Сильнейший ученик. Том 7 - Андрей Сергеевич Ткачев

что приходится делать. А ведь даже нет возможности как-то изменить текущее положение.

Чтобы отвлечься от ситуации, я погрузился в медитацию и начал повторять методику, показанную наставником Флетчером. Она заключалась в том, что я должен был мысленно открыться миру и стать поглощать разлитую в нём энергию.

Раньше я это делал только в специальных комнатах, в которых каким-то образом сотрудники Академии обеспечили более повышенный фон мистической энергии. Здесь тоже было что-то подобное, и в первые мгновения я даже обрадовался более сильному потоку энергии, чем я рассчитывал. Но радость быстро прошла, когда энергия, которая всегда была нейтральной и, можно даже сказать, тёплой, стала вести себя агрессивно и обжигающе.

Потоки энергии вливались в моё тело и сливались с моим энергетическим центром, который просто не готов к подобным нагрузкам. Я тут же стал направлять эту энергию вовне, полностью сосредоточившись на том, чтобы не повредить каналы, которые только недавно успел создать.

Всё ухудшалось из-за того, что я просто не успел достичь того уровня ощущений, чтобы говорить о тонкости прохождения этого процесса, но сейчас объём энергии такой, что ни о каких тонкостях даже думать не приходилось. Только сейчас я ощутил свою энергетическую систему, которая словно дублировала кровеносную, проходя по всему моему телу и касаясь практически каждого участка организма. И в данный момент по этой системе, которая ещё не успела толком закрепиться, неслось целое море энергии. Словно прорвало плотину, и сейчас вода была готова смыть всё на своём пути, лишь бы продолжить свой бег дальше.

Кажется, я даже начал кричать от нестерпимой боли, но ощущения тела сейчас были где-то далеко. Создавалось ощущение, что я весь в огне, и в этот момент мне стали приходить вспышки воспоминаний, как это происходило в моих снах.

Глава 21

Как и в прошлые разы, я оказался в незнакомой для меня обстановке. Вот только ситуация в целом походила на ту, в которой я оказался. Что самое удивительное — рядом со мной говорили, и пусть этот язык сначала мне был незнаком, но я понимал его и более того, отвечал тем, кто находился рядом со мной.

Но это я немного забежал вперёд, так как пока являлся лишь сторонним участником этого события.

Оказался я в теле, судя по тому, что смог увидеть из своего положения, парня примерно моего возраста и комплекции, и он был привязан к каменному ложу, которое мне сильно напоминало ритуальную плиту, где принято совершать жертвоприношения. В фильмах подобное часто обыгрывают, как безвыходную ситуацию для героя, но что-то мне подсказывает, что всё это совсем не кино.

— Наследник мой, ты должен достойно пройти через испытание предков, чтобы подтвердить своё право, — в поле моего зрения появился темноволосый мужчина, примерно пятидесяти лет с редкой бородой. Его одежда была очень старой, такой, которую у нас не носили уже лет так четыреста, если не больше. — Ты понимаешь, насколько это ответственно.

— Да, отец, — спокойно произношу я устами парня.

Меня всегда удивляло это двойственное ощущение, будто говорю одновременно и я, и не я.

— Рад, что ты всё осознаёшь, — тепло улыбнулся мужчина, с беспокойством смотря на своего сына, распятого на ритуальном камне. — Надеюсь, духи к тебе будут благосклонны. Всё готово для проведения ритуала? — уже более строго он обратился к тем, кто находился рядом с нами.

— Да, господин, — подобострастно ответил один из этих людей. — Нам осталось лишь нанести ритуальные символы вашей ветви, и мы можем приступать к ритуалу. Да будут благосклонны предки к вашему наследнику.

— Да будут благосклонны, — тихо повторил за этим человеком отец парня, в теле которого я оказался, и он ушёл куда-то в сторону, потерявшись из виду.

Как это часто бывало, когда я оказывался в таких состояниях, многие детали размывались. Так я, например, довольно хорошо видел отца этого парня и его тело, но при этом личности вокруг были будто смазаны, взгляд за них совсем не цеплялся, и я даже не мог понять — женщины рядом со мной или мужчины.

Зато я чётко видел каждый знак, который наносили на тело парня. Неудивительно, ведь часть этих символов вырезали прямо на его теле, а часть дополняли красной краской, которая очень быстро смешалась с кровью, вытекшей из порезов. Ближе к концу мне даже стало казаться, что на меня наносили не краску, а такую же кровь, просто собранную не из этого тела.

И вот когда эта пытка закончилась — я ведь чувствовал каждый порез, будто его делали мне — рядом встали люди, которые начали что-то тихо говорить. Слов в этот раз было не разобрать, но я почувствовал, как резко стало холодно, а затем в меня ударила обжигающая и яростная энергия. Совсем как та, что проникла в меня до того момента, как я сюда попал.

Только в отличие от меня владелец этого тела прекрасно знал, что с этим надо делать. Да, ему так же больно, как и мне — в этом плане мы разделяли ощущения друг друга как одного, но парень знал, что это необходимо, чтобы пройти через ритуал. Его к этому готовили долгие годы, объясняя детально, как надо действовать, и для чего нужны те или иные символы, что сейчас появились на его теле.

На самом деле они все были важны, так как должны помочь с правильным формированием энергетических каналов, так как это принято в ветви парня, в теле которого я оказался и, похоже, одного из моих предков.

— Ты должен бороться до конца! — вдруг сквозь боль и ощущения, будто сгораешь от попадания в пламя, до меня добрался яростный голос отца моего предка. — Ты должен обуздать эту энергию, чтобы доказать, что достоин! Твоя воля сильнее!

— Моя воля сильнее! — произносим мы одновременно, и меня выбрасывает из этого сна.

* * *

Буквально в следующие мгновения я вновь оказываюсь среди выдолбленных среди гор помещений, и меня всё также поглощает агрессивная энергия, которую невозможно увидеть глазами, но которую ощущает любой мастер боевых искусств. Казалось, я отключился только на мгновение, но теперь, благодаря этому, знал, как необходимо действовать. Кто-то из моих предков уже проходил через подобное, а раз мне удалось через пробуждение крови увидеть эту сцену, то он выжил в этом ритуале.

Все те символы, что я видел на теле парня, служили лишь как дополнительные костыли, которые помогали