Пермский Губернский 3. Элит - Евгений Бергер

фамильяр трижды посигналил. К «Мерседесу» тут же вышли лысые ребята и жестом попросили опустить окно. Интересно…

— Чего тебе? — спросил Семён.

— Руки. Чтобы я видел. — холодно произнёс один из здоровяков и вытащил пистолет: — Егорка! Ты там как?

— Хорошо. — как ни в чём не бывало ответил мальчишка и благополучно покинул «Мерин». Вот, значит, как? Хитрая схема? Ладно.

— Ты уверен? — поинтересовался Семён.

— Руки. Да, поживее! — повторил здоровяк, тыкая пистолетом в фамильяра.

— Хорошо. Лови! — Семён попытался активировать воздушный поток, но… ничего не случилось.

— Ой! Как нехорошо. — ухмыльнулся здоровяк и вытащил из кармана блокиратор: — Что? Прогуливали каратэ, Господин Даф-фвах-хе? Руки! И из машинки выходим.

А вот это уже хреново. Весьма хреново…

— Послушай, я работаю на очень опасного человека.

— Мы в курсе! Он-то нам и нужен. И ты — поможешь. Выходи!

Мало того, что побрили… Так теперь ещё и угрожают.

Как замечательно начался рабочий день.

Глава 11

Спустя два месяца жизни в этом мире, до меня стало чётко доходить, что местные гуминиты… совершенно не умеют пользоваться временем. А ведь это — один из самых важных ресурсов практически всех живых существ.

Они раскидываются временем направо и налево, искренне веря, что в их жизни прекрасных моментов будет ещё сотня. А, может быть, даже и не одна.

Но, как же это ошибочно… В том и суть жизни, что большая часть всего, что происходит — уникальный и неповторимый момент, который нужно чувствовать всем сердцем! За который нужно хвататься здесь и сейчас. Потому что, другого шанса может уже и не быть.

И даже я — тот, кто прожил невероятное количество веков, уже давно это понял…

— Даже и не знаю… — смущённо отведя взгляд, ответила Галчонок: — Брать выходной, из-за такой глупости?

— Глупости? — возмутился я: — Человек — существо хрупкое! Сегодня есть, а завтра — нет. И ты вот так меняешь это на… работу? Нет, я прекрасно понимаю, что директор не имеет права так говорить. Мне, по сути, это даже невыгодно. Но, чёрт возьми! Сходи, развейся!

— Хех… Вы говорите, прямо, как мой дедушка. А это же всего лишь встреча одноклассников…

— Потому что, Николай Константинович тоже знает цену времени. И никакая не «всего лишь»! В общем, давай… — я отрицательно замотал головой: — Бери выходной за мой счёт. И оторвись там, как следует! Тем более — пятница. Бухгалтерия, как и все клерки — по выходным не работают.

— Вы, правда меня отпускаете?

— Конечно! В жизни всякое бывает. — ответил я, откинувшись на спинку кресла: — Живи здесь и сейчас. Да, я прекрасно понимаю, что нужно думать о будущем. Но по объективным причинам… Да хрен знает, что там будет завтра? Ныряй с головой, Галина.

— Вы слишком мудрый для своего возраста.

— Мудрость зависит не от возраста, от того, сколько ты повидал и пережил. Увы, и в шестьдесят можно оставаться круглым идиотом. Я с таким сталкивался…

— Хорошо. Но выходной я возьму за свой счёт!

— Ты разбиваешь мне сердце. — вздохнул я.

— Правда? Ну… — Галчонок вновь виновато опустила взгляд: — Я же просто хочу встретиться со старыми друзьями… Это больше мне надо, а не нашему заводу.

— А завод нуждается в том, чтобы все сотрудники были радостными и отдохнувшими. Увы, многие этого не понимают. В общем, иди с богом, золотце! Уверен, что тебе пойдёт это на пользу.

— Вы такой прекрасный! — улыбнулась звезда всея бухгалтерского учёта. Вот ради таких улыбок стоит жить: — Прошу, оставайтесь таким и дальше! Кстати, как там поживает лагерь?

— Пока неплохо. Проблема в том, что домики, несмотря на заверения директора — не очень готовы для осеннего сезона. Ну, поставят они радиаторы туда… А, если, что-то случится с электричеством? Что тогда? Мёрзнуть будут? В общем, поговорили с ними. Сейчас в разработке дом. Виктория подключила связи со старой работы. Ждём, когда всё согласуют. И если очень сильно повезёт, то ИСС закроет часть затрат. Уж больно не сладко им сейчас приходится после смерти Воробьёва…

— Кстати, всё хотела спросить. — блондиночка осторожно посмотрела на дверь в «предбанник» Иришки, а затем подошла ближе ко мне: — У меня характер — чок…

— Это как?

— Мягкий рис… Его дают детям и беззубым старикам. Он мягкий и быстро усваивается. А ещё — безвкусный. Похож на пластилин.

— И, причём тут чок?

— Слабохарактерная я. Добродушная. Дружелюбная не в тему… Кажется, я могу простить человека, который пырнёт меня ножом в спину.

— Господи… — я обречённо закатил глаза: — Слабость и большое сердце — разные вещи, Галинушка. Почему все вечно принимают доброту за слабость? Вот для меня это загадка…

— Для меня тоже! — закивала Галчонок: — Помню, пришла с одной подругой в кинотеатр. А там парнишка попросил местами поменяться. Ну, видел он плохо. Поменялась. Так подруга мне потом все мозги вынесла, что я простачка слабохарактерная, и вообще — дура.

— Отличная подруга, что могу сказать. Но… знаешь, мне кажется, что такой в этой Империи менталитет. Мол, ты всегда должен стоять на своём. Однако… сколько ленту не читаю — вечно, кто-то кому-нибудь помогает. Есть люди, которые всё понимают правильно! Просто… не стоит обращать внимание на тех, кто пытается подстроить тебя под других.

— Золотые слова! — закивала блондиночка: — Но… Мне так давно это говорят про слабохарактерность, что я уже и сама поверила…

— Зря. Но, опять же — все, кто так говорит, возможно, хочет уберечь тебя от юзеров?

— Это вы о ком?

— Вычитал в интернете новое словцо. Те, кто пользуются чужой добротой.

— Ого… Я и не знала.

— Так вот, с такими надо прям жёстко! Желательно, через бедро. И вилку в колено… Ну, чтоб наверняка всё осознал.

— Поняла! Буду стараться вычислять таких!

— Главное — сильно не увлекайся. И помни — у тебя прекрасный характер. Ты будешь потрясающей женой.

— Правда? — в этот момент меня накрыло волной мощной ауры влюблённости. Такой нежной и возвышенной… Как у подростков.

Твою ж мать… Со всеми этими «Аресами» я успел позабыть, что на заводе во всю идёт подпольная мыльная опера.

— Правда. — кивнул я: — В любом случае,