Повелитель теней. Том 7 - А. Никл

уличают во лжи. Но я это предвидел. Потому и пришёл. Марк — очень недоверчивый молодой человек. Он бы долго проверял артефакт, — бомж постучал пальцем по кубу. — А времени на это нет. Оно утекает сквозь пальцы. Скорее всего, завтра чудовище вырвется из Марены и примется пожирать планету. Удивительно, что вы не чувствуете эту вонь.

— Оставьте нас наедине, — велел я, посмотрев на Леру и Веру. Они с готовностью выскользнули из комнаты. Владимир же не двинулся с места. Я молча указал на дверь, и бомж, покряхтев, внезапно нанёс быстрый и резкий удар по стулу, на котором сидел Владимир. Стул отлетел в сторону, Владимир шлёпнулся на задницу.

— Подумать только, — проворчал он, поднявшись. — Меня за последние десять лет не унижали так сильно, как сегодня, — он с предвкушением улыбнулся и уставился на меня. — Ну ничего, Ломоносов, с тобой-то мы встретимся в Академии, — и добавил, зыркнув на бомжа: — А тебе на алтарь я положу дохлую рыбу. Чтоб в вашем божественном измерении ещё две недели воняло.

Он вышел из домика, и мы остались с бомжом тет-а-тет.

— Почему у меня не взорвалась голова? — спросил я.

— Потому что ты сильнее, чем твои друзья, — бомж поскрёб пальцами щетину. — Или ты спрашиваешь не в частности, а в общем? Ну, тогда всё благодаря моему телу, — он похлопал себя по животу. — Когда-то это тело принадлежало моему самому преданному жрецу. Никто не мог сравниться с ним в верности. И в признательность за это я подарил ему вечную жизнь. К несчастью, этот дар оказался для него слишком тяжёлой ношей. Он сошёл с ума. Однако за долгие столетия его тело окрепло. Если сравнивать его с сосудом, то его стенки утолщились, и теперь оно может прятать мою силу.

— Ради своего удобства ты не позволяешь бедному жрецу отправиться на перерождение в Изнанку?

— Он был верен мне и никогда не просил о смерти, — отрезал бомж.

— Если ты здесь, то Перун тоже в курсе… всего?

— О Марене он, скорее всего, знает. От Бога сложно утаить его собственного ребёнка, — задумчиво протянул бомж. — А насчёт остального… Что-то знает, а о чём-то — не догадывается. Я здесь, потому что моя магия позволяет видеть скрытое и разгадывать тайны. Но что позволяет магия Перуна — мне неведомо. Ты, конечно, знаешь, что Перун уничтожил Кркавческий камень. Но вот тебе ещё пища для размышлений: он убил Мокошь.

— Война Богов приближается? — хмыкнул я.

— Смерть Богов, — поправил бомж.

— Ты пришёл ко мне за помощью?

— Я пришёл к тебе с помощью, — вздохнул бомж. — Видишь ли, Перун — самый сильный из Богов. Даже объединившись, другие Боги могут проиграть в битве против него. Но не жди, что завтра твою деревню посетят Сварожич или Жива. Люди слишком ничтожны… для Богов. Нам тысячи лет. Просто представь, что ты придёшь на поклон к муравью и предложишь ему союз. Смехотворно, не так ли? Поэтому, кроме меня, никто тебе не поможет. Боги будут оттягивать прямое столкновение как можно дольше. Но однажды станет поздно.

— Оба Пантеона не могут победить Перуна, но ты сделал ставку на меня? Вот что действительно смехотворно, — я скривился. — Гладко стелешь, но вот концы с концами у тебя не сходятся.

— Хитрость и коварство, — бомж с намёком постучал себя по лбу, отчего на коже остался тёмный грязный след. — Я могу проникнуть в суть вещей. Не в моих силах создать огненный торнадо. Но позволь мне посмотреть на него пару минут, и я пойму, как его потушить. Разумеется, мне понадобятся инструменты. И ты — такой инструмент, — он взял пирожок, целиком его проглотил, вытер крошки с губ и проронил: — Лишь недавно я стал постигать истинные помыслы Перуна. И они мне не понравились. Многое остаётся покрыто туманом, однако…

— А Владимир?

— Как долго прослужит нож из алюминия? — спросил бомж и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Мне нужны люди из настоящей стали, — он помолчал несколько секунд и резко переменил тему: — Перун не сможет отыскать Марену. Какое-то время ты будешь в безопасности. Ему нужен плод из её чрева, и он не рискнёт напасть на тебя, пока не выяснит, где ты её прячешь. Однако это не касается твоих друзей. Перун будет соблюдать Соглашение о Невмешательстве. По крайней мере, пока Марена скрыта от его взора. Так что напрямую он их не убьёт. Но кто помешает ему подослать убийц?

— А другие Боги? Почему ты им всё не расскажешь?

— Потому что ты — муравей, — нахмурился бомж, явно раздражённый моей несообразительностью. — Они побрезгуют таким инструментом и попытаются справиться своими силами. Что бы ты сделал, если бы тебе сказали, что Солнце вращается вокруг Земли? Покрутил бы пальцем у виска. Человечество всегда крутилось вокруг Богов. А сейчас я приду к Богам и скажу, что они должны крутиться вокруг обычного человечка⁈ — бомж наклонился вперёд и доверительным тоном сообщил: — Меня никто не послушает, и это приведёт к провалу. Я вижу суть. Я вижу, как её изменить. И такой путь не подходит.

— И твой путь говорит, что ты должен спасти Марену и притормозить? — иронично уточнил я. — Что дальше? Просто отдохнём, посмотрим, как развиваются события?

— Сам только в артефакт не залезай, — сказал невпопад бомж и поднялся. — Положишь куб на грудь Марене, а потом порежешь ей палец и капнешь на куб кровью. Как только артефакт начнёт светиться, отойти метров на двадцать. Ничего не предпринимай. Если приблизишься, то тебя засосёт вместе с Мареной внутрь, — он оценивающе на меня уставился. — Несмотря на твои многочисленные таланты, ты не выживешь, полностью лишённый магии. Твой организм просто не успеет перестроиться.

— Звучит как смертельная ловушка.

— Если не соблюдать правила, то так оно и есть, — хмыкнул бомж, небрежно махнул мне на прощание и покинул дом. Я задумался. Ну, передо мной сто процентов был настоящий Бог. А если это замаскированный Перун? Я проанализировал энергию, которая исходила от бомжа. Нет, точно не Перун. Я фактически столкнулся с ним в доме Маше, в Аргентине. И тогда я довольно чётко ощутил его магию. С бомжом они не имели ничего общего. К тому же Владимир