Дуэльный Кодекс. Том 1. Проект «Геката» - Артём Март

— Ты можешь вызывать такие сны намеренно?

— Теперь могу. Когда получила новое слово, — она кивнула, — но это тяжело. И требует долгого отдыха.

— Я хочу знать, что ты хотела сказать мне вчера вечером.

–Ты помнишь формулу того заклинания на латыни?

— Конечно, — я кивнул, — на русский оно переводится как “я подчиняю твою душу себе”.

— Я, — улыбнулась Катя, — первое слово — “Я”.

— Что? — я недоуменно посмотрел на нее, — ведь оно встречается в формулах очень часто.

— В том то и дело! Что суть не только в слове, но и в заклинании, которое его содержит!

Девушка показала в улыбке белые зубы. Они очень ярко контрастировали с ее серой кожей.

— “Я” в одном заклинании, и “Я” в другом, это разные слова. Одно подойдет другое — нет.

— Это все усложняет, — нахмурился я, — но поможет в поисках. Выходит, мы ищем ни слова, а заклинания.

— Выходит так.

— Что ты имела в виду, когда говорила, что расчленяла кого-то?

— Заклинание. Я разобрала его на составляющие. Научилась делать это за прошедшие годы. Без тебя, — она положила маленькую ручку мне на грудь, посмотрела на меня из-под полуприкрытых век, — я не смогла бы этому научиться. Так и нашла первое слово.

— Тогда мы отыщем и остальные, — я заглянул ей в глаза, — мне все равно, сон это, или явь. Твоя кожа, мягкая и теплая, как у живой женщины. Ты пахнешь собой, и я хочу тебя взять.

— Я тоже этого хочу. Более того, так, я смогу дать тебе кое-что.

— Что?

— Помнишь, как я передала тебе черный ореол?

— Помню, — я улыбнулся, — то видение было лучше любой ночи, проведенной с живой женщиной, за прошедшие десять лет.

— Я рада быть особенной для тебя, — опустила она глаза, — и рада дать кое-что еще.

Я не ответил и только улыбнулся. Тронул ее щеку и привлек к себе. Потом поцеловал в губы, челюсть, шею, ключицу и, наконец, грудь. Катя приглушенно застонала. Мы медленно опустились на пол, сплетая наши тела.

— Красный ореол, — проговорила она, положив голову мне на живот.

Я чувствовал, как ее тонкие пальцы скользят по моему прессу.

— Красный? Что он делает?

— Он образуется перед черным. И магия, проходя через него, укрепляет тело. Я создала его для тебя. Ведь Игнат слаб. А с красным ореолом ты окрепнешь быстро. Если будешь захватывать чужую магию.

— В следующий раз я хочу тебя так. Без всяких ореолов, — улыбнулся я.

— Позови, — она подняла голову, посмотрела на меня белесыми глазами, — и я приложу все усилия, чтобы прийти к тебе.

Я тронул ее лицо, девушка, словно кошечка стала нежиться о мою ладонь.

— Когда я получила слово, нашла в себе силы создать еще один ореол. В целом, я почувствовала себя лучше, сильнее и более живой. Думаю, когда ты найдешь другие слова, я смогу сделать новые ореолы.

— Мне нужно развивать мои. Займусь этим через дуэли.

Потом мы долго разговаривали. Я рассказал Кате о том, что произошло со мной за последнее время. Об академии, о внучке одноглазого герцога и артефактах, об охоте на мага крови.

— Ты всегда делал, что считал нужным, — проговорила она, — я всегда тебя поддерживала. Поддержу и сейчас, Паша. Но прошу лишь об одном. Умоляю, не погибни.

— Тогда, перед перерождением, — засмеялся я, — и на дуэли. Ты была против моих решений. Спорила со мной.

— Я боялась. Это был женский страх. И только. Мне стыдно за те слова. Если бы я смогла тебя убедить, мы бы не получили первого слова.

— Что ж. Я рад, что сложилось все именно так, как сложилось. И еще. Я обещал тебя вытащить отсюда, — глядя в черную тьму “нигде” проговорил я, — и сделаю это. Обещаю теперь еще и не погибнуть. Как бы враги ни старались меня убить.

— Спасибо, — девушка крепче прижалась ко мне.

Некоторое время мы молчали. Просто наслаждались компанией друг друга, будто оба были живыми.

— Паш?

— Ммм.

— Мне странно, что мы нашли первое слово только сейчас. Десять лет неудач, а тут. Сразу же.

— Я уже думал об этом. Но выкладывать мысли пока рано.

— Я тоже думала, — она приподнялась на локтях, посмотрела на меня, — у меня такое чувство, что кто-то ведет нас. Когда ты оказался в новом теле, я стала чувствовать в “негде”...

— Что?

— Я не знаю. Не уверена.

— Кать. Скажи, пожалуйста.

— Будто бы в “нигде” появился еще кто-то. И он следит за мной. Но и направляет.

— Как это? — я нахмурился, принял сидячее положение, и Катя тоже поднялась, поджала красивые ножки.

— Прости, Паша. Я не могу этого объяснить.

* * *

Старая заброшенная лесопилка располагалась на возвышенности. Отсюда открывался великолепный вид, как на сам Екатеринодар, так и на его сельское предместье.

В ночной тьме город сиял многочисленными огнями и походил на небо, отражающееся от земли.

Лесопилка же, выглядела совсем иначе. Оголенные стропила и частичное отсутствие крыши делало ее похожей на огромное мертвое чудовище.

Во тьме, большая черная тень промчалась по нему. Пролетев над водонапорной башней, она мягко приземлилась у лесопилки.

Коснувшись подошвами земли, Виктор Орловский выпрямился. Пожамкал искалеченной пятерней. Хрустя гравием, он вошел в здание лесопилки и стал ждать. Он надеялся, что ждать придется недолго. Ведь если жена заметит, что он исчез, Виктору придется оправдываться и лгать. Он не любил лгать. Но в последнее время делал это слишком часто.

К примеру, он солгал жене, что пальцев решился в бою с сильным магом-преступником. И отрастить их при помощи чар не выйдет. Последнее, впрочем, было правдой.

Нож, смоченный в черной споре, блокирует любую возможность магического лечения.

А еще Виктор в последнее время плохо спал и много пил. Правда, это его почему-то не сильно волновало. Такие проблемы казались мелочью на фоне всего остального.

Когда во тьме большая птица хлопнула крыльями, Виктор отстранился от столба, подпирающего дырявый навес. Он оперся о столбик спиной для удобства, но теперь выпрямился.

Прилетел дрозд-посланник из Питера.

Виктор протянул трехпалую раненую руку со специальным кожаным наручем и дрозд сел прямо на наруч. Привычным