Стать сильнее - Лёха

Ведьма посмотрела в зеркало и поправила макияж. — На самом краю площади стоит ювелирный магазин, вот нам туда. Хозяин всегда там находится до самого закрытия. Исключения, конечно, случаются, но они не слишком частые. Мы с ним всегда приходим к обоюдовыгодным компромиссам.

— Это тот самый ювелир, который с тебя за гарнитур к твоей диадеме, решил содрать последнее? — я хмыкнул.

— Цена была назначена справедливая, чего уж там, — Ведьма вздохнула. — Такой набор камней и в таком качестве сам по себе стоит дорого, а тут ещё и к единому образцу нужно подводить. Так что, я не в претензии.

— И что, этот самый ювелир ни разу не пытался тебя надуть? — я вырулил на площадь перед магистратом и медленно поехал по периметру, вглядываясь в дома. Заметив ювелирку, направил машину к ней, припарковался и заглушил мотор. Марго же в это время решила ответить на мой вопрос.

— Нет конечно, — она фыркнула, как кошка, и поправила шапку. — У тех людей, в черепушках которых имеются мозги, прекрасно понимают, что злить мага смерти, как минимум, неразумно. Может же так получиться, что, разозлив этого мага, ты однажды недосчитаешься одного из родственничков в семейном склепе, и будет совсем уж неприятно, если в итоге этого родственничка ты обнаружишь в собственной кровати. Чаще всего это открытие для таких идиотов становится последним, зато науку очень хорошо усваивают родичи придурка, аж на несколько поколений вперед. — Она повернулась ко мне и широко улыбнулась. — А хозяин этого магазина очень умный человека и не позволяет себе доводить дело до подобного. А ты чего движок заглушил? — спохватившись, спросила она.

— Я, пожалуй, тоже продам свою долю, не нравятся мне эти драгоценные звери, — меня передернуло. — Если честно, у меня от них мурашки по телу бегают.

— У меня тоже. — Серьезно кивнула Ведьма. — И ведь точно знаю, что они обезврежены, и всё равно... — Она осеклась и не договорила то, что хотела сказать. — Ладно, пошли, Аарон Семёнович не работает допоздна, и скоро будет закрывать магазин.

Она первая выпорхнула из машины и толкнула тяжелую дверь. Звякнул старинный колокольчик, оповещающий хозяев об очередном покупатели, и мы вошли внутрь помещения, попав в которое, я замер на месте. Словно время и реальность крутанулись, и вот уже я — Темный Зелон вхожу в ювелирную лавку какого-нибудь скряги-гнома. Полумрак и отделанный внутри деревом зал мог походить на что угодно, но только не на местную ювелирную лавку. Когда я сопровождал мать по магазинам, мы зашли в парочку ювелирных. Столько света, который был направлен в витрины, заставляя сиять и гореть огнем выставленные в этих витринах драгоценностей, я вообще мало где видел. А здесь никаких витрин не было и в помине. Само помещение было маленьким и перегороженным посредине здоровенной массивным прилавком. Потолок довольно низкий и, как и всё здесь, собранный из массивного бруса. При своём высоком росте, мне практически сразу начало казаться, что я его вот-вот коснусь головой. Очень неприятные ощущения, надо сказать.

— Да, даже у меня начала развиваться клаустрофобия, когда я впервые сюда попала, — громким шепотом сообщила мне Марго.

— И как определить, что это именно ювелирный магазин? — я шептать не стал, продолжая оглядываться по сторонам. — Кроме вывески здесь ничто даже не намекает на то, что здесь что-то связано с драгоценными камнями.

— Это потому, молодой человек, что я зарабатываю несколько иным, чем банальная продажа колечек и браслетиков на лодыжки для избалованных девочек, — я резко обернулся. За прилавком стоял пожилой человек, в костюме-тройке, с небольшим брюшком, залысинами и аккуратной бородкой. А ещё я мог поклясться, что секунду назад его не было. Подавив желание протереть глаза, я отступил в сторону, предлагая Марго начать переговоры о продаже.

— Аарон Семёнович, мы жутко устали, и хотели бы избавиться от наших трофеев, чтобы уже поехать домой и лечь спать, — Ведьма улыбнулась ювелиру.

— Эх, молодость. Поехать домой и завалиться в постель. Если бы ты только слышала, милочка, сколько эротизма в твоих словах. — Аарон Семёнович поднял руки к потолку. Я же подавал желание нагнуть голову, потому что мне показалось, что пара брёвен дрогнули и потолок стал ещё ниже.

— Мы хотим завалиться в разные постели, — сухо поправила его Ведьма и поставила на стойку статуэтки. — Сколько вы можете за них дать?

— Хм, — в руках ювелира появилась линза, которую он вставил себе в глаз. По щелчку пальцев прямо на статуэтку упал яркий свет, и Аарон Семёнович склонился на ней, внимательно изучая. — Знак воды, судя по всему, работа середины пятнадцатого века. Не наша, скорее итальянцы. А почему глаз нет? Риточка, а где у этой прелести глазки?

— Глазок нет, — Ведьма покачала головой. — На них было завязано проклятье, которое мы сумели снять только вместе с камнями из глазниц всех четырёх животных.

— Статуэток — четыре? — ювелир возвел глаза к своему жуткому потолку, и что-то принялся высчитывать. — Камни в глазницах были сапфирами?

— Да, это были сапфиры, — Ведьма нахмурилась. — Что это? Аарон Семёнович, пожалуйста, не нервируйте меня.

— Покажите мне все четыре статуэтки, — и ювелир весьма требовательно постучал ладонью по столу.

Я потянулся за своими тварюшками, которые рассовал по карманам, но тут из внутреннего кармана раздался звонок.

— Секунду, — я вытащил телефон. На дисплее было написано, что звонит мама, и я не склонен дисплею в этом плане не доверять. Приняв звонок, я прижал трубку щекой к плечу, одновременно пытаясь вытащить статуэтку, которая, похоже, за подкладку зацепилось. — Слушаю. — Проговорил я, делая усилие и вытаскивая статуэтку. Раздавшийся при этом треск успешно доказал, что я был прав в своих предположениях насчет подкладки. Я поставил статуэтку на прилавок и принялся доставать вторую, переложив трубку в другую руку.

— Костя, ты чем занимаешься? У тебя голос, словно через подушку идет, — голос матери, в отличие от моего, звучал ясно и достаточно громко, а ещё в нём слышалось удивление напополам с тревогой. Я хотел огрызнуться, что она меня в очень интересный момент застукала. В этом моменте присутствует девушка и подушка, но на звонок матери я не мог не ответить. В последний момент прикусил язык, тем более, что вторая статуэтка уже стояла на прилавке. Я взял трубку нормально,