Интеграция - Алекс Гор

я старался дотянуться до него с одной-единственной просьбой освободить меня. Мне кажется, что я перепробовал уже всё, что только возможно, но ничего не происходило, но именно в этот момент я почувствовал какую-то вибрацию, причём это была явно какая-то мелодия. Это уже являлось хорошим сигналом, и я удвоил усилия, потом утроил, и вот, когда я уже готов был сдаться, мир вокруг меня внезапно осветил яркий слепящий свет, ударивший по мне словно тараном. Я даже не сильно удивился, когда с трудом удерживаемое сознание начало улетать куда-то вдаль, похоже, это входит у меня в какую-то невесёлую традицию.

Следующее моё пробуждение произошло практически через сутки, об этом мне рассказали уже потом, а сейчас я с удивлением наблюдал, как надо мной открывается крышка медицинской капсулы. Это привычное действие уже внушало определенный оптимизм, перед глазами ещё немного плыло, и я не сразу смог сфокусировать зрение, но это обычное явление после посещения этого автоматического доктора. Обычный отходняк после анестезии, а она, надо признать, словно небо и земля, отличалось от той, которой когда-то обеспечивали нас в Галантусе, я уж не говорю о регулярной армии. Этот усыпляющий газ срабатывал почти мгновенно и оказывал влияние практически на любые живые организмы. Впрочем, как и у любого другого сильного препарата были у него и лёгкие побочные действия, которые исчезали без следа достаточно быстро.

Следующее, что я смог уловить в поле своего зрения — это физиономия сибурианца, который молча смотрел на меня, и шлем доктора Селима, который также не произносил ни звука, хотя этих ксеносов вообще понять трудно, тем более когда не видишь их лицо, которое и лицом-то назвать нельзя. Понять хоть что-то во взгляде сибурианца было, как всегда, невозможно. Его губы слегка двинулись, а через секунду я услышал его голос, причём звук явно запаздывал по сравнению с тем, что я видел.

— Джон, ты меня слышишь? Судя по данным медицинской капсулы, твой организм полностью здоров, — к концу фразы рассогласование практически свелось к нулю, и я попытался ответить.

— Слышу, — слабо прошептал я, — погоди немного, дай в себя прийти.

— Я приготовил для вас комбинезон, — послышался синтезированный голос листра и в одной из его рук появился свернутый комбез.

— Поможешь встать? — попросил я Лакина.

— Если тяжело, могу уменьшить гравитацию, — предупредил Урс.

— А давай, — не стал упорствовать я, глупо отказываться от такого предложения.

Ровно через пару секунд я почувствовал нарастающую лёгкость во всём теле, гравитация упала, по моему ощущению, процентов на восемьдесят, потому что я без особого труда практически выскочил из медицинской капсулы. Правда, Стаксу всё-таки пришлось помочь мне с надеванием комбинезона, несмотря на пониженный уровень гравитации, я чувствовал себя так, как будто только что собственноручно разгрузил пару вагонов с цементом. Только после этого гравитация начала плавно нарастать, приближаясь к норме, пришлось Лакину даже подставить мне своё плечо.

— Что-то устал я, дружище, — поведал я сибурианцу, — может быть, мне всё-таки стоит отдохнуть. Помоги мне дойти до каюты, а пока идём, расскажи, что сейчас происходит, и сколько вообще времени прошло.

— Господин Сол, мне необходимо некоторое время контролировать ваши показатели, я установлю вам диагностический модуль, — произнес доктор и, не спрашивая разрешения, прикрепил мне на грудь небольшое круглое устройство, — он не занимает много места и не доставит вам неудобств.

— Хорошо, док, без проблем, — не стал я возмущаться.

— Я жду вас с утра в любом случае.

— Добро, Урс, отосплюсь и приду к тебе, а то я действительно что-то расклеился.

— Как это понимать? Ваш вид на такое не способен, — удивился листр.

— Не обращайте внимания, доктор, — понял я свою ошибку, ну, не может знать эта мокрица всех оборотов великого и могучего.

— Как скажете, — согласился ксенос и, отвернувшись, направился куда-то по своим делам, странное, конечно, создание.

Мы вместе с Лакином направились по коридору по направлению к моей каюте.

— С того момента, как тебя вырубило, прошло уже тридцать восемь стандартных часов.

— Где все? — поинтересовался я, удивившись тому, что нам никто не встретился по дороге.

— Почти все обследуют «Мальдус», возможно, там ещё кто-нибудь выжил. На данный момент вместе с той девушкой, с которой вас привезли, найдено в живых два разумных.

— Почему так долго ищете?

— Полная проверка корабля занимает какое-то время. Нам нужен официальный приказ на мародёрку, люди ждут.

Я прекрасно понял, о чём он говорит, мне, как главе наёмного отряда, придётся взять на себя ответственное решение — бросить корабль как есть, или немного на этом заработать. Не оставлять же в этом богом забытом месте такой трофей, это было бы просто преступлением, весь мой внутренний армейский хомяк в довольно категоричной форме заявил мне свой протест, решительный и бесповоротный.

Поборов нахлынувший лёгкий приступ слабости, приказал:

— Искин, запись под протокол. Я, командир рейдера «Калигула», разрешаю компенсационные действия на крейсере «Мальдус» согласно положению о трофеях.

— Приказ зафиксирован, — доложил искин.

— А что там с выжившими? — вспомнил я.

— На первое время я ввёл их в медикаментозную кому, — доложил Стакс, — я слышал доклад Клох, но в нём слишком много непонятных мне моментов, поэтому я принял такое решение.

— Всё правильно, Шир, если ещё кого-то найдёте, всех отправляй спать, — распорядился я, к этому моменту Стакс уже довёл меня до дверей моей каюты и, нажав на сенсор, открыл её.

Мы прошли вместе с ним ко мне в каюту, наверное, это первый раз, когда Лакин оказался здесь. Он осторожно довёл меня и аккуратно опустил на кровать. Я с наслаждением растянулся на ней, двигаться не хотелось, и откуда взялось это чувство бесконечной усталости, несмотря на то, что я сутки провёл в медицинской капсуле. Она буквально вдавливала меня в кровать.

— Ты там это, — вспомнил я, — пусть мой скафандр сюда принесут. Не хочу, чтобы он попадался людям на глаза, о некоторых вещах им лучше не знать.

— Я тебя понимаю, — ответил сибурианец, — отдыхай, а скафандр я тебе сюда доставлю.

— Спасибо, Стакс, — закрывая глаза, слабо проговорил я, сил бороться с желанием уснуть практически не осталось.

Видимо, по-своему оценив моё состояние, Лакин не ответил, а просто молча развернулся и вышел из каюты, оставляя меня наедине с усталостью.

— Наконец-то я смогу нормально отдохнуть, — проскочила одинокая мысль в голове, и я погрузился в сон без сновидений.

Проснулся я, как всегда, резко, рывком, мне кажется, что эту привычку из меня уже не вытравить. Проснулся, и первое, что я услышал, был радостный голос Пыржика.

— Ну, наконец-то, а я уже думал активировать будильник.

Перед моими глазами опять был привычный