Град на Подкове - Николай Воронов

— Это что? — Вернувшийся охранник удивленно застыл.

— Китан, ты светишься! — Подтвердил Грек.

Я глянул на себя. Ну да, тело действительно чуть светилось изумрудным светом. Слишком много было наложено исцеляющих заклинаний. Энергии стало так много, что даже не обладающие магией люди, смогли увидеть структуру и энергию чар.

— Все нормально. Побочный эффект исцеляющих заклинаний. Не о чем переживать. — Отмахнулся я.

— Ты себя в зеркало видел? В гроб краше кладут. Нет, Ганс, ты слышал, у него оказывается все в порядке?! — Грек подставил плечо, помогая мне выйти из камеры. — Если бы мы не подоспели, сдох бы ты, не от ран, так от кровопотери.

— Замолчи, старик. От твоей постоянной болтовни голова уже порядком болит. Не хватало, чтобы услышал кто и раньше времени тревогу забил. — Ганс отстегнул от пояса флягу с водой и протянул мне. — Пойду проверю как у парней дела.

Пока я мелкими глотками вливал в себя такую вкусную воду, охранник скрылся в коридоре. Мы же с греком медленно побрели за ним следом. Первое, что бросилось мне в глаза, когда мы покинули камеру, было тело того самого Роса. Он лежал на полу, схватившись за торчащий из груди арбалетный болт. Второй снаряд пробил глазницу и, пронзив мозг, торчал с обратной стороны черепа. Рядом с ним лежал раздробленный на мелкие куски артефакт.

— Кто его так? — Спросил я.

— Этого? Ганс приголубил. Один из приближенных жополизов Виктора. Жестокий мудак, но с клинком обращаться умел. Хорошо, удалось его врасплох застать. Я-то в грудь ему засадил, а вот Ганс точнехонько в глазницу попал. Отлично стреляет фриц наш немецкий.

Жаль, чёрт возьми, я хотел удавить гада собственными руками. Сломанные ребра вновь кольнули болью, напоминая о том простом факте, что исцеляющие заклинания стоит вновь напитать энергией.

Опираясь на плечо грека и, стараясь ровно переставлять ноги, не споткнувшись на очередном пороге, я вышел в холл здания. В просторном помещении, с арбалетами в руках, заняли позиции у окна сразу три человека. Ганс лишь бросил взгляд в нашу сторону и вновь отвернулся, внимательно осматривая улицу через рыбий пузырь, натянутый на оконный проем.

— Отлично выглядишь, Китан. Честно тебе скажу, если бы не просьба Йхоо, я бы с огромным удовольствием присоединился к Виктору. Американским флагом клянусь, этот человек куда достойнее и целеустремленнее тебя.

— Замолчи, Дон! Я тебе уже не раз говорил, твой язык, не доведет тебя до добра. Однажды найдется тот, кто попросту отрежет его тебе, вместе с твоей башкой.

— Ну конечно, вини меня, а не этого полу-дурка, из-за которого заварилась вся эта канитель!

Я усмехнулся и прошел мимо них, развалившись на скамье. Эти двое могли спорить часами, и совершенно неважно по какому поводу. Пусть американец Джекил и не внушал мне особого доверия, но сейчас в его намерениях сомнений не было: он всецело был предан своим друзьям, так что вряд ли решился бы на предательство. Легли бы карты по-другому, он бы, несомненно, встал на сторону Виктора, так как между нами уже давно пробежала черная кошка.

— Чего мы ждем? Я думал, мы, что есть, сил рванем с подковы.

Недоуменно разглядывая совершенно спокойно стоящих людей спросил я. Те же в свою очередь даже не стали отвлекаться от своего спора, в полголоса переругиваясь между собой.

— Ситуация немного поменялась. Гоблин с Клайвом появились раньше, чем было запланировано. Нет смысла покидать город, так как наши уже занимаются его захватом. — Объяснил Ганс.

В этот момент за дверью раздались шаги. Парни прекратили спор и вскинули арбалеты, но Ганс лишь рукой махнул, мол, все нормально. Вошедший в дом молодой парень, один из тех, что присоединились к отряду после Нового Лисобона, приветливо кивнул мне и, обращаясь к Гансу, сказал.

— Клайв передает, что они захватали западные ворота. Йххо с гоблином двумя отрядами идут к центру, отжимая стражу к магистрату.

— Потери есть? — Вклинился я.

— Без понятия. Ворота мы захватили без потерь, мелкие ранения не в счет.

— Тогда двинули к магистрату. — Вставая со скамьи, сказал я.

— Ты себя в зеркало видел? В таком состоянии мы тебя разве что на кладбище утащим. — Скривился словно от зубной боли Дон.

Проигнорировав его слова, я двинулся к входной двери и остальным пришлось присоединиться ко мне. Обогнавший меня Ганс, с арбалетом в руках, двигался первым, зорко наблюдая за окрестностями. Догнавший меня грек, вновь подставил плечо, бормоча что-то о молодых и безбашенных дебилах, не уделяющих должного внимания своему состоянию. Я же был откровенно ему благодарен, так как, не смотря на свою браваду, чувствовал себя, откровенно говоря, плохо. Но если парням все же удастся взять магистрат и с ним город, я бы хотел первым оказаться там, чтобы сказать пару ласковых Виктору. Да и вопросы на счет его сделки с Американцами у меня остались.

Улицы были пустынны, двери домов закрыты, а ставни на окнах наспех заколочены досками. За все время пути нам так и не встретился ни один прохожий. Видимо люди в отличие от меня прекрасно понимали, к чему все идет и были готовы к грядущим неприятностям. Отсутствовали даже наряды городской стражи, раньше патрулировавшие улицы, как днем, так и ночью.

Впрочем, объяснение происходящему предстало перед нами довольно скоро. В самом центре города, у двухэтажного здания магистрата, собрался хорошо вооруженный отряд. Окружившие здание бойцы, скрываясь за наспех сооруженными баррикадами, посылали в окна магистрата арбалетные болты. Высунувшийся из-за баррикады молодой парень, вскинул арбалет, посылая в сторону здания болт, когда из окна, более похожего на крепостную бойницы, соскочила стрела, ударив парня чуть ниже ключицы. Выронивший арбалет парень, подвывая, упал на землю, схватившись за древко болта.

Бросившийся к нему непалец, подхватил раненого за отворот одежды и потащил к укрытию. Вряд ли бы он успел, если бы не бросившийся к ним Ганс, на ходу подхвативший с земли широкую доску, прикрываясь ей, словно щитом. Звук нескольких стрел впившихся в дерево, подтвердил верность подобного решения.

— Китан, живой чертяка! — До боли знакомый голос Дарвиша, отвлек мое внимание от осады магистрата. — Грек, алкоголик старый, тащи его сюда! Какого буя вы на открытой местности застыли?

Штаб осаждающих расположился в небольшом одноэтажном здании, прямо напротив магистрата. Дарвиш помог мне войти в помещение и, отпустив плечо, отошел к стене, плеснув в стакан ядреный самогон.

— Раз решил сюда прийти, пей. Ночка предстоит жаркая, а на тебе живого места от побоев нет.

Я с благодарностью кивнул, одним глотком осушив стакан. Адская горечь растеклась по горлу, в груди словно вспыхнуло