Кодекс Альфы - Евгений Юллем

— сказал я. — Как раз собирался предложить. Вот тебе и третье правило моего кодекса — мы охотимся на тех, кто охотится на нас.

— Я той железной коробкой управлять не умею… — скривилась она, имея в виду бэтр.

— А мы на этой и поедем, — я похлопал ладонью по рулю. — Одно дело, когда они увидят возвращающихся с поездки своих, и когда подъедет чужая бронемашина. Как думаешь, реакция будет разная?

— Ага. А вот, кстати и рычажок включения артефакта, — Лами посмотрела вверх. — Проверим?

— Да, — я поднял руку и щелкнул выключателем.

И ничего не случилось.

— Что-то не работает, — сказала Лами, и приоткрыла дверь…

Поднявшаяся волна инфернального ужаса и тошноты дала по всему организму.

— Убериии!!! — завизжала Лами.

Я быстро перещелкнул тумблер обратно. Фу-ух, вроде отпустило.

— Ты знаешь, что это было? Немодулированное излучение нижних миров! — сказала суккуб.

— То-то мне плохо стало…

Интересно, где она такие слова выучила? Вот он, вред образования.

— И мне! Меня начало затягивать обратно в ад!

— Пока ты не открыла дверцу, ничего не было. Машина — своеобразная клетка Фарадея, даже для этого излучения.

— Ну, траханые ведьмы, кто соорудил это — надо ее на костер инквизиции для полной прожарки! Чертовы колдуньи… — начала кипятиться Лами.

— Хорошо, тут нет кнопки самоликвидации, — сказал я, зарекшись тыкать во что-то еще незнакомое.

Этим и опасна чужая техника, как и оружие. Недокументированные возможности, апгрейды, ловушки…

В форточку просунулась морда Альбы. Замаячили образа.

— Пойдем, поможешь тому волку, он совсем плох… — перевела Лами.

— Пойдем, — согласился я.

Да, была почти та же ситуация, что и с Альбой. Но несколько глотков моей крови восстановили животину до более-менее нормального состояния. Это меня немного отвлекло, но в общем-то, ненадолго. Я выровнял ауру, немного подкачал его Силой и предал измученного волка заботе со стороны своих собратьев. Стая сама с ним разберется.

— Ну что, готов? — подошла ко мне Лами, экипированная до зубов. — Бери стволы и поехали!

— Обойдемся тем, что у них с собой. Следы нужно правильно оставлять, — сказал я. — Их машина, их оружие, их трупы… Если правильно все сделать, будет впечатление, что они что-то не поделили и переколбасили друг друга.

— Вечно ты так, девушку обламываешь, — уныло сказала она. — Я только-только присмотрела ящик пластита в гараже. Подогнали бы потом Кержаку его фуру со взрывчаткой, он бы открыл ее и — бум — сразу к моим родственникам в ад по блату попал!

— Попадет, но потом, — успокоил его я. — Этого отморозка я не оставлю на промзоне, он плохо влияет на моральный облик бомжей и проституток. А вот бизнес ему обломаем.

— Ты же сам хотел заработать на боях? — удивилась Лами.

— Хотел, да, — признался я. — Вот только теперь, когда благодаря нашим находкам нам не грозит разорение, шли бы они лесом. К тому же Альбе вряд ли понравится, что я буду резать ее сородичей там. Кто нам мешает — тех на мясо пустим и без всякой арены.

— Ладно, ну что, поехали?

— Ага.

И мы подготовились к встрече с людьми Кержака. Покидали тела незадачливых бандюков в кузов, туда же я принайтовал Зверя — надо же как-то будет уезжать с места преступления. Параллельно проверил и зарядил ДШК и все бандитские стволы. Взял кое-что из гаража и, наконец, гордо забрался на водительское место.

— Альба, остаешься за старшую! — приказала волчице Лами. — Мы на выезде.

Та кивнула нам, и я слегонца опешил.

— Чему ты удивляешься? — усмехнулась суккуб. — Она перенимает наши привычки и пробует общаться с нами, как нам нравится.

Я только головой покачал и тронул наш транспорт с места. И погнал по навигатору модели «Иван Сусанин» к точке рандеву, куда указывала зеленая линия пройденного маршрута.

Против моих ожиданий трофейная таратайка была очень даже ничего. Ровно и уверенно ревел мотор, хорошо амортизировала подвеска да и вообще, управлялась она довольно легко. В принципе — ничего странного. Если не вылизывать свою технику, находясь в такой зоне, рано или поздно она откажет. А оказаться без всего — смерть. Даже жалко такую будет бросать, черт возьми. Но оставлять — это нарисовать себе на спине мишень. А учитывая, что на ней их уже висит на целое стрельбище…

— Подъезжаем, — сказала Лами. — Неплохо они тут устроились.

Это точно. В поле зрения показалась фура с мощным тягачом, стоящая с открытой задней дверью. Рядом похожий на мой такой же джип с пулеметом, а его команда затягивала в фуру клетку с каким-то монстром.

— Ну что, приступим? — она потерла ладоши от радостного возбуждения.

— Подожди, подъедем поближе. Роль поняла?

— А то. За пулемет и всех гасить.

— Как и говорили.

Неладное сотоварищи упокоенных нами бандитов почувствовали тогда, когда до них оставалось чуть больше сотни метров. Для любого пулемета — это дистанция для стрельбы в упор, а уж для крупняка — вообще ничего. А поможет нам в нашем нелегком труде наш артефакт.

Я извернулся и передвинул движок на крыше. О, подействовало и на живых, да еще как! Народу резко поплохело — кто навзничь упал и начал биться в конвульсиях, кто выронил ружье и схватился за голову, а самые неудачливые выронили клетку с когтехватом. Хотя твари самой поплохело, она решила выместить затаенное хамство на своих тюремщиках. Тем более, дверца при падении подалась, и…

Я дал по тормозам и выключил артефакт.

— Пошла!

Лами на мгновение исчезла, а потом у меня над головой загрохотал пулемет. Я же вывалился через переднюю усиленную броней дверь с охапкой трофейных ружей.

Первых пятерых Лами сняла сразу же. Досталось и когтехвату, которого просто разорвало пополам. Я же начал выцеливать тех, кого она упустила.

Бах! И голова хитрого малого, пытавшегося пробраться к «сварке» в кузове пикапа, превратилась в облако кровавых брызг. Бах! И водила фуры, пытавшийся выскочить из двери с автоматом весьма удивился, что на мгновение из его груди выбился лучик солнца вместо тени. Ну а что он хотел? Четвертый калибр — это вам не в тапки гадить. Слона кладет наповал.

Остальные вяло сопротивлялись, пытаясь организовать оборону. Целиться во фронтальную проекцию джипа, когда стрелок прикрыт мотором и кузовом, а пулемет — бронещитком, так