Закат Эллурма - Борис Ветров

правильно бы сделали, те люди, они были отбросами, ворами, убийцами, беглыми клятвопреступниками…

– А Терра она какая? Вы там обрели своё могущество? Расскажите! – попросила Рэм.

– Да нечего рассказывать, нас нанял странный тип, чтобы мы напали на монахов Штормового Предела, был такой клан. Монахи никого не опасались, были на своей земле и боятся им было некого. А мы подло напали на безоружных, преломив с ними хлеб, – лицо старухи скривилось.

– И что?

– Наш главарь Леонид вместе с братом решили забрать себе то, что мы должны были украсть для заказчика. Когда мы вскрыли сундук и открыли шкатулку, украшенную драгоценными камнями, то оказалось, что там колода карт…

– Колода карт?

– Да! Колода дурацких карт… Вот только это были очень особенные карты, истинные – Таро! Леонид в гневе бросил их на землю, а я начала собирать, вот только собрать я успела одну-единственную карту – Тьма… Я не сразу поняла, что со мной случилось, тогда я провалилась в сумрак, в подпространство тьмы. И когда выбралась оттуда, все, кто был со мной, взяли по карте, у каждого они оказались особенные…

– Но я думала, это всё сказки, придуманные для простолюдинов, чтобы те мечтали когда-нибудь стать могущественными и равными богам. – Рэм придвинулась ближе к Сумеречной ведьме, – Помогите мне спасти брата, прошу!

– Ты не понимаешь дитя, твой дар, он показывает вероятное будущее. То, что ты увидела, не обязательно сбудется! Эфир течёт из прошлого в будущее, и его течение изменчиво…

– Что? Я не понимаю!

– Иногда, чтобы изменить течение ручейка, достаточно бросить крупный валун в его русло. Но полноводную реку не сбить с пути, что бы ты не делала! Расскажи, что ты видела.

– Я… Брат, его убили, вырезали всю стражу и прикончили Рафаэля в спальне его сына! А я… Я опоздала, всё из-за этого Фила… – рем с силой ударила маленькими ручонками по волчьим шкурам.

– Ты ещё не опоздала дитя, тебе нужно лишь попросить. Эти люди, они совсем непростые, они знают тайные тропы… Попроси о помощи, тебе не откажут – мягко закончила старуха.

Рэм осознала, что смотрит в пустой угол, тьма рассеялась, а ткань юрты посветлела от Эллурма.

Глава 8

Арена Хедимсей

Стражи арены связали главу Пламенных горгон и выпроводили за территорию арены Хедимсей. Ущерб оказался незначительным, семь сломанных в труху скамеек и многочисленные синяки у зрителей, последние, к слову сказать, выглядели довольными и быстро вернулись на свои места. Брэндону пришлось извиняться, но и он не казался опечаленным:

– Милостивые господа, любезные дамы, ваше Сиятельство! – распорядитель арены поклонился в сторону ложи, где находился Рафаэль, – Благодарю вас за терпение и помощь в усмирении смутьяна, уверяю, заминка не продлится долго, и скоро мы увидим следующий бой, между прекрасной Рафталией и ядовитой виверной!

Толпа зааплодировала, можно было не сомневаться, эти бои запомнят надолго и будут рассказывать детям и внукам, о том, как сам император вмешался и усмирил Пламенную горгону.

Рафталия сидела на корточках, опершись спиной на стену и тихонько плакала. Олег невольно скосил взгляд на полуголые ножки, он подошёл ближе к девушке:

– Эй, ты чего ревёшь? Твой выход, – бодрым голосом начал он.

– Ты что ещё не понял, что мы все умрём?! Эти твари, они сильнее, чем должны быть! А остановить бои некому… – девушка зарыдала, только теперь в голос.

– Может, просто совпадение! Может, тебе повезёт? Может… – договорить Олегу не дали.

– Вот ты где! – властный женский голос раздался позади астронома, – Быстро на арену!

– Мама! Разве ты не видишь, что происходит?! Нас отправляют на убой, одного за другим… – говоря это Рафталия всхлипывала и шмыгала носом.

– Ты опозоришь меня и весь клан Малоксианских Орхидей, если откажешься от боя!

– Ты мне вообще мать?! – с гневом бросила девушка, посмотрев на главу клана заплаканными красными глазами.

– Я прежде всего – глава клана! А если ты умрёшь, то умрёшь, по крайней мере, с честью!

Рафталия на миг замолчала, глянув на мать злобным обиженным взглядом.

– Если я выживу, уйду из клана! А ты мне больше никто… – она резко вскочила на ноги и побежала в сторону арены.

– Сначала выиграй бой, а потом делай что хочешь! – вдогонку крикнула глава клана.

– Вы слишком жестоки, – негромко сказал Олег.

– Что? Ты простолюдин и тебе неведомо слово честь и уж тем более, не понять, что такое честь клана. Так что не открывай рот, а то я тебе его закрою навсегда! – взгляд главы клана Мелоксианских Орхидей говорил яснее любых слов.

«Эта мадам не шутит…»

– А вот и несравненная Рафталия! – возвестил Брэндон, – Мы всё понимаем, уважающие себя девушки всегда опаздывают, и мы готовы ждать!

По трибунам прошлись сдержанные смешки.

На противоположной стороне арены открылись ворота, и на песок, гневно крича, выползла виверна, тварь ещё больше увеличилась в размерах, когти, шипы и зубы стали длиннее, острее и опаснее.

Олег перевёл взгляд на Рафталию, девушка сделала шаг назад, прячась за могучего единорога, лицо её побледнело, а руки затряслись от страха.

«Она не хотела драться именно с этой тварью, виверна имеет сопротивление к ядам…»

Проклятая тварь пронзительно вскрикнула и, ударив мощными крыльями, взмыла вверх, летела виверна низко, выбирая, как лучше напасть, затем сложила крылья и камнем упала на девушку.

Рафталия растворилась в раскалённом песке арены и от того места, где это случилось, заколосились зелёные побеги, впрочем, Грязное создание это нисколько не смутило и виверна поменяла цель, выбрав для атаки единорога. Союзник встал на дыбы и ударил копытами в землю, свет засиял вокруг единорога, а перед проклятой тварью возник радужный щит.

«Я думал, он такой же боец, как мой Шриз, лупит рогом и копытами, да, и всё…»

Виверна отпрянула, потеряв ориентацию в пространстве, в этот момент из песка вырвались зелёные побеги и обвили лапы проклятой твари, виверна, сделав усилие, попыталась удержаться в воздухе, но поросль тянула её к земле. Тварь рухнула на песок арены, с трибун донеслись восторженные возгласы и аплодисменты. Ковёр из зелени накрывал виверну, укутывал саваном и сковывал движения.

Грязное создание вновь закричало, но теперь испуганно, в её крике читалась боль и отчаянье. Зелени становилось всё больше, и вскоре пытавшаяся вырваться виверна замерла, более не пытаясь выбраться.

«Вроде всё неплохо складывается! Наверно, зря Рафталия опасалась эту тварь».

Арена замолкла. А в следующий миг под покрывалом из цветов и зелёных листьев вновь наметилось движение, стало ясно, что проклятая тварь всё ещё жива,