Дуэльный Кодекс. Том 2: Черная Книга - Артём Март

пришедших. Тогда реальность вокруг вспыхнула белым светом. И все закончилось.

— Игнат! Игнат, очнись!

— С тобой все норм?

— Что случилось?

Когда я открыл глаза, то первым делом увидел над собой физиономии моего семейства. Вика, Стас и Тома обеспокоенно заглядывали мне в лицо.

— Нормально, — я поднялся с кровати, на которую откинулся, — никому не трогать книгу, — я указал на черный дневник, — от греха подальше.

— Почему?

— Позже объясню, — я окинул взглядом всех присутствующих, — выспитесь хорошенько. Утром мы уезжаем домой. Мне нужно обратно в Предлесье.

— Эх, — Стас махнул рукой, — ну вот опять! Ведь веселье только начинается! Завтра проходит дуэль Петерлина фон Красковица и Александра Лыкова-Лавриненко!

— Не бухти. Я попрошу Хлодвига достать для тебя видеозапись.

Грустные глаза мальчика немного просветлели, и он вышел из моей комнатки.

— Слава предкам, — просияла Вика, — я уже соскучилась по дому и Владику.

— Ты точно в порядке? — Тома внимательно посмотрела мне в глаза, — ты отключился быстро и лишь на пару минут. Но когда очнулся, изменился в лице, будто увидел что-то… тревожное…

— Обо всем завтра, Тома. А теперь, прошу, иди спать.

Следующим утром мы уехали из лагеря. Об этом я сообщил только Хлодвигу. Сказал, что открыл книгу его методом, и что она непроста и содержит в себе память Сергея Орловского. Но только лишь память? Хлодвиг обмолвился, что сейчас у него полно дел, но когда фестиваль кончится, он свяжется со мной, и мы обсудим все конкретнее. Возможно, он сможет как-то помочь.

В машине я рассказал о том, что видел в книге своей семье.

— Я… я хочу посмотреть, — неуверенно проговорила Вика, — хочу посмотреть на папу…

— И я, — пискнул Стас.

— Пока нельзя, — я отрицательно мотнул головой, не отрываясь от дороги (теперь я решил вести сам), — я не уверен, что книга безопасна. Потому, пока не разберусь, что к чему, никому нельзя ее трогать. Воспоминание внутри странно себя ведет.

— В каком смысле странно? — спросила Тома.

— Оно будто живое.

— Я точно хочу посмотреть. Я хочу поговорить с папой! У меня к нему…

— Извини, Вика, — перебил я ее, — пока нельзя. Точка.

В зеркале заднего вида я видел, как девушка печально опустила глаза. Но так будет лучше. Эта книга — сильный артефакт. Пока сложно сказать, безопасен ли он.

— Если ты мне против, — серьезно сказала Тома, — я бы хотела помочь тебе с книжкой. Думаю, мои знания будут нелишними.

Приехали мы к вечеру. Предлесье встретило нас своими каменными стенами. Машину я велел отогнать на ремонт. Жизнь пошла более-менее своим чередом. Вика вышла на работу, а Стас занимался своими делами. Много читал про магию.

Я же, по приезде, первым делом связался с Катей. Я пытался сделать это и раньше, но девушка не выходила на связь. Поговорить мы смогли только первой ночью, проведенной в Предлесье.

— Выходит, слов мало, — грустно сказала мне тогда Катя.

— Верно. И получается, мои родители сделали это с тобой. Или поспособствовали тому, что ты стала тем, кем стала, — холодно проговорил я.

Катя же молчала. Было видно, что она не знает, что ответить.

— Я… мне… мне казалось, что они любят меня.

— Мне тоже, — проговорил я с каменным лицом, — но, видимо, все тут не так просто. Они были членами Ордена Новой Маны. И инсценировали свою сметрь, чтобы защитить меня и тебя. Чтобы разобраться во всем, нужно понять, как извлечь все воспоминания из книги. Нужно разобраться, что это еще за ритуалы, о которых говорил Малиновский.

Целыми днями я пропадал в библиотеке. Несколько раз пересматривал воспоминание. Мы даже пытались посмотреть его совместно с Томой, ведь она помогала мне во всем разобраться. Однако, попасть в книгу она не смогла.

Вдвоем мы штудировали книжки, посвящённые магии крови, демонике и сновидчеству. Изо дня в день я видел, что Тома постоянно пытается сблизиться. Однако, работа для меня была важнее.

Так прошло несколько дней. Пока что мы не приблизились к разгадке. Ведь первым делом нужно было понять, с каким явлением мы вообще столкнулись. Что внутри книги? Воспоминания? А почему тогда оно говорило со мной как разумное? Почему просило освободить его?

Сколько бы я ни пробовал просматривать его заново, оно всегда было одним и тем же. Только теперь обрывалось на том моменте, где Малиновский покидал лачугу. Ничего нового узнать не получалось.

На часах было десять утра. Вика уже давно ушла на работу. Я же сидел на кухне и уплетал вафли с медом на завтрак. Запивал их кофе. Думал о книге.

— Ух ты! Получилось! Смотри-смотри! Летит!

— Ага! Я ж говорила, что получится!

Со двора, через открытое окно я услышал голоса Стаса и Томы. Оставив завтрак, выглянул посмотреть, чем это они там занимаются. И улыбнулся, когда увидел это.

Мальчик растопырил руки, как какой-то экстрасенс. Тома с интересом наблюдала за этим. Но самым забавным было том, что перед Стасом в воздухе висел камень весьма немаленьких размеров, где-то с апельсин.

— Эй, — крикнул я с улыбкой, — чем занимаетесь?!

— Глянь Игнат, — посмотрел на меня Стасик, — я как настоящий маг!

Он взмахнул руками, и камень взлетел немного выше.

— Артефактный браслет с бытовой магией внутри, — приосанилась Тома, — я сделала его для Стаса. Он хранит внутри немного магии и потому работает. Но надо перезаряжать.

— Все равно очень круто! Гораздо лучше, чем то артефактное кольцо! — весело крикнул Стас.

— Очень здорово. Молодцы. Тома.

— Да, Игнат?

— Будь в библиотеке в одиннадцать. Я подобрал список книг, которые нужно просмотреть.

— Поняла!

Вернувшись за стол, я принялся доедать вафли. Только взял чашку кофе, как телефон, лежащий на столе, завибрировал. На экране высветился незнакомый номер.

— Да? Ответил я.

— Игнат Орловский? — прозвучал знакомый голос.

— Слушаю.

— Это Олег Петрин. Не отвлекаю?

— Я узнал тебя, Олег, — я отпил кофе, — могу говорить, в чем дело-то?

— Пожалуй, перейду сразу к делу. Знаю, что ты не любишь все эти любезности.

— Верно. Не люблю, — улыбнулся я, — но звучишь так, будто случилось что-то хреновое.

— Так и есть, — голос Олега был серьезным и даже звучал немного встревоженно,