Алекс и Алекс 2 (СИ) - Афанасьев Семен

— А он надеялся, что и тебя огулял под шумок, — не унимается сама Жойс, хихикая и засыпая в машину зёрна кофе. — Пользуясь моментом.

Не находя на ходу никаких иных аргументов, шлёпаю её по известному месту.

— До такого пока не дошло, — сдержанно отвечает Камила, протягивая обратно вторую пустую чашку. — Да и я ж не напивалась, как вы.

— Ну, я думал, что если мы втроём, на одной кровати, и ты в таком виде, — указываю глазами на её сползающее полотенце, которое её саму совсем не заботит.

— Из каких ты трущоб? — фыркает Камила.

— На пляж на юге выйди — там три четверти в таком виде, — добавляет Жойс. — Даже сенаторши встречаются. Бр-р-р, какая гадость в шестьдесят лет…

— Которышка, ты б лучше не проецировал на меня свои корпусные впечатления, — поясняет Камила. — Там устав, порядок, всё такое. Но сама я — живой человек. И просто провожу границу между двумя гранями жизни.

— Спроси его, — непонятно обращается Жойс к подруге.

— Точно, — кивает Карвальо. — Вот теперь скажи мне, коротышка. Как меня зовут?

— Камила же! — удивлённо перевожу взгляд с одной на вторую. — Вы чего? Или вчера мы дружно втроём все мозги пропили?!

— Дурак, — от Жойс прилетает подзатыльник.

— Капитан Карвальо меня зовут, Коротышка! — я оборачиваюсь к Жойс, чтоб возмутиться её рукоприкладством, когда в тот же момент сзади мне по затылку отвешивает оплеуху уже Камила.

— Ты сейчас едешь в Корпус, — поясняет мне Жойс. — Она, кстати, тебя подбросит до ворот… вот в Корпусе она для тебя исключительно и только «Капитан Карвальо». На вы, только так, никак иначе.

— Иначе перестанем общаться, — серьёзно добавляет Камила. — Надеюсь, сам понимаешь, почему.

— Всё понял. Конечно, — подтверждаю услышанное.

А минут через пятнадцать, высадив ещё по паре кофе, мы с Камилой на её машине едем в Корпус, а Жойс остаётся на кухне допивать сидр и готовиться к какой-то встрече в обед. Для чего ей предстоит свести онлайн какие-то цифры логистической отчётности.

_________

За некоторое время до этого.

— Да какого рожна ты весь вечер в комме?! — Жойс щедрой рукой наполняет мой высокий фигурный бокал смесью колы и сока, что со стороны выглядит как коктейль с относительно небольшим процентом алкоголя.

— Клановые за моё дело взялись, — поясняю. — Обещают полтинник штрафа по суду скостить раза в два. Но надо заполнить доверенность на повторное рассмотрение дела. Я думал, там формальность и пять минут, а оказалось, чуть не двенадцать листов.

— Ну логично, — пожимает плечами Жойс. — Ты ж несовершеннолетний. Ещё и со стороны. Они видимо, прописали всё подряд, чтоб никаких неоговоренных мест не осталось. Плюс, чтоб за тобой при каждой операции в суде не метаться.

— Ты так говоришь, как будто сама раньше сталкивалась? — удивляюсь её богатому опыту.

— Приходилось, — неопределённо кивает она. — О, ну наконец!

Две подруги, с которыми она веселилась до сего момента, минут десять назад пошли на первый этаж ТАДЕСКО, где находится танцпол.

Мы же с ней пока остались за столом. Во-первых, я хочу как можно скорее заполнит эту доверенность и отправить её Анне, а с виртуальной клавиатуры компа это делать просто неудобно.

Во-вторых, Жойс ждёт какую-то четвёртую подругу, о которой говорит, что мне наверняка понравится.

Я не особо вдавался в ненужное любопытство, но удивить меня ей удалось.

По крайней мере, в тот самый момент, когда у меня сзади, над головой, раздаётся голос Камилы Карвальо, капитана медслужбы Корпуса, которая говорит:

— Коротышка, а что ты тут среди взрослых женщин делаешь?!

— Не шуми, он со мной, — вставая и обнимаясь с Камилой, отвечает Жойс. — И нам с ним, кстати, обоим сегодня ночевать негде.

А затем доктор Карвальо быстро и органично вливается в сабантуй, который оканчивается достаточно нетривиальным для меня образом.

Кстати, поначалу я принципиально не пил вообще. Но когда Камила с Жойс принялись с двух сторон наседать на меня, к своему сожалению, я всё же в итоге дрогнул.

И, в полном соответствии с поговоркой, большие приключения всегда начинаются с маленького первого глоточка.

_________

Камила высаживает меня шагов за сто до ворот Корпуса:

— Давай, иди тут.

— А ты? — по-дурацки спрашиваю по инерции.

— А я поеду через въезд служебного автотранспорта, — поясняет она. Склонив голову к плечу. — Или ты хочешь, чтоб мы вначале внутрь вместе проехали, а потом я тебя из машины при всех высадила на центральной аллее?

— Видимо это будет перебором, — бормочу, отстёгивая какой-то сложный и навороченный ремень безопасности.

— Давай, пока.

Она по-дружески целуем меня в щёку, как недавно проделала это же с Жойс.

Чёрт. А ведь приятно.

_________

Оказавшись на территории Корпуса, первым делом топаю на кафедру к Баку.

Где он, задумчиво посмотрев на меня и демонстративно втянув воздух перед собой ноздрями, укоризненно качает головой:

— Не могу сказать, что ожидал именно такого положен я вещей, но как почувствовал… Алекс, а как у вас с теоретической алгоритмизацией?

— Господин подполковник, честное слово, — прикладываю руку к груди. — Алкоголь — это вообще не ко мне. Не пью принципиально, вообще. Вчера — единичное исключение. Что называется, проявил слабость и пошёл на поводу у девушки… — в этом месте осекаюсь, поскольку тут и до бросания тени на репутацию капитана Карвальо недалеко.

— Оно так обычно и начинается, — неодобрительно отвечает куратор. — Впрочем, вы взрослый человек… В таком виде на полосу нельзя. Надеюсь, вы это понимаете?

— Да. Потому снял с утра со своего участка полигона резерв до обеда.

— Это как раз правильно… Но говоря о теоретической алгоритмизации, я имел ввиду не совсем ваши ночные возлияния…

— Вечерние, — поправляю его. — Всё так быстро завертелось, что в два ночи уже отбился. Иногда тут ложусь позже.

Это чистая правда, поскольку гулянка в ТАДЕСКО завершилась много раньше запланированных Жойс пяти утра.

— Пожалуйста, потрудитесь не перебивать меня и дайте договорить. — Скучающим тоном ставит меня на место подполковник. — Давайте на минутку представим, что вы в письменном виде оставляете инструкцию тому, кто будет идти по вашему маршруту за вами. Но с вами поговорит у него возможности нет. Как вы будете это делать?

— СОГЛАШАЙСЯ! — сигнализирует во весь голос Алекс внутри. — Вот уж что-что, а это-то!..

— Я бы вначале составил нумерованный список значимых пунктов, которые зависят от исполнителя, — размышляю вслух, периодически прислушиваясь к Алексу.

— Конкретнее? — Бак меня явно поддевает.

— Пункт один. Обследование и маркировка групп охранных установок периметра. Ноль выбирается исполнителем. Цель первого пункта: определение утыкающихся стволов. — Выпаливаю на одном дыхании, после чего перевожу дух.

Куратор снова философски нюхает воздух перед собой, затем замечает:

— Лучше говорите медленнее. Я никуда не убегаю.

— Пункт два. Разметка проекта маршрута с учётом сбоящих и утыкающихся стволов, а также применительно к оптимальному для исполнителя рельефу…

— Вот до обеда опишите всё, что вы сказали сейчас, письменно. — Утвердительно кивает Бак через семь минут. — Можете здесь, за этим столом. Либо, если хотите, можете у себя. Главное — пришлите мне свой письменный текст до обеда.

— Будет сделано.

— И Алекс… — кажется, он на мгновение замялся, но быстро взял себя в руки. — Вы в двенадцать вначале в медблоке допуск к упражнениям получите. На полигон только потом. Да, так и сделаем, — кивает он сам себе и что-то набирает на своей клавиатуре. — Я закрыл вам допуск на полигон на сегодня; до получения вами специального разрешения по линии медицины. Не записывайте на своё счёт, это стандартная процедура для вашего состояния, — кажется, куратор способен смотреть насмешливо. — И полагаюсь в будущем на ваше слово. Это — исключительный раз.