое дело, смею вас заверить. Выезд на автостраду уже перекрыт, им некуда деться.

— Но они могут уехать поездом, — подал я голос. Мужчина презрительно взглянул на меня и холодно усмехнулся.

— Малец, тебе не пора в школу? — спросил он. Я смолчал, хотя вопрос был на удивление глупым. Какая могла быть школа вечером, да еще в начале августа.

Мужчина вновь повернулся к своим собеседникам.

— Каждый молокосос будет еще вмешиваться, — сказал он им. — Молодежь глупеет прямо на глазах. Им не хватает уже сообразительности понять, что грабители уехали к югу, а станция на севере.

Я незаметно удалился. Мне уже было известно достаточно. Не привлекая к себе внимания подозрительными вопросами, теперь я мог спокойно добраться до станции и исчезнуть. Я зашел за угол ближайшего дома и осмотрел свою добычу — пухлое кожаное портмоне, которое я стащил у того мужика. Денег было не очень много, на билет и еще чуть-чуть. Я принялся потрошить портмоне дальше… Много семейных фотографий, кредитная карточка, какие-то бумажки, справки, рецепт врача, права — в общем, обычный набор. Я взял только деньги, а все остальное выбросил в мусорную урну. Тогда мне казалось, что судьба вдруг стала необыкновенно благосклонна к моей персоне. Я и не подозревал, что глубоко ошибался…

Глава 3

До станции я добирался пешком: через площадь, потом по центральному проспекту и через парк. Уверен, меня никто не заметил. Нет, я не прятался. Мне было хорошо известно, что незаметно как раз то, что находится на самом виду. Да и человек устроен так., что замечает быстрее то, чего боится: какой-то неопределенной тени за углом здания, хруста ветки за спиной или не поднимающего голову обычного прохожего. Поэтому я был простым праздно шатающимся малым: держал голову прямо и не прятал глаза, не сторонился людей, когда они обращались ко мне, и даже насвистывал на ходу. Единственное, что могло вызвать подозрение людей, — это моя рука в кармане и фигура из трех пальцев, которую я, по совету матери, держал там против плохого глаза. Да, у меня были кое-какие суеверия, впрочем, как и сейчас есть.

Название станции мне ничего не говорило. Я не сильно этому огорчился и, не задерживаясь на перроне, прошел в зал ожидания. Здесь было довольно шумно. Чего я никогда не мог понять — это зачем люди постоянно переезжают с одного места на другое. Что они ищут? А может, от скуки ездят друг к другу в гости? Возможно.

Лично я никогда не был в гостях и не испытывал в том особой нужды. Я приходил, куда желал, и брал, что хотел. В этом и заключался смысл моего существования.

Мне никогда не было скучно, в отличие от вечно скучающих обывателей.

Я прошел к висящему на стене расписанию и стал читать. Названия станций были мне абсолютно неизвестны. Но вообще-то я не блистал знаниями в географии.

Как-то меня это не интересовало. За всю свою недолгую жизнь я ни разу не покидал родного города, где родился и жил. Мне вполне хватало простора для «активной деятельности» в родных местах, и первое мое путешествие было за непроницаемыми стенами тюремного «катафалка».

Ближайший поезд должен был прибыть через пятнадцать минут. Не долго думая, я подошел к кассе и взял билет до конечной станции. Кажется, все шло как нельзя лучше. Но я не стал расслабляться. Еще оставалось пятнадцать минут. За это время могло произойти все, что угодно. Идти на перрон было опасно, и я спрятался за автоматическими камерами хранения. Отсюда хорошо просматривался весь зал ожидания и вход в него. И что было особо важно, сзади меня находилась дверь в туалет. Пусть в женский, но все же хороший путь к возможному отступлению.