Сабатон. Системный приручитель 4 - Алексей Пислегин
— Лефко жапомнить, — передразнила она меня дурацким голосом. Очень тихо — но я услышал.
Хвостовик будто почувствовал приближение пушного северного зверька и заорал, раздув зоб и непропорционально широко раскрыв маленький клюв. Вышло хрипло и сильно тише, чем обычно.
Внезапно сработало: паук замер. Ненадолго, правда. Выждал несколько секунд и снова пополз вниз.
Я призвал из биополя топорик и позволил паукану подобраться поближе к ветке с застрявшей птицей. Немного сместился, выбрав удобную позицию для броска. Когда пауку до ветки осталось не больше полуметра — замахнулся и бросил топор.
Лезвие с глухим стуком врубилось в ствол дерева, пригвоздив к нему паука. Паук зашипел, дёргая в агонии волосатыми лапками и громко щёлкая внушительными хелицерами. Подыхать живучий гад не спешил.
Я призвал в руку нож и бросил следом за топориком. Попал точно в скопление чёрных глаз-бусинок. Паук дёрнулся…
[Опыт +15
18530 / 500]
…и затих, распластав лапки по стволу берёзы.
Вздохнув, я полез на дерево, старательно отгоняя мысли о том, что в кроне сидят восьмилапые друзья убитого паукана. Буркнул себе под нос:
— Зато, разведчик будет. Дрон с функцией сирены. Красиво же? Красиво.
Вырвав из дерева по очереди нож и топор, я позволил тушке паука свалиться вниз.
— Юль, проверь на эски!
— Никогда!
— Юля, мать твою!
— Если у меня седые волосы появятся — я тебе отомщу, дядь Никит.
— И по сторонам смотри!
— Так точно!
Птицу я взял аккуратно, чтобы не поломать ей крылья — и при этом не позволить выпутаться из паутины. Если она улетит, приручать будет некого. Паутина толщиной с рыболовную леску прилипла к ладони. Ощущение отвратительное, зато — не выроню наш будущий дрон.
Попытка оторвать паутину от ветки провалилась — нити натянулись, и всё на этом. Рвану сильнее — наврежу птице. Пришлось срезать ножом — аккуратно, чтобы паутинок касалось только остриё. Не хватало ещё нож приклеить.
Острейший системный металл справился без проблем.
Взглянул вниз — Юля не подо мной, Умка — тоже. Схватив птицу двумя руками, я спрыгнул на землю. Тут же пожалел, что не предупредил об этом — Юля с визгом подскочила на месте, развернувшись в воздухе. Надо сказать, при этом она умудрилась призвать из биополя арбалет и рвануть из колчана болт.
Учитывая, что тетива уже была натянута, на выстрел ей требовалась всего пара секунд.
— Дядя Никита! — возмутилась она.
— Извини, — хмыкнул я. — Юль, ты чего? Не арахнофобка вроде. Вчера стража били — и ты так не визжала.
Юля надулась и спрятала глаза. Отозвав арбалет, снова наклонилось к тушке паука.
На самом деле, я знал, что с ней.
Просто — мы впервые за долгое время были вдвоём. Ребята не смотрят, вчера была большая победа — вот она и расслабилась. И, как это часто у нас бывало — начала изображать капризного ребёнка.
Это мило, когда нам не угрожает опасность. Можно спокойно дурачиться и переругиваться, больше не думая ни о чём.
Жаль, что сейчас не такая ситуация.
— Юль.
— М-м-м?
— Я тоже скучаю по старым временам. Но…
— Я поняла, дядь Никит. Прости.
Она выпрямилась и снова повернулась ко мне. Смущённо улыбнулась… и тут в наш разговор хриплым ором вмешался хвостовик. Мне сильно захотелось снять шлем и прочистить мизинцем уши.
— Вот же горластый… — я опустил взгляд на птичку. Птичка наклонила голову и внимательно смотрела на меня в ответ. Раздался характерный звук — и мне на наколенник упала белая клякса. — Срань…
Юля заржала и показала эссенцию ловкости:
— Вот.
— Себе пока оставь, у меня руки заняты.
— Пошли отсюда, а? Теперь ведь можно?
— Можно, Юль. Погнали.
— Хоть на край света — только бы не здесь!
Глава 13
Клей
Изначальное спокойствие птицы меня обмануло. Была надежда, что Система отсыпала ей прилично очков интеллекта, сделав понятливой и сообразительной.
На деле — хрен там, пичуга и пичуга. Единственной причиной её относительного спокойствия было то, что зараза выбилась из сил. Но, стоило чуть встряхнуть её или надавить хоть сколько-то сильно — она начинала биться у меня в руках, ещё сильнее уделываясь в клейкой паутине, из которой я её вообще-то пытался вытащить. Клевалась — довольно больно, у меня уже все пальцы болели от ударов её клювом. Парой особо удачных она мне даже кровь пустила.
Ну и, до кучи — птица хрипло орала и пыталась меня обгадить.
Надо ли говорить, что никакой благодарности ко мне эта зараза не испытывала? Я уже начал подумывать о том, что стоило позволить пауку подобраться поближе — может, тогда она сообразила бы, что я её спасаю, вообще-то.
А это важно — приручение на ней не сработало.
Умку я перед тем, как он стал питомцем, накормил. Волчат — напоил водой и поиграл с ними. Мила и вовсе разумна, она поняла, что я ей вредить не собираюсь. Ручеёк — просто доверился Миле.
А тут — ноль внимания, фунт презрения. Надеюсь, когда освобожу её, навык всё-таки сработает.
Паутина, к сожалению, тоже доставила куда больше проблем, чем я ожидал изначально. Мы с птицей влипли друг в друга, и любая моя попытка высвободить одну из ладоней приводила к тому, что прочные нити натягивались и сдавливали её.
Паутинки были двух видов. Я понял это, стоило лишь приглядеться повнимательнее. Одни были толще — как раз с леску примерно — и совсем не клеились. Другие были тоньше — влажные и липкие, они прилипали к коже намертво, как суперклей. Рваться не хотели ни те, ни другие — разве что, немного утончались при натяжении. Как скотч, блин…
Возможно, примени я силу, не сдерживаясь — порвал бы. Только тогда птице кранты, я как минимум поломаю ей половину костей. Как максимум — нити её разрежут. Вместе с моими пальцами.
По крайней мере, я и такой исход не исключаю. Паутина — это всё-таки штука очень прочная.
Вообще, в сетях пауков нити как раз двух видов и бывают. Одни — условно каркасные, несущие. Называются, если не путаю — радиальными. Они как раз не клейкие, паук сам по ним ходит. Вторые — липкие, они добычу и удерживают. Называются спиральными, а клей на них размещён крошечными капельками.
По крайней мере, так всё устроено у обычных пауков вроде
