Самый-самый (СИ) - Климов Артем

Я быстренько сделал запрос в систему по определению и описанию «Язычества». Да, для меня тоже язычество было связано в первую очередь с идолами и жертвоприношением. Но нужно было проверить.

– А ведь само значение «Язычество», не определяется как «вера, требующая жертвоприношений». Да, есть и такая трактовка, но самое популярное определение язычества – это нехристианская религия. То есть, все религии, кроме христианской, христианами считаются языческими. Но это не значит, что во всех остальных религиях требуются жертвоприношения. – Я усмехнулся. – А что до жертвоприношений, идолов, храмов, служителей – я уже предупреждал, буду сам находить и уничтожать такие. Я не хочу распространять новый культ или веру. Вернее старый.

И почему наше общение скатилось в религиозное русло? А всё потому, что ты прикинулся Богом! Теперь расхлёбывай. Нужно было отыгрывать роль Бэтмена! Как раз и фанатов супергероев больше, и поверили бы охотнее, и поддержали. Голливуд подготовил очень хорошую почву для этого. Теперь уже поздно, поезд ушёл…

– Давай не будем больше обсуждать религиозные темы. – Попросил я. – Я же не навязываю никому ни веру, ни Богов, не заставляю строить храмы. Моё появление здесь и сейчас никак не связано с вопросами Веры.

– Да, кстати об этом. – Спохватился мой собеседник. Видимо, я напомнил ему вопрос, который он хотел задать. – Почему именно сейчас, не пять или десять лет назад.

– А почему нет? – Ответил я вопросом на вопрос. – Появись я пять лет назад, получил бы такой же вопрос. Никаких особых предпосылок нет. И нет идеального времени для моего появления.

– Что будет дальше? Какие планы? Ваши действия?

– Всему своё время. Вы всё узнаете и увидите.

Что-то мне не понравилась сегодняшняя беседа. Или я был не готов, или он задавал не те вопросы, которые я ожидал. Какие-то странные были вопросы. Он ведь молод, я бы отнёс его к фанатам супергероев и комиксов, а значит и вопросы должны быть на эту тему. Плюс, он увидел сегодня новый «фокус» с опадавшими руками, а даже не спросил об этом. Ясно одно, я не готов к интервью, к общению с публикой. Если даже я не смог нормально ответить на вопросы обычному студенту, что будет, если мне будет задавать вопросы профессионалы или подготовленные люди. Нужно быть аккуратнее.

Тем временем, мы прошли до конца аллеи, и вышли в центр. Фонтаны, старые здания, аттракционы, кафе и забегаловки. На праздники здесь много людей, сейчас чуть меньше. Мы проходили мимо ЗАГСа №1, который тоже располагался здесь. Я обратил внимание на двух человек, которые выделялись среди отдыхающих. Два строгих и важных дядечки, в дорогих костюмах, по крайней мере, они казались дорогими, так как очень хорошо сидели. Они стояли недалеко от колонн ЗАГСа, и ждали, когда мы к ним приблизимся. Посчитав, что мы подошли на достаточное расстояние, они одновременно направились в нашу сторону.

– Добрый день! – Поприветствовали они нас.

– И вам добрый. – Ответил я.

– Мы могли бы поговорить? – Обратился ко мне один из них, и посмотрел на Семёна. – Без камер.

– Я думаю, мы уже всё сняли. Можем и заканчивать. – Саша обратился ко мне. – Приятно было снова встретиться и побеседовать. Надеюсь, эта не последняя наша встреча.

Мы попрощались, и ребята пошли в сторону фонтана.

– Меня зовут Антон Павлович. Простите, как я могу к вам обращаться?

– Можете обращаться «Мой Господин». – Ответил я. К чему этот вопрос? Как будто не знает кто я, или я для него должен сделать исключение, и назваться Васей или Петей. Не слишком умное начало для разговора.

Он поднял одну бровь, демонстрируя своё удивление.

– Могу я обращаться к Вам по имени? – Сделал он вторую попытку.

– Конечно.

– Мы можем присесть и пообщаться, например, вон там. – Он указал рукой на ближайшее кафе. На улице, возле кафе, стояли столики с зонтиками, и там не было ни одного посетителя.

– Почему нет.

Когда мы расселись, и Антон Павлович заказал по чашечке кофе, он продолжил.

– Я представляю группу людей, которые хотели бы прояснить ситуацию с Вашим появлением. Вы внесли небольшой дисбаланс и некоторую неопределенность в экономическую и политическую сферу страны. – Он посмотрел на меня и продолжил. – И мы бы хотели уточнить у Вас, если это возможно, конечно. Каковы Ваши дальнейшие планы, какова цель Ваших действий?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Разговор вёл один, второй просто стоял рядом, он даже не стал садиться с нами за столик, и кажется, даже не интересовался нашим разговором.

– Мне уже задавали этот вопрос сегодня. Я думаю, не буду оригинальным, и повторюсь. Время покажет. Вы всё узнаете, со временем.

От кого он пожаловал, интересно. От политиков, олигархов? Хотя, это одно и то же. Да и нет особой разницы, в общем.

– И всё-таки. Вы не можете вот так просто брать и делать, что Вам вздумается. – Продолжил он. – Возможно, Вам нужна помощь? Как правильно всё спланировать, как действовать, с чего начать в первую очередь. Мы бы смогли найти верное применение Вашим способностям. Пока, Ваши действия носят хаотический порядок. То Вы заботитесь о природе, то перестраиваете городской парк, то, вдруг, влезаете в военное формирование страны. – Он замолчал, ожидая моего ответа. А я не спешил.

Может, ты и прав, Антон. И мне, действительно, нужна помощь. Я бы не отказался от парочки советов, от правильного планирования. Но мне не нравится твоя рожа, твои лисьи повадки, и твоя биография. А ещё, те разноцветные волны, которые от тебя исходят. Приторно-сладкая фиолетовая волна ненависти, бордовая, пахнущая тиной, волна зависти, и грязно-зеленая, которая пахнет, хотя нет, скорее воняет, дохлым голубем, волна какой-то неискренности и вранья…

«Что за фигня? Кефирчик, что происходит? Что это было сейчас?» – обратился я к искину.

«Было замечено увеличение активности мозга в зоне, отвечающей за телепатические способности. Сейчас она вновь вернулась к минимальной активности» – тут же ответил он.

«Значит работает? Только я не понял, как это всё произошло, и почему.»

«Да, работает. Об успешной активации я сообщал ещё прошлый раз.»

«Понятно. Спасибо за ответ» – поблагодарил я его.

Антон Павлович сидел и ждал моего ответа.

– Мне не нравятся люди, которые врут. – Не стал заставлять его ждать, подал я голос. – Антон Павлович – на самом деле не Антон Павлович. Твоё настоящее имя Сергей Андреевич Петелько. Ты любил мучать животных в детстве, писался в постель до 15 лет, и в 17 чуть не угодил в тюрьму за участие в групповом изнасиловании. Но твой отец имел хорошие связи, и отмазал своего сынульку. Твои подельники сели, а ты остался. Да, от отца тебе тогда влетело так, что ты две недели пролежал в больнице, но ты стал только злее и расчётливее. Ну и более осторожным. Продолжать? У тебя занятная биография.

Он молча сидел и смотрел на меня злыми глазами. Ответа я не дождался.

–Я думаю, не нужно. – Продолжил я. – Ты и сам всё прекрасно знаешь. Только нет у меня никакого желания принимать у тебя помощь или советы. Я даже не знаю, почему твои хозяева прислали такую мразь. Опыт – нет, есть опытнее, ум – нет, есть гораздо умнее в вашей команде, даже тот молчун, который стоит у тебя за спиной. Да, кстати, и по мерзости ты не самый лучший, у вас есть и более мерзкие создания. Пшол вон!

Он вскочил с места, опрокинул стул и направился быстрым шагом прочь от меня. А я задумался. Почему я сразу не проверил всю информацию по нему, а решил только после всплеска той вспышки телепатии? Ведь для меня это так просто, мысленный запрос, и передо мной вся информация по человеку. Вот, например его напарник, который, кстати, так и остался, никуда не ушёл. Тоже Сергей. Учёба, работа, семья. Никого не мучал в детстве. Закончил академию МВД, потом работал в органах. Потом погорел на взятке по наводке своего кума. И ушёл в частный сектор, работать и выполнять вот такие вот поручения. Не сказать, что работа хуже, даже лучше, в зарплате. Но он мечтал и хотел работать в милиции. А вышло вот так.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})