Пермский Губернский 7. Ультимат. Том 2 - Евгений Бергер

Мужской голос из динамика моего телефона звучал напряжённо, и с лёгкой примесью едва скрываемого ужаса.

Ещё бы… Ведь Малкольм прекрасно знал, что его ждёт, если он не пойдёт мне на встречу.

— Рыба всегда гниёт с головы. — холодно произнёс я, любуясь вечерними сумерками из окна «Мерседеса»: — И ты это прекрасно понимаешь.

— Понимаю, Ваша Светлость. Но я предупреждал его! — Глава Гильдии убийц из последних сил пытался сохранить самообладание.

— Предупреждал? И это всё, что ты можешь мне сказать? Малкольм… Мне вот искренне любопытно, а чем ты думал, когда отправлял своего клоуна сюда?

— Наша контора занимается заказами, и мы не можем игнорировать сам факт того…

— Я знаю, чем занимается ваша контора. Но сейчас речь не об этом. Допустим, ты поверил в то, что этот лысый псих сдюжит. Хорошо… Убийство Пермского Губернского дворянина. И что тогда? А я скажу! На тебя вышли бы оперативники ИСБ. Они бы сделали очень больно. В лучшем случае — отправили бы гнить в тюрьму. А в худшем… В прочем, ты и сам всё прекрасно понимаешь. А почему так? Потому что, за своих сотрудников в ответе всегда ты сам. Я считаю, что дело серьёзное! Ведь из-за опрометчивых и самоуверенных действий твоего клоуна, едва не пострадал близкий мне человек. И если твой клоун в силу того, что лишился туловища — ответить не может, значит за всё будешь отвечать ЛИЧНО ты.

— Ваша Светлость… Я прекрасно осознаю всю тяжесть того, что произошло. И признаю свою вину. Но угрозами сейчас делу не помочь. И мы оба это знаем! Было бы проще, если бы вы мне сказали напрямую… каким образом я смогу загладить свою вину?

— Мне хотелось бы твою голову. А хотя… Знаешь, будет равноценно, чтобы твои люди прикончили всех членов твоей семьи. М? Как тебе такое?

— Ваша Светлость, я готов пойти на всё, что угодно… Но моя семья здесь не причём.

— И семья-то твоя не причём. И клоуна-то ты «предупреждал». Скажи мне, Малкольм… Ты хоть за что-нибудь отвечаешь в этой жизни? Или ты типичное дерьмо в проруби, которое плывёт сугубо по течению?

— Я…

— Это был сугубо риторический вопрос.

— Я готов к ответу! Готов заплатить, чем угодно, только не надо трогать мою семью.

— Чем угодно, говоришь? Ладно. Мы поступим следующим образом. Отныне, ты и твои псы — работаете на меня. Если мне нужно, кого-то устранить в Москве — вы без лишних вопросов устраняете. Если я почувствую, что что-то идёт не так — сделка обнулится. Я доберусь до твоей семьи, а потом до тебя. Ты будешь смотреть! О, поверь мне… Это очень страшно, когда на твоих глазах уничтожают всё и всех, кого ты искренне любил.

— Я знаю! Я клянусь! Отныне Московская Гильдия будет делать всё, что скажете…

— И самое главное — если очередная мразь захочет мою голову, то мигом сообщай мне. Понял?

— Понял, Ваша Светлость!

— Теперь твоя душа принадлежит мне, Малкольм. И если вдруг захочешь меня подставить — взгляни на фотографию на своём столе. Посмотри на них внимательно! В лицо каждого… Теперь их жизнь зависит только от тебя. Усёк?

— Да, Ваша Светлость!

— Славно. Держимся на связи. — я закончил вызов, и устало выдохнув, отложил мобильник на торпеду «Кабана»: — Фу-у-ух… Отыгрывать злыдня становится всё тяжелее с каждым разом.

— А по тебе и не скажешь. — усмехнулась Гризли, сняв наушники с Галчонка: — Всё закончилось, солнышко! Фёдор Александрович, как и всегда, был крайне убедителен…

— Было сильно страшно? — с интересом спросила блондиночка.

— Ничего сверхъестественного. Просто очередное подтверждение статуса самого жуткого Губернского дворянина. — с улыбкой ответил Семён.

— Особенно, когда он говорил про семью. — кивнула Виктория.

— Ну, а что? Мы с братом действительно потеряли всё и всех. Потому и вышло правдоподобно.

— Блин! — возмутилась Галчонок: — Вот, как знала, что надо было послушать…

— Ой, вот кому-кому, а тебе точно такое слушать нельзя. — заверила Гризли: — И без того сегодня день неспокойный! Тем более, мы едем смотреть варианты имений. А это — не простое жильё. Придётся внимательно изучать бумажки, ибо подводных камней там — мама не горюй! Внезапные наследники… Череда загадочных смертей… Продажа и перепродажа долей несовершеннолетних собственников. И ещё куча всего, что может помешать качественной сделке. Поэтому, тебе нужно быть максимально собранной.

— Во-первых, я уже успокоилась. Ведь всё закончилось хорошо! А во-вторых… — блондиночка застенчиво отвела взгляд: — Мне просто интересны все стороны характера Фёдора Александровича. Всё же… Он мой начальник и… Хороший друг.

— То, что было — ненастоящая сторона характера Фёдора Александровича. Не настоящая ведь, да? — Виктория с надеждой посмотрела на меня.

— А ты сомневаешься?

— Ну… Как бы…

— Без «как бы». Значит, сомневаешься? Хорошо. Я учту.

— Ой, да ладно? Не сомневаюсь я! Ты — хороший человек. — отмахнулась Гризли: — А угрожать взаправду таким ужасным методом может только отъявленный маньяк. Ну, или бесчувственная машина.

— Тем не менее, ты ещё многого обо мне не знаешь, Виктория Владимировна.

— То же мне… Любитель жути нагнать.

— Почему же? — я вспомнил, как раньше спокойно выкашивал целые планеты: — Просто у всех есть свои скелеты в шкафу.

— У тебя? И скелеты в шкафу? — Вика придвинулась поближе ко мне: — Ну-ка! Ну-ка! Крутой восемнадцатилетний па-арень… Рассказывай, кого «прикончил» втихушку от меня?

— Вика! — возмутилась Галчонок: — Нельзя давить на человека! Вдруг он не хочет рассказывать?

— Чего это вдруг не хочет? Мы ж ему не чужие!

— Будь скромнее… Всё же, Фёдор Александрович к нам очень лоялен. А значит и мы должны отвечать ему тем же!

— Да-да-да… — Виктория уже во всю сверлила меня взглядом: — Выходит, пока мы все спим, наш «злобный убийца» ходит и «убивает» других? Да?

— Не понимаю, о чём ты. — усмехнулся я.

— Всё ты понимаешь! Говори, кого ещё «убил»? — ревниво фыркнула рыжуля: — Проткнул со спины или пырнул лицом к лицу?

— Вика! Какая муха тебя укусила? — Галчонок виновато посмотрела на меня: — Простите… Эта рыжая бестия иногда сама не знает, что несёт… Ну, правда! Вика!

— Я хочу знать. Был ли кто-то ещё⁈ Говори, Господин