Фрилансер. Повелитель ареала - Сергей Анатольевич Кусков

— Именно! Есть такое изречение, Говорят, оно древнее, дремучее, как бы не со времён римской империи. Лично встречал в формулировке, где вместо «кабальеро» написано «джентльмен», а это века XVIII — XXI. Скорее всего так и есть, и к нам на латиноамериканский континент оно перебралось вместе со вчерашними джентльменами, бежавшими в тихую южноамериканскую гавань, просрав собственные страны и цивилизации. Но так или иначе, изречение действенно до сих пор. Ибо в основе лежит понятная миллионам и миллиардам пещерная протестантская логика: можешь нагнуть — нагни, даже если вчера тебе это не надо было. А любой договор действует только до тех пор, пока есть сила, заставляющая оный соблюдать. Даже если договор навязал ты сам, но можешь на него наплевать — наплюй! И они ужесточили игру, показательно убив своими прокси марсианских болельщиков.

— Почему марсианских? — снова напрягся Флавий. Он реально по краю идёт, кто бы ни победил в текущих событиях, их каналу может достаться.

— Во-первых, так уж получилось, более половины нашего личного состава были марсиане, — продолжал раскрывать карты я. — Ничего эдакого, просто среди них полно профи со специфицеским опытом, готовых работать за идею. А во-вторых, Веласкесы ратуют за дружбу и интеграцию с Марсом. Удар наших наци по ним марсианами воспримется как удар Венеры по Марсу в целом, а не отдельных личностей по части диаспоры. А это уже распад Альянса и межпланетная рознь, высокая политика. Мы не могли не вмешаться… По их мнению.

— Но вы же не вмешались, разве нет?

— Конечно, нет! Мы выдержали. Не ввязались туда, где нас положат мордой в пол, а то и перестреляют. Но при этом провели расследование, очень-очень подробное, и результаты отдали президенту Ноговицыну… Естественно, через подставных людей и связных. Всё, что касается марсиан, должны решать марсиане, как бы ни чесались руки у нас самих. И УВР красной планеты не подвело, зачистив в итоге ЧВК, осуществившую нападение и убийства на их граждан.

— Мехи в городе, пальба из деструкторов… — кивал Веспасиан. — Да, это было эпично.

— В этой ситуации хорошо всё. К Марсу претензий нет, он в своём праве. Мы — не при делах. Сами рядовые марсиане довольны показательной расправой над обидчиками своих сограждан. А наши, венерианские наёмники впрок поостерегутся брать подобные заказы. И даже с точки зрения сеньоров всё нормально — уничтожены исполнители, а не заказчики, они не при чём. Но с другой стороны, Веласкесы вновь выиграли, играя ПО ИХ ПРАВИЛАМ. Прикольно, да? Они не стали, как дутые индюки, вести официальное расследование, кого-то арестовывать, допрашивать, сажать в тюрьму. Нет, они поступили как отморозки, «слив» дело тем, кто разберётся с ним наилучшим образом, а после даже не сделали попытки выдвинуть обвинения Красной Планете в самоуправстве на чужой территории. То есть снова победа по правилам сеньоров!

— И кабальеро вновь меняют правила, верно? — подобрался ведущий. — «Меридиан»?

— Да, «Меридиан» и ещё два ресторана, — кивнул я. — Один — марсианский, другой в Самаре. Перед этим было обострение, парни рубились с латинскими нациками стенка на стенку. И когда сеньоры, в своём духе, попытались накатить на королеву бочку через Сенат, устроив там привычные по прошлым годам поскакушки с массовкой, мы выдвинули туда свою массовку, которая брала не числом, а выучкой.

— Легион. — Римская морда внимательно следит за моим творческим путём. Это радует уже лично меня, как творческую личность. — Легион с раскладными титановыми щитами.

— Он самый. Красиво оформили, правда же? — Сам себя не похвалишь, никто не догадается. — И легион победил, уничтожив попытку что-то сделать путём акций протеста у госучреждений. Мы сыграли по правилам сеньоров, в очередной раз, и сеньоры вновь продули с разгромным счётом. Им не осталось ничего другого, кроме как пойти на совсем крайние меры. Правила снова были изменены…И «Меридиан» в двумя другими ресторанами, в которых собирались наши бойцы, в смысле разделяющие наши идеи союзники, взлетели на воздух.

— И вы ответили штурмом службы безопасности компании Абанкуэйро.

Опасные слова, но сказав «А» надо говорить и «Б», закон шоу. Он, как и я, уже не может иначе.

— Да, — согласно кивнул я. — Параллельно организовав тотальную зачистку некоторых сотрудников боевых крыльев, прошедших подготовку, имеющих звания и должности. Ведь взрыв «Меридиана» и двух других ресторанов это попытка физического уничтожения тех из нашего кадрового резерва, кто выходил со щитами к Сенату. Попытка запугать, чтоб мы сдали назад. А значит наши действия, как бы ни смотрелись со стороны, строго зеркальны: «Сеньоры ультрас, мы тоже можем убивать вас, как ваши боссы убивают сторонников Сектора!» Что касается нападения на высотку СБ, то это была попытка добраться до их архива. К сожалению, безуспешная.

— Почему не было предъявлено обвинение сеньору Самуэлю? — пожар интереса в глазах ведущего. Он прикасался к тайнам, недоступным для человека его уровня, не то, что обывателя, и не мог остановиться. — Если вы раскопали заказчика, то…

— Веспасиан, это я могу говорить, как частное лицо, — сурово вздохнул я. — Но для серьёзного обвинения нужны серьёзные доказательства. А они были только косвенные, сеньоры не идиоты и подчистили за собой, оборвав все ведущие к ним ниточки вместе с жизнями носителей ниточек. Если бы наши ребята добрались до серверов архива, возможно, кто-то на планете лишился бы головы. Но они не смогли. Это была спонтанная атака, без подготовки, без должной разведки — надеялись только на удачу, а удача слишком ветреная птица. Что же касается «невиновности», дескать, раз обвинений не было, значит сеньор невиновен — отнюдь. Если начать копаться в чьём-то грязном белье, всегда можно вытащить наружу что-то эдакое. Да, не «вышку», но всё равно противное и мерзкое. Кому хочется так подставляться? А потому далее последовал договорняк с королевой: она не предъявляет Абанкуэйро обвинений, вытаскивая грязное бельё сеньора на свет под предлогом расследования, а он не обвиняет её в напрасном преследовании, и все участвовавшие в нападении на его империю освобождаются. Королеве выгодно — она всё равно не посадит сеньора; сеньору выгодно — на свет не всплывут сведения, бьющие по его репутации. И ещё момент, я сейчас даже как частное лицо не обвиняю сеньора Сэмюэля. Я ДУМАЮ, то есть СЧИТАЮ, лично я, что это был он. Но доказательств у меня не было и нет. А мысли нельзя подшить к делу — я ведь тоже человек и могу ошибаться. Потому прошу после этого эфира воздержаться от травли семьи Абанкуэйро. Поверьте, если они такие уроды, что сделали это — они останутся уродами, и позже сделают что-то плохое вновь, только теперь мы их прижучим. Если же это не они, и подобное не повторится — значит, я слишком плохо думаю о людях. Так бывает.

— Да, Хуан… И что мне со всем этим делать? Мы ведь в прямом эфире! — задумчиво покачал головой Флавий.

— Это не твои проблемы, ты — нейтрал, — обнадёжил я и поддерживающе улыбнулся. — Просто будь собой — непредвзятым журналистом.

— И всё же… Хуан, твоё присутствие здесь сегодня. Как это связано с ужасами, что ты рассказал о событиях два месяца назад?

— Напрямую. Я просто показываю сеньорам, устроившим в стране переворот на ровном месте, с кем они начали играть в свои игры. Королева слаба — это так. Королева труслива — никто не спорит. Королева не хочет лишний раз идти на конфликт, и этим можно пользоваться? Всё это верно, я называю сие «страусиной политикой», и говорил о ней ей в лицо, потому так бравурно заявляю и сейчас. Её величество считала, что пойдя на уступки, договорившись с оппонентами, сможет избежать мятежа и переворота. Но на самом деле, и время это подтвердило, всего лишь оный отсрочила, и то ненадолго.

— Но к счастью она поместила в своё окружение силы, способные играть по правилам оппонентов, — продолжил я с огоньком в голосе. — И почему-то раз за разом оказывается, что сеньоры оппоненты проигрывают этим силам на собственном же поле. И сейчас я продемонстрирую НОВЫМ сеньорам, решившим идти против Веласкесов, против кого они вышли. Поставь это в эфир, — протянул ему капсулу с записями переговоров с Мальдини. — В тот момент, когда был введён протокол «Железный купол», семь кораблей двинулись в сторону Земли, игнорируя приказ вернуться. Один из них — имперский пассажирский транспортник. Есть подозрения, что на нём летит человек, устроивший захват заложников в школе Кандиды де Хезус, и Союз вытаскивает его даже под угрозой гибели трёх сотен остальных пассажиров. В пользу этой версии