Сильнейший ученик. Том 9 - Андрей Сергеевич Ткачев

Хидео. Он же тем самым бросает вызов не столько вашему воспитаннику, сколько тому, чему вы обучаете. Если Адриан ему проиграет, значит, и вы не достойны называться учителями.

— А не слишком ли это притянуто звучит? — нахмурился Нил на слова главы додзё.

— Те, кто недовольны нашим положением, могут извратить правду и не таким образом, — ответил на это Старейшина. — У каждого из нас хватает врагов, которые до сих пор живы и не прочь с нами поквитаться, но и так просто напасть они не могут.

— Проигравшие вечно ищут повод, чтобы выглядеть в глазах других праведниками, — тихо произнёс Самар. — Получается, Хидео используют, чтобы пошатнуть нашу, скажем так, славу?

— Видимо, для кого-то это достаточный повод, чтобы попытаться использовать моего внука против нас, — кивнул Хаято Мал. — То, что для нас это не столь и важно в этом плане, не играет роли. В глазах других мы будем проигравшими, чего некоторым будет вполне достаточно.

— Вот ещё, — фыркнул Нил. — Я не проигрывал уже более десяти лет ни одной битвы и тут не собираюсь.

— Только я боюсь, что всё это цепочка событий, которая запустилась ещё до появления Хидео, — вздохнул Старейшина.

— О чём вы, глава? — непонимающе посмотрел на него Самар, да и остальные мастера в комнате насторожились.

— До меня доходят слухи, что в последнее время в мире всплывает всё больше знаний о тёмных практиках, — немного помедлив, Старейшина решил поделиться с остальными. — Тёмные кланы начинают возрождаться из небытия и те, кто раньше скрывался от мира, начинает проявлять всё большую активность.

— И что в этом такого? — легкомысленно пожал плечами Нил. — И раньше нам встречались мастера, что использовали не самые праведные пути и были полны разрушения. Вроде ничего от этого не менялось. Да и сколько ещё по миру скрытых деревень, как у Дорна, где проходит обучение таких бойцов?

— Масштаб стал несколько иным, — не разделил его мнение глава додзё. — Пока это лишь слухи, но даже Адриан смог, обучаясь в Академии Пардес, наткнуться на один из таких кланов. Если он правильно всё услышал, то среди них могут оказаться довольно древние мастера, которые продлевают свою жизнь за счёт других.

— А вот это уже может быть серьёзно, — отбросил былую весёлость Нил. — Нашлись старые сморчки, которые решили пожить подольше?

— Не в первый раз мастера боевых искусств стремятся к продлению своей жизни. Только у тёмных практиков слишком разрушительный путь, чтобы это не сказалось на них самих, — тяжело вздохнул Старейшина. — Боюсь, если они окажутся на территории империи, то я не смогу отказать императору, и нам придётся во всём этом участвовать.

— Это будет правильно, — кивнул Николас, который всегда был за то, чтобы поддерживать государство, в котором они живут. — Мы не должны допускать распространения подобных знаний.

— Вот только у меня по этому поводу очень нехорошее предчувствие.

— Что-то серьёзное? — уточнил Самар, да и остальные мастера тоже приняли эти слова всерьёз.

Для каждого мастера боевых искусств их уровня предчувствие — это не пустой звук. Это действительно вещь, которая работает и может спасти из не самых простых ситуаций. А уж если о плохом предчувствии говорит кто-то уровня главы их додзё, то тогда всё может оказаться очень серьёзным. И то, что они сами пока никакой угрозы не ощущают, вовсе не означает, что её нет, просто в этом плане Старейшина лучше них умеет прислушиваться к тому, что ему подсказывают его ощущения.

— Пока смутно, но надо быть готовыми ко всему, — покачал головой Старейшина. — Вполне возможно, могут появиться наши давние враги, которые захотят поучаствовать в этом хаосе.

— Ну это мы ещё посмотрим кто кого, — хрустнул костяшками пальцев Нил.

Вот только все понимали, что это будет непросто.

Глава 20

Складывалось такое впечатление, что я как будто и не уезжал никуда на целых пять лет из додзё. Разумеется, все знания, которые мне дали в Академии Пардес, мне уже не раз пригождались, но мои мастера знали, как их улучшить, сделать из того, на что я способен, более качественную вещь.

Тут тебе и работа с оружием, умение моментально реагировать на изменение обстановки, новые связки движений, которые в этот раз, благодаря опыту, у меня получались гораздо быстрее, и многое другое.

Пока меня, по сути, прогоняли по всем дисциплинам, чтобы понять, что из этого ещё необходимо мне подтянуть, но чувствую, что надолго это не затянется. Да и сами мастера стали какими-то нервными, что ли. Так вроде этого не замечаешь, но порой нет-нет, да кто из них погружается в собственные мысли и не всегда вовремя реагирует на мои вопросы.

Я, конечно, понимал, что появление Хидео, который зачем-то напал на меня, а потом взял и исчез, их не на шутку взволновало. Вот только после этого даже Старейшина больше не разъезжал по империи в поисках своего внука. Так что мне приходилось лишь довольствоваться тем, что я имею, и надеяться, что когда-нибудь мне расскажут больше о ситуации.

Я отсутствовал здесь целых пять лет и, казалось, ничего не изменилось, но на самом деле изменения были. В додзё я часто пересекался с Саминой, которая пользуясь тем, что сейчас летние каникулы, усердно занималась с мастером Маками. А вот расспросить её о том, что же они там такое делают, не получалось — сестра просто делала страшные глаза и прикладывала палец к губам.

Правда, мы время от времени встречались в спаррингах, когда Самине надо было отработать разученные приёмы на ком-то менее опасном, чем её наставница. Только всё равно это давало мне очень мало информации.

Я до сих пор не понимал, как моя сестра вообще умудрилась уломать такого наставника, как мастер Маками, на то, чтобы она стала её учителем. Или же дело тут в пробуждении крови, об обстоятельствах которого все старательно не говорят?

Ну или банально мама постаралась устроить дочку в додзё «Последний приют». Меня же они сюда отправили, вот и могли воспользоваться этой связью. Как бы ни хороша была наша мама как воин, вот только учитель из неё точно никакой, поэтому и за обучение дочки она тоже не взялась.

А вот самым удивительным было появление в один из дней Ванды Райлин.

Я занимался на улице, отжимаясь