Граф Рысев - Лёха

Дмитрий Фёдорович, мы успокоимся, пока хоть один представитель этого поганого клана топчет землю? — добавил я жёстко.

— Я вас услышал, — кивнул Медведев. — Сейчас я хотел бы переговорить с Сергеем Ильичом, если он не будет возражать.

— Думаю, что не будет, — я вышел из-за стола. — Подождите здесь, Дмитрий Фёдорович, я сейчас сообщу графу, что вы хотите с ним поговорить.

Дед обнаружился неподалёку. Он мерил шагами гостиную, ожидая, чем закончится наша «дружеская беседа» с Медведевым.

— Ну что? — он тут же повернулся ко мне, как только я вошёл в гостиную.

— Вроде нормально, вот только, у меня сложилось впечатление, что в столице не знают подноготную конфликта. До них долетели свинячьи визги, но в деталях никто разбираться не стал. Хорошо, что одумались вовремя, и шашкой не махнули, а Медведева послали для выяснения. — Сказал я, подходя к окну. День был яркий, солнечный. Щебетали птички, а погода так и манила выйти прогуляться.

— Ну, хорошо, может ещё и обойдется, — пробормотал дед.

— Да, Медведев хочет с тобой побеседовать, — добавил я.

— Это и так понятно. Раз не пришёл попрощаться, значит, ещё не наговорился. Пойду, уважу гостя. — Дед направился к двери. — Ты чем заняться хочешь?

— Пойду, прогуляюсь. Город посмотрю, может, что-то вспомню. Да к Соколовым загляну, может быть, они передумали уже Машу со мной отправлять.

— Хорошо. Не задерживайся, и, Женя, будь так добр не заночуй где-нибудь не в своей постели. Нам сейчас неприятности ни к чему. — Наказал дед и вышел из гостиной.

— Постараюсь, но обещать не могу. Весна же в самом разгаре, а я кот, как-никак.

Однако, далеко мне одному уйти не получилось. У порога сидела Фыра и не давала мне пройти, завывая на одной ноте.

— Ты тоже о моей нравственности заботишься? — Я подхватил её и прижал к груди, поглаживая по голове. — Ну пойдём, вместе погуляем.

Фыра хоть и успокоилась, но недостаточно. Она вертелась и царапалась. Пришлось прижать кошку рукой. Создавалось такое впечатление, что рыська не хотела, чтобы я из дома выходил. Как до этого не хотела, чтобы мы из поместья уезжали.

— Да что с тобой такое? — я слегка наклонил голову. — Не вертись, а то пешком пойдёшь.

На улице было тепло, солнце уже припекало. Птички не замолкали ни на мгновение, а я не мог наслаждаться прогулкой, потому что всё время успокаивал нервничающую рысь. Даже сильно не смотрел, куда иду.

Пройдя аристократический квартал, свернул в какой-то проулок. Только после этого огляделся по сторонам. Я стоял в проходном дворе, а дома вокруг не внушали оптимизма. Этот квартал был явно далек от зажиточности.

— Так, надо убираться отсюда, — пробормотал я, и даже Фыра притихла и тихонько дрожала у меня за пазухой.

Я развернулся, чтобы выйти из двора, но тут ко мне подбежали трое типов, выскочивших из ближайшего дома. Я даже успел пнуть в живот одного из них, но тут мир раскрасился разноцветными искрами, а потом голова взорвалась чудовищной болью, и свет померк.

Глава 20

Что-то шершавое прошло по моему лицу. Я приоткрыл один глаз и увидел Фыру, которая сидела у меня на груди и пыталась вылизывать лицо.

— Очнулся? — раздался мужской старческий голос. — Давай, помогу приподняться. Пей, у тебя шишка на голове, болеть должна страшно.

В поле зрения появился старик, который держал в руке металлическую кружку с чем-то горячим. Он подсунул руку мне под спину и помог приподняться, а затем и сесть. Голову прострелила боль, но я не могу сказать, что она была слишком сильной. По сравнению с ночной, вообще не сравнить.

— Что это? — я с подозрением посмотрел на кружку. — Настой из печени летяги. Они часто рядом с фортом мечутся. А убить их нетрудно. Боль снимет этот настой, я тебе честно говорю. — Видя мои колебания, старик хлопнул другой рукой себя по колену. — Вот чудак-человек. Да, ежели я тебя убить хотел, то снаружи бросил и всех делов. Пей давай, долго я над тобой, как дитём малым стоять буду?

На этот раз я отпил глоток. Старик говорил правду. Зла он мне не желал. По крайней мере, пока.

— Где я? — привалившись к стене, я принялся осматривать место, в котором оказался.

Это была полутемная комната. Скудно обставленная: стол, пара стульев на полу тюфяки. На одном таком тюфяке я лежал. В углу была расположена печка от которой шло ровное тепло. Вот только я не видел в ней дров. Скорее всего, печка работала на макрах.

— Знамо где, в форте. На изнанке. Третий уровень у нас. — Он проговорил это с какой-то непонятной гордостью, густо замешанной на горечи.

— Как я здесь оказался? — последнее, что помню, как выскочили, вроде из ближайшего дома какие-то типы и удар по голове.

— Так ведь, Арсений тебя закинул. Только кошка твоя как давай верещать, а я как раз с охоты возвращался, вот и пришёл на зов. В форт затащил, как раз перед тем, как твари пошли. Я-то далеко не отхожу от форта, значит, у меня защиты нет в виде амулета. Не могу я долго снаружи оставаться. Так что, считай, повезло тебе.

— Угу, повезло. — Я не видел, что за мной идут. Не видел! И, хоть Фыра отвлекали меня своим нытьем и я свернул в проулок, не думая, куда иду, слежку всё равно бы засек. Если они напали конкретно на меня, значит, шли за мной. Угадать, что я сверну в этот двор, не мог никто, потому что я сам не знал, что попаду туда. — Я не видел, как меня пасут, — в сердцах произнёс я вслух.

— Так это Арсений. Он невидимость может накладывать. Сильный маг. Универсал. Он иногда со своей бандой помогает богатым людям от неугодных избавляться. Сами не убивают и не грабят, так что у тебя все вещички в сохранности. Это у них вообще строго запрещено. А то сопрет кто-нибудь понравившуюся цацку, а её потом родич жертвы разглядит, да признает. Их всех по этой вещице выловят и сделают, на что фантазии хватит. А тайга, если что всё спишет. У нас тоже никто не крысятничает не бойся.

— Да я и на боюсь. — Сильно хотелось пить, но я терпел, чтобы не сбить старика с мысли. — Что делает этот Арсений?

— Он может порталы делать. Нашёл место с мире, где-то возле Ямска, где грань настолько тонкая, что самый слабый создатель порталов может справиться и пробил путь сюда. Это место даже для изнанки особое. Здесь время как-то по-другому идёт. Быстрее, чем в мире, гораздо быстрее. Там проходят сутки, здесь почти месяц.

— Дед, не отвлекайся, — прошептал я пересохшими губами.

— Да что же ты нетерпеливый такой? — хмыкнул старик. — На Арсения выходят, платят очень большие деньги и они вот так от указанного человечка избавляются. Подкарауливают, часто невидимостью пользуясь, вырубают и забрасывают сюда через портал. Выжить шансов почти нет. Или твари растерзают, или сам воздух, который за пределами форта. Только вот у дворян есть крохотный шансик, потому как они могут за пределами форта находиться. Но от тварей почти не спастись. Так что ты первый, кто выжил.

— Просто везунчик по жизни, — я потрогал голову. Странно, но она не болела. Хотя второй удар должен был меня к праотцам отправить. — Почему они меня там не убили?

— А зачем? У некоторых родов есть способы определять, как умер родич. Так зачем давать повод для травли? Если след на них выйдет, всё пиши-пропало. Разве что самим сюда сигать, да выжить пытаться. А так и тела нет, и обряд укажет, что на изнанке помер горемычный. Или твари сожрали, или сам помер не выдержал здешней природы, а она сурова, и не любит простых людей. В портал прорыва попал и сгинул. Бывает. Но даже с тобой у них есть ещё шанс. Выбраться отсюда нельзя, стационарных порталов нет, так что застрял ты здесь, парень, навсегда. Да и к тому же, тебе все равно придется на охоту выходить. Другого выхода нет. Твари в нашей изнанке постоянно не живут. Они волнами набегают. Это место вроде кармана изнаночного, только дырявое насквозь. Вот и прут со всяких уровней. До второго мы их можем худо-бедно одолеть, научились, поди. Ну, тут такое — жить захочешь и не такому научишься.

— Как они вообще решились напасть? В городе сам начальник службы имперской безопасности с визитом, причём в настроение «вазелин нужно заслужить». — Я покачал головой. — Медведев не один же приехал. Там и свита должна была заранее прилететь и в каждую помоечку заглянуть, да и местные тоже