Плетения конфедерации - Антон Чернов

ржал, но про себя: зелёнка надувалась и хмурилась, видно, важно ей.

Но разница в росте «под ручку», как Ленке казалось «приличным», ходить просто не давала. Ракообразный Кащей, либо Зелёнка под мышкой, в прямом, а не переносном смысле.

С «за ручку» надутая зелёнка бурчала «как с ребёнком». На что ехидный Кащей я, смерив четвертый размер «дитятки» согласился побыть чадолюбом.

— И Лен, давай серьёзно, — после погони за «сволочным гадом» обратился я.

— Давай, — сопя, выдала Ленка.

— Ну подумает там кто-то что-то. И чё? — ехидно оскалился я. — Ты за руку держаться хочешь? Ну и нахрен всяких мыслителей. И свинотрахов.

Да и настроение, несмотря на «пофиг», поднимает, отметил довольный я, заходя в бар.

Посетителей в этот раз было, как понятно, больше. Но «первый от двери» столик был свободен. А Тощий обнаружился за стойкой, зыркнул на звякнувшую дверь и кивнул, сделав пригласительный жест.

— Посидим или с народом пообщаемся сразу? — уточнил я.

— Расскажем, народ подтянется, да и Макар. А после рассказа — мы спрашивать начнём, — вслух прикинула Ленка под мои кивки. — К стойке, — решительно выдала она.

Кстати, как я оценил, подходя к стойке, второй этаж кабака — видимо, «солидное» место. В том смысле, что с первого этажа доносилась музыка, взвизги-смех. Явно народ «жёг и отдыхал». А тут сидят и общаются, в основном. Кроме нескольких типов, явно надирающихся, в гордом одиночестве. Ну, каждый отдыхает в меру крепости своей печени.

Кстати, музло с первого этажа явно было «живым». Пара скрипок, волынка, барабаны-бубны, а не ударная установка. Ну и пара гитар.

Приятно, но с «воспроизведением», как я и думал, вопрос не решался даже в более чем благополучном Стальном. В любом случае — охренительно благополучном, на фоне остального, даже если тут банды ночами шалят и прочее подобное, факт.

Подошли мы с Зелёнкой к стойке, Тощий изящно пошутил насчёт отсутствия, был мной вежливо послан, Ленкой тоже, в стиле «завидовать — нехорошо». Молодец, девчонка, хех.

В общем, спросил Тощий насчёт «нескольких знакомых», как и ожидалось, на что мы кивнули — у нас вопросы, соответственно, аудитория и нам нужна.

Подошло с десяток народу, село у стойки — металюди и человеки, обоих полов. И зателяли мы с Ленкой «сказ об упырихи повержении» на четверть часа.

— Высшая упырица была, — покивал один из первых увиденных мной в Конфедерации орков. — По всему управлению слухи, хоть расскажу, что внутри было, — пробормотал он вполголоса.

Хех, а я без кирасы и не соотнёс голубую джинсу. Это стражник с нами квасить изволит в компании. Но — не лишнее.

Закончив «бояний сказ», я оскалился и оповестил, что у нас есть вопросы. Несколько слушателей оперативно отползли в кусты, но шестёрка плюс Тощий — нормально, так что стали мы с Ленкой в них задавать вопросы.

И через пару часиков обладали «не буклетной» а «один парень или девица в баре сказали» информацией. Довольно достоверной, как ни смешно: небывальщина всё-таки, так что народ в целом от вранья, даже «художественных преувеличений» отвыкал. Потихоньку, но как и сказала в свое время Ариска: «И к лучшему».

Итак, до конца Стальной вообще располагался почти на сотню километров севернее, на что, кстати, указывало часть пометок карты. Был он именно «чёрным ящиком» в прошлой стране, а в теперешней — наполшишечки. Научно-исследовательским полузакрытым городком, с учебным ВУЗом — финансирование и всякие «программы».

Население в нём, кстати, было тысяч восемь, с учётом студентиков.

Конец они пережили без бомбёжек и даже радиоактивных последствий — находился «ящик» в жопе мира, а если ракетометатели и знали о нём, то тратить ракеты не стали.

Службистов преподаватели и студенчество, поддержанные ментами, (местными уроженцами, как я понимаю) удавили в первую неделю. До изменений и прочего. Помимо «недоговариемого» но очевидного желания стать «владычицами жизни» у части секуристов произошёл заворот мозгов на тему «сотворить орудие возмездия». Так что вопрос «кто главный» решался без «кровавых ручек», их того.

Изменение в Стальном началось даже пораньше, чем «в среднем», через три недели после конца. И резко: половина населения — гнумы, несколько процентов ельфы и прочие, ну и люди.

С ума они сходить не стали, а стали думать головой. Ну, в массе своей. И перебрались шесть тысяч человек к трассе уже через пару недель после изменения. Пара тысяч — кто умер, кто «домой», ну в общем, понятно.

А Стальной начал строиться и проблем с продовольствием и ресурсами не имел — неподалёку река, нерадиоактивная, ну и «ящик» имел феерические запасы тушёнки и прочего, рассчитанного на численность «предыдущей страны», в два раза большее.

С устройством и прочим… ну видно, вдохновились яйцеголовые городами-государствами нашенскими или греческими — тут непонятно. Но к лету Стальной «в общем» напоминал себя теперешнего. И симпатично, факт.

А дальше — миграция, причём активная. Например, дивьи люди, как нам пробасила дивья дама из слушателей, а остальные подтвердили, ну не очень в «самостоятельное хозяйство».

Они не столько «орки», сколько… да чёрт знает кто. Очень практичны, с патологической страстью к «обдумыванию» и правильному, разумному. И тугодумы, в этом смысле. Как хихикала Лариса, как раз мохнатая дама, дюжину часов обдумывать, как правильно раскопать грядку — для дивьего не то, что обычно, а норма. Про вбить гвоздь и прочее она «лучше не говорить».

Вообще — ничего страшного, «по большому счёту». Но в рамках «цивилизационного социума» — звиздец. Так что дивьих посёлков в округе просто не осталось. В мыслительных дикарях дивьи, подумав, решили не быть и мигрировали в поселения.

Где, по большей части, приняли на себя функцию силовиков — и психически они по поводу насилия не испытывали проблем вообще, если это «правильно и разумно». И в рамках организации с приказами — не «тормозили», хотя саму иерархию выстраивали и принимали долго, относительно.

Ну и физически были сильными, быстрыми, здоровыми и с мохнатыми лапами от природы, хех.

Притом, дивья Лариса, например, была научным сотрудником одной… ну, фирмы наверное, тут вопрос сложный.

То есть «видовой психотип» и расовые склонности и тут преодолимы. Но Зелёнка всё равно лучшая, потому что моя, сам себе отметил я.

И не отражённые в буклетах «особенности устройства», как раз с «фирмами-не фирмами» связанные. Мудрилы местные… ну, загорелись, судя по рассказанному. Вдобавок небывальщина не только давала «практический результат» не через годы, а в месяцы, но и позволила сократить количество «человеко-часов».

Первое время были лютые институские поёб… побоища, да. За научную истину, направления исследований и чуть ли не «кому аспирант Маша кофий приносить