Конфликт - Руслан Темир

Стив лишь махнул рукой, встречая новых прибывших.

11.36 по московскому времени.

— Наконец-то. — Джавид рухнул в кресло и закинул руки за голову. — Все угомонились, спать улеглись после бессонной ночи.

Стив, не расставаясь со своим ноутбуком сидел за столом в просторном кабинете в административном здании, который определили как штаб. Князев устроился чуть в стороне, развлекая Женю мультфильмами на планшете. Тимур стоял у окна, с задумчивым видом рассматривая деревья. Вика сидела рядом с Милой, вытащив магазин из пистолета и крутила его в руках. Не хватало только Марка и Веры. Девочка гуляла где-то на территории, изучая новое жилище, а Марк бродил по окрестностям вместе с Султаном.

— Так, ребят. Я здесь выделил несколько человек. К ним нужно присмотреться. Остальных разбил на группы по профессиям и навыкам, чтобы легче их было распределить по рабочим местам. С таким темпом прибытия людей в наше убежище…

— «Исток». Вчера же решили, что так назовем. — Сказал с улыбкой Джавид, довольный тем, что именно он придумал название.

— С таким темпом прибытия людей в «Исток», — продолжил Прайс. — Большую часть сил надо бросить на завершение недостроенных корпусов и пополнение продовольствия. Во втором жилом корпусе надо запустить коммуникации, так почти полностью готов. Наш уже заселен на восемьдесят процентов, если Вадим продолжит в том же духе, следующих уже некуда будет селить.

— Ага, а нам, по плану, нужно еще самим людей из общин вызволять. — Добавил Джавид.

— Вот именно. Тимур справляется со своей работой замечательно, но ему тоже нужны люди. Троих надо отправить на кухню, двое уже не смогут прокормить такую ораву.

— Это хорошо, но давай об этом чуть позже. Для начала надо понять, всех ли мы оставим. Кто там у нас подозрительный есть. — Князев оставил Женю сидеть с планшетом и присоединился к обсуждению.

— Сейчас. — Прайс включил висящий под потолком проектор и на белом экране на противоположной стене появилось изображение рабочего стола его ноутбука. — Вот смотрите, первый.

На экране появилось изображение улыбающегося мужчины средних лет в очках и легкой проседью в волосах.

— С виду, вполне себе нормальный человек. Последние несколько лет ведет прилежный образ жизни. Но в прошлом — член ОПГ, привлекался по статьям за вымогательства и шантаж, отсидел восемь лет.

— И что? — Мила посмотрела на Стива. — Мы его теперь выгоним?

— Эм… Я еще не думал над этим.

— Может человек изменился, откуда ты знаешь? «Пурпурный рассвет» мог перевоспитать любого заядлого уголовника. Тем более этот, как ты сказал, последнее время жил нормально, но мы погоним его взашей, обрекая, из-за его прошлого? Он уже заплатил за свои прегрешения.

— Может и не выгоним, но будем пристально следить. Может, поселим на отдельный этаж. — Князев присмотрелся к фотографии мужчины, думая о том, что никогда в жизни бы не угадал в нем бывшего преступника и заключенного.

— Ага, и сразу создадим касту отчужденных. Люди не идиоты, сразу поймут, почему их отселили. Нет, уже если живем все вместе, то живем все вместе. Я знала одного человека. Если судить о нем по его личному делу, то он — полная мразь. Убил девушку восемнадцати лет, и двоих парней того же возраста. Отсидел пятнадцать лет. Только он был одним из лучших людей, кого я знала в жизни. Добрый, отзывчивый, готов был отдать последнюю рубаху нуждающемуся и никогда не врал. А знаете почему убил? У него была дочь, воспитывал один. Жена умерла при родах. Девочка росла строптивая, с характером. Как бы он не старался её отгородить от всего пагубного, спуталась с плохой компанией. В один вечер она не вернулась домой. Он искал её по всему району, но никто её не видел. Не пришла она и через день, и через два. Полиция разводила руками, мол, загуляла, скоро вернется домой. Только через четыре дня завели дело о пропаже. Нашли через месяц, по частям, в мешке из-под сахара в овраге лежала. Медэкспертиза обнаружила в крови больше содержание наркотиков и следы изнасилования. Следствие встало в тупик, тогда он сам взялся за расследование. Все силы на это бросил. Нашел молодежь, кто бы с ней на той вечеринке. Допрашивал, подкупал, угрожал, но информацию ему удалось добыть. Выяснил, что на вписке она получила передозировку, и отключилась. Двое малолетних уродов, невменяемые от наркоты, воспользовались беспомощным состоянием и изнасиловали. В процессе она пришла в себя и начала сопротивляться. Чтобы не рассказала, ее убили, расчленили и выбросили труп. Подружка её бывшая помогала. Остальным приказали молчать, под угрозой такой же участи. Когда он все узнал, не стал дожидаться правосудия от органов, и сам наказал виновных. Вот и делайте выводы — можем ли мы судить людей или нет.

— Как там у Грибоедова? «А судьи кто?» — Высказалась молчавшая до этого Вика.

— Тут согласен. — Стив посмотрел на Князева. — Сань, у тебя у самого послужной список тот еще. Привлекался за торговлю наркотиками, в рехабе лечился.

— Наркота это тебе не вымогательство и шантаж, не ровняй. — Саша ничуть не смутился озвученному прошлому. — Ладно, убедили. Но глаз с них не спускать. Кэп, следи за ними, пристальнее всех остальных, хоть дрона постоянно над головой повесь. В себе я уверен, знаю что у самого в башке творится, а у них нет. Давай, кто там еще.

— Двое. Вот эта женщина, — Прайс вывел на экран фотографию. — Несколько раз привлекалась за организацию публичных домов и склонение к проституции. А вот этот — пироман, два поджога, без жертв, но в тюрьме для малолетних побывал.

— За последним реально надо следить. Люди, склонные к поджогам, чаще всего имеют тягу к сексуальному насилию. Многие известные маньяки в детстве поджигательством промышляли. — Мила отметила что-то в блокноте.

— Хорошо, учтем. Что дальше то делать будем? С «Полночью» Вадим нас опередил. Хорошо, что не разбомбил, а оставил всех в живых. Кстати, кто-нибудь опросил людей, что там вообще было. — Сменил тему Саша.

— Да, Тимур разговаривал с тем, кто у них за главного. — Джавид привстал с места. — Воеводов запустил трансляцию, которую перехватили жители общины. Он сообщил о планах «Нуклия», и пригрозил разбомбить все к чертям, если руководство анклава будет препятствовать людям, желающим уйти. Подняли бунт, была перестрелка. Им удалось захватить всё начальство. Потом приехал Вадим, часть людей ушла с ним, остальных отправил в Архипку, где мы их и встретили.

— Вот зараза, сработал по нашему плану. Может он тоже за нами следит, или кто-то ему инфу сливает. — Князев оперся на стол кулаком здоровой руки.

— Вряд ли, просто это самый здравоумный план, поэтому совпало. А дальше, скорее всего, Лесной связался с ним, и сказал, куда людей направить. Вадим то не знает, где мы расположились.

— Ладно, надо к Лесному опять ехать. Консультироваться с нашим мегамозгом. Сколько там еще общин в крае осталось? — Саша повернулся ко всезнающему Стиву.

— После ликвидации «Полуночи» — три.

— То есть у нас еще около четырехсот пятидесяти человек, да места для всех явно не хватит. Надо поднажать. Что Богдан говорит по срокам?

— Ничего конкретного, но с притоком рабочей силы процесс ускориться. — Джавид подошел к кулеру и набрал стакан воды.

— Понятно. Сейчас надо немного отдохнуть, все вымотались. Потом к Киру поедем. Стив ты со мной?

— Да, он подготовил новую партию рабочей техники на аккумуляторах, надо забрать, и несколько новых дронов. Но если не посплю хотя бы пару часов, то точно убью кого-нибудь по дороге.

* * *

Вернулись из Криницы почти к ужину. «Исток» кипел жизнью, резко контрастируя с вымершими поселками по дороге. Люди, наслаждаясь свободным временем, гуляли по тропинкам, сбивались в маленькие группы и обсуждали произошедшие события. Тимур с Джавидом уже успели предупредить прибывших о предстоящем распределении на рабочие места и глобальному авралу, но освобожденные из «Полуночи» приняли эти новости с воодушевлением. Мысль, что будут работать не ради чьей то наживы, а ради благополучия новой цивилизации, сплотила и придала сил. Возникло чувство причастности к чему-то грандиозному, сродни подъему духа у граждан СССР при возрождении страны после Великой Отечественной Войны.

«Дай людям хотя бы намек, на то, что они участвуют в создании грандиозного, и ты увидишь, на что способен одухотворенный человек» — Подумал про себя Князев. Мысль родилась сама по себе, полностью противореча его мизантропной натуре. Пытался понять, откуда в голове такие слова, то ли чья-то заумнаяцитата, промелькнувшая когда-то в ленте Инстаграма, то ли сам уже начала мыслить