ПРОБУЖДЕННЫЙ из камеры смертников# - Александр Гримм

так волновался на этот счёт. Виной тому стал блокнот, оставшийся у Кройца. С тех пор как немец сгинул в искусственном измерении, пропала и моя связь с ненадёжным советчиком. Хвалёная Привязка попросту исчезла.

Именно по этой причине я и не стал использовать костяного рыцаря в качестве разведчика. Опасался, что его постигнет та же участь, что и Нежданного советчика. Это сейчас нам удалось выяснить, что костяной рыцарь может свободно разгуливать по мозаике, а если бы всё было иначе? В противном случае проклятый предмет мог провернуть с Костяным рыцарем тот же фокус, что он исполнил с Кройцем. И тогда в лучшем случае — их связь с Доротеей оказалось бы разорвана, а в худшем — удильщицу затянуло бы в искусственное измерение вслед за обитателем Бездны.

Такого исхода событий я никак не мог допустить. Доротея и её костяной были слишком важны для дальнейшего продвижения.

— Что дальше? — спросил Кан Хан Су, когда призрачная взвесь, наконец, опала.

— Лао, — окликнул я китайца. — Используй блокнот.

— Жизнь — тлен, — понурил голову китаец и в который уже раз за сегодня потянулся к блокноту.

— Но какой в этом смысл? — снова задал вопрос кореец. — Ничего же не изменилось. Ответ будет тем же…

— Четвёртая слева, — с удивлением процитировал Лао.

На этот раз блокнот дал совсем другой совет.

«Сработало!» — мне всё-таки удалось провести Ненадёжного советчика.

— Понял! — хлопнул себя по лбу Кан Хан Су. — И как я сразу не догадался⁈ Ну конечно, если плитка будет кем-то занята, то блокнот не станет прелагать прыгать на неё.

— Верно, — не сумел я удержаться от улыбки. — Теперь нам осталось выяснить только одно. Какой цвет скрывается под четвёртой плиткой: жёлтый или зелёный? И я даже знаю того, кто нам с этим поможет, да Лао?

На самом деле я уже знал ответ на этот вопрос. Хоть Ненадёжный советчик и обладал какими-то зачатками разума, на самом деле он был прост и бесхитростен. Особенно в тех случаях, когда дело касалось полезных советов. Если бы четвёртая плитка слева и впрямь была зелёной, то именно её он бы и посоветовал в первую очередь. Так что я на сто процентов был уверен в том, что вскоре Лао Гоудана ждут незабываемые ощущения.

Скорее всего, понимал это и сам Лао. Но так как в данный момент от него ничего не зависело, он смирился со своей судьбой. Китаец одним уверенным прыжком перемахнул на нужную плитку. Его подошвы соприкоснулись с серым камнем, и в ту же секунду тот сменил цвет на жёлтый. Вслед за этим по коридору разнеслась какофония из грохочущих звуков.

Если бы в тот момент мне предложили угадать с помощью каких музыкальных инструментов удалось воспроизвести столь ужасающую мелодию, то я бы точно остановил свой выбор на литаврах…

— Господин! Что происходит⁈ — Лао выронил дублирующий чемоданчик и обеими руками схватился за голову.

— Прыгай на зелёную! Это ПРИКАЗ! — крикнул я, а после обернулся в сторону Доротеи. — Отзывай рыцаря!

Из-за рабского контракта китаец не посмел ослушаться приказа. Даже чужие голоса в голове не позволили ему пойти против моей воли. Всё, что ему оставалось это пересилить Шёпот и всё-таки совершить судьбоносный прыжок. Иного пути у него не было.

— Рааааааа! — словно зверь зарычал Гоудан.

Он впился зубами в собственную ладонь, видимо, в надежде хотя бы таким нехитрым образом приглушить шёпот, а после взмыл воздух.

Я с замиранием сердца следил за его полётом. К тому моменту от костяного рыцаря уже не осталось и следа, безопасная плитка снова была свободна. Гоудану требовалось лишь приземлиться на неё.

С громким стуком ботинки Лао соприкоснулись с камнем. Во время приземления китаец покачнулся, но всё же сумел удержать равновесие. Он замер на самом краешке ромбовидной пластины.

Я почувствовал, как с моих плеч рухнул неподъёмный камень и в ту же секунду раздались самые настоящие фанфары.

ТА-ДАМ!

Мозаика под нашими ногами вся окрасилась в зелёный.

Это была победа! Дорога приключений оказалась пройдена. Вот только я не спешил праздновать, потому как у нас ещё остались незаконченные дела. И речь шла даже не о пятой секции, проблема была в моём коленопреклонённом слуге. Лао Гоудан потихоньку сходил с ума, он уже не просто хватался за голову, а бился ей об пол.

— Хан Су! Займись Гоуданом, — поторопил я Спасателя.

— Понял!

Студент тут же бросился к Лао и коснулся ладонью его сгорбленной спины. По кисти спасателя заструились чёрные вены. Он снова вступил в схватку с чужеродным Шёпотом и судя по внешнему виду корейца: его закушенной губе и полуприкрытым векам, борьба эта шла с переменным успехом.

А в это время мы на пару с Доротеей благоразумно сошли с мозаики и оказались перед огромной двустворчатой дверью.

О чём в тот момент думала Доротея, я не знал. Сам же я попросту не горел желанием и дальше топтаться по Дороге приключений. Пусть мы и сумели «одолеть» проклятый предмет, но это совсем не значило, что последний перестал представлять угрозу.

Вскоре к нам с Доротеей присоединились оставшиеся члены группы. Хан Су всё-таки удалось справиться с голосами в голове Лао, пускай и не без последствий. Я с тревогой следил за тем, как кореец безвольной тряпкой висит на плече у Гоудана. Было очевидно — наш Спасатель на какое-то время полностью выбыл из строя.

Глядя на его почерневшую ладонь, я отчётливо понимал, что в ближайшее время кореец нам не помощник. Но и бросить его я не мог, мне нужен был Кан Хан Су. Нужен был не как единственный Спасатель, а как уроженец Сеула.

— Эй, Хан Су, очнись! — я наотмашь ударил корейца по лицу.

— Ахх, — простонал парень.

— Не вздумай сдаваться, мелкий говнюк! — схватил я его за шиворот и как следует встряхнул. — Тебе нельзя здесь подыхать! Слышишь, нельзя! У такого неудачника и ссыкуна, как ты, должно быть, даже девушки ещё не было! Так и хочешь кончить как девственник⁈ Да ты ведь даже жизни не нюхал! Небось жил как нищий, едва сводил концы с концами и, кроме своей сраной соджу, ничего не пил⁈ Собираешься закончить, как грёбаный неудачник⁈ Так ни хера не добившись⁈ И это в тот самый момент, когда ты ухватил судьбу за хвост, стал избранным, прямо как блядский Нео⁈ Подумай Хан Су, ты ещё можешь всё изменить! С этой новой силой весь мир будет у твоих ног! Эти ваши айдолы будут в очередь выстраиваться, чтобы тебе отсосать! И всё, что тебе нужно для этого сделать — просто не сдаваться! БОРИСЬ ХАН СУ!

— Борись! — вскинула кулачок Доротея.

— Господин, если вы и дальше будете так его трясти, у него может оторваться голова.

— Ха Ныль…я люблю тебя моя Ха Ныль, — в полуобморочном состоянии пробормотал кореец.

— Будет тебе Ха Ныль, главное — не отключайся! Сосредоточься на моём голосе и борись!

— Борись! — повторила недавний жест удильщица.

Заметив, что я смотрю на неё, Доротея отчего-то смутилась.

— Мы сейчас прямо как в дораме, — заговорщицким шёпотом произнесла она.

Уточнять я, конечно же, ничего не стал. Будучи старшим братом одной непоседливой девицы, я давно уяснил одно простое правило касательно женского пола. Звучало оно так: не задавай вопрос, если не готов услышать ответ. Это был как раз такой случай.

В данный момент меня больше волновало состояние корейца, а не какие-то там дорамы.

Я снова принялся приводить его в чувства. Бил по щекам, кричал, тряс за грудки. И говорил, говорил, говорил…В какой-то момент у меня даже запершило в горле, и я потребовал от Лао закончить начатое.

Так продолжалось около получаса, но, в конце концов, общими усилиями нам всё же удалось откачать Кан Хан Су. И пусть руку корейца все ещё покрывала чёрная сетка вен выглядел он при этом не в пример лучше, чем прежде. Да он всё ещё периодически хватался за голову, но хотя бы уверенно держался на своих двоих.

За всей этой суетой я не сразу заметил, что мы остались без награды. Казалось бы, Дорога приключений пройдена и путь к пятой секции открыт. Я это уже проверил — в любой момент мы могли пересечь разделительную черту между секциями и коснуться двустворчатых дверей.