Монстролуние. Том 4. Небесный Смотритель - Кирилл Смородин

тоже наверняка прав, Артем. Ты опасен для монстра-Луны и его симбионтов-магов.

— Почему? Какой смысл противостоять мне? Да, я пытался как можно лучше защитить аве-лларцев от тварей. Но если последние — всего лишь побочный эффект, то для чего бороться со мной? Получается ведь, что я, грубо говоря, прибирал за Роддаргом и остальными.

— Поначалу так и было, Артем, — тон Аалуфа изменился. У меня возникло ощущение, что именно сейчас мы подошли к главному. Точнее — к самому главному. — По крайней мере поначалу. Но потом ты кое-что сделал. И благодаря этому стал для монстра-Луны смертельной угрозой. На данный момент ты единственный во всей необъятной Вселенной, кто может уничтожить эту тварь и трех владеющих магией паразитов, что обитают в ее утробе.

Глава 24

Услышать подобное я никак не ожидал. Несколько секунд мне понадобилось, чтобы собраться с мыслями, и уже потом я выдавил:

— И что… И что же я такого сделал?..

Аалуф хитро прищурился.

— А сам как думаешь? Вспомни свою экспедицию с Фаро, Куртом и другими, а особенно утро после вынужденной ночевки в пещере.

Вспомнив, я нахмурился. Посмотрел на чародея.

— Вы имеете в виду Магическую Аутопсию?

— Именно. Она ведь пошла немного не по плану, верно? Черная сила чуть не поглотила тебя. И вы, насколько я понимаю, даже немного побеседовали. Уверен, что ты говорил с Роддаргом. Темная магия, которой был наполнен клешняк, помогла на некоторое время наладить с ним связь. Ну а потом случилось главное — ее крупицы проникли в тебя.

Все внутри похолодело. Я невольно отступил на пару шагов, приложив ладонь к груди. Сердце заколотилось, в желудке возникла легкая тошнота, а в голове — ощущение, что я отравлен.

— Да, Артем. Все так и есть. Впрочем, ты и сам допускал, что подобное может произойти. Особенно после того, как присутствие чудовищ в Рыжих Норах хорошенько дало тебе по мозгам. Это действительно случилось из-за того, что частичка магии монстра-Луны и моих собратьев пустила корни в твоем теле.

— Но я ведь потом обследовал себя. И ничего не нашел.

— При этом ты сам допускал, что твоих способностей, возможно, не хватает. Так и оказалось. Ты пропустил искомое. Впрочем, тогда тебе и впрямь достались крохи темной силы, поэтому ничего удивительного. Чтобы заметить их, нужен огромный опыт.

— Тогда почему следующее Монстролуние прошло… ну… благополучно конкретно для меня? Вы сами сказали, что я почувствовал тварей в Рыжих Норах из-за присутствия во мне черной магии. Значит, в ночь битвы меня должно было накрыть еще сильнее…

— Да, Артем, так бы и случилось, если бы не одно обстоятельство. Когда ты после всех своих приключений вернулся на скотные дворы к Фуксу, Лоре с детьми и Джагру, то первым делом встретил меня. И я не мог не почувствовать, что ты стал носителем той самой черной магии, на которой основано все связанное с Монстролунием. Это было опасно для тебя — и не только потому, что в ближайшую страшную ночь вокруг окажутся сотни тварей и ты, чувствуя их ярость, попросту сгоришь. К моменту той встречи темная сила уже вовсю хозяйничала внутри тебя. Осторожно, мягко, незаметно, и тем не менее. Два-три дня — и она бы тебя поглотила. И тогда все.

— Но вы не позволили ей этого, — я не спрашивал — утверждал, поскольку почти на сто процентов был уверен в собственной правоте.

— Верно. Моих сил не хватило, чтобы очистить тебя от этой дряни, но усыпить ее я смог. Так что черная магия и сейчас тихо-мирно спит у тебя внутри.

«Как приятно-то…» — невольно подумал я, чувствуя, что дурнота усиливается.

— Да, Артем, я бы тоже был далеко не в восторге, если бы узнал подобные новости. Однако именно то, что ты стал носителем темной силы, дает тебе возможность справиться с монстром-Луной и моими собратьями.

— Как?

— Все довольно просто. Думаю, ты знаешь, что змея никогда не умрет от собственного яда. То же самое и с монстром-Луной. К любой атаке, в основе которой будет его же магия, у него иммунитет. Но все же его сила крайне опасна, и если ее немного изменить, добавив, например, немного светлой магии, такой как у тебя, то можно получить довольно гремучую смесь. И этот коктейль окажется для него смертельным.

— И что для этого нужно?

— Во-первых, пробудить таящуюся в тебе темную силу. Я бы с радостью помог тебе, но не могу, поскольку являюсь лишь воспоминанием. Так что отыскать ту спящую крупицу тебе придется самостоятельно. И пробудить ее тоже, а это крайне нелегко. Впрочем, твоя собственная сила должна помочь. Как только ты направишь ее в нужное русло, между светлой магией и темной начнется резонанс.

— На словах не так уж и сложно, — пробормотал я просто чтобы не молчать. И при этом ощущал нечто странное: казалось, крупица темной силы пробудилась сама, безо всякого моего вмешательства. Но, разумеется, ничего подобного не случилось, а ощущения — лишь психосоматика.

— Самые главные сложности начнутся потом, — ответил Аалуф. — Сам понимаешь, пробудившаяся черная магия может стать неуправляемой стихией, если ты сразу не покажешь ей, кто в твоем теле хозяин. Тебе придется вырастить ее как опасного хищника, но полностью подчиненного твоей собственной воле. И при этом сделать эту силу еще опаснее, добавив в нее своей магии.

— Хороша задачка, — сказал я, чувствуя себя все более неуютно.

— Понимаю. Но только так можно создать оружие, способное уничтожить монстра-Луну.

— И как именно уничтожить? Просто направить на тварь ее же измененную силу?

— Нет. Ты должен будешь придать ей форму любого боевого заклинания.

— Ну, — я нервно усмехнулся, — хоть здесь без лишних премудростей. Однако есть кое-какая проблема… Я нахожусь дома, а это очень далеко от Аве-Ллара.

— Вот и еще одна причина, почему я так зол на тебя, — чародей нахмурился. — Этот разговор должен был начаться гораздо раньше. В то время, когда ты еще был в Прибрежном Полисе. Но из-за твоей недогадливости…

— Что сделано, то сделано, — перебил я. Осознание, что во мне дремлет часть силы монстра-Луны, совершенно не располагало к выслушиванию нотаций. — Я дома. И очень маловероятно, что когда-нибудь снова попаду в Аве-Ллар. Это Обособленный мир, к тому же один из самых отдаленных…

— В том-то и дело! — теперь перебил Аалуф. Во взгляде его читались ярость и отчаяние. — У Аве-Ллара был единственный шанс, и теперь он упущен!

— Вы напрасно так считаете, — мне вовсе не хотелось, чтобы чародей давал волю плохим эмоциям. — В