Олег Рыбаченко - Радуга Армагеддона

— Во многих мирах это число тоже является культовым. Три измерения, три лица, три основных состояния в обычных жизненных условиях первобытных планет. Выделяют также три основных сегмента Вселенной — время, материя и пространство. Двуполость — это неестественная мутация и уродство. Что Вы нашли более привлекательным в религии землян?

— Я кое-что знаю об этой планете. У них, на мой взгляд, самая лучшая ранняя ветвь — буддизм, не смотря на то, что эта вера зародилась в темные века и она полна разумного начала. Из них наиболее прогрессивная ветвь Конфуция. Он правильно говорил: "Если мы не научились распознавать жизнь, как мы можем научиться понимать смерть". Тут скрыта мудрость Будды: "Не делайте из меня Бога, а совершенствуйтесь сами! Живи в добре и мире, воспитывай в себе волю, копи мудрость и знание, ибо познание способно дать тебе бессмертие и счастье. Не надейся на богов. Каждый человек должен сам в себе воспитывать качества Бога". Это было прогрессивно, а все слабые люди и слаборазвитые миры верили в сверхъестественные силы, что они защищают их и могут решить все проблемы. Вот почему многие миры так легко сдаются захватчикам, принимая их за ангелов. В древние времена были мудрые индивиды — Буда, Платон, Конфуций. Другая конфессия — самая молодая из основных религий, но и самая динамичная. Это ислам, что обозначает покорность. Монотеизм. Единый бог — Аллах. Один пророк — Магомед. Правоверные делами завоевывают рай, а нечестивые, то есть, остальные, идут навечно в ад, в вечные муки. Вообще именно страх перед смертью и создал все эти иллюзии. Индивиды имеют отцов и делают отца на небе, они боятся смерти и выдумывают бессмертные души, ад и рай.

— Типично для остальных цивилизаций. Ничего необычного. У стэлзанов есть свой Всевышний и своя идея о семи высокоэнергетических мегавселенных, куда попадают великие воины и те, кто служит императору. Они всерьез утверждают, что им дана власть над всеми параллельными мирами и вселенными. Что только они, стэлзаны, созданы по образу и подобию Всевышнего, а прочие типы и расы отпочковались от слизи. Они в лучшем случае должны быть рабами или попасть под тотальное уничтожение. Да, любой, кто имеет мозги, может усомниться в их религии.

— Очевидно высший и единый разум, создавший гипервселенную, не может быть ни жесток, ни несправедлив. Все боги созданы по образу и подобию самих индивидов. Они же существа разных миров и приписывают своим богам собственные черты характера. Гнев, жестокость, своенравность, непостоянство, а также нелогичность поступков. Многие из них, по своей сути, язычники, и на все смотрят с позиции силы. Награждая своих богов могучей мускулатурой, но давая им свои тупые мозги.

— Это верное замечание, Дез, но вот о чем я подумал. Я слышал беседу с нашим младшим коллегой Бернардом Патоном. У меня есть одна мысль. Может быть, легенды о Богах, это суперсверхцивилизации с историей во много квинтиллионов лет? И они еще существует, хотя внешне себя почти не проявляют. Хотя если подумать проявляй себя гиперразум, заметили бы мы это.

— То есть ты не думаешь что финиш любой цивилизации небытие. — Спросил старший сенатор.

— Конечно, нет! Просто они, и я согласен с теорией стэлзанов, обитают в других мегавселенных с более высоким энергетическим уровнем и большим количеством измерений. Может, даже они настолько развились, что способны творить иные миры, вселенные, измерения. А наша вселенная — это тень, слабое облачко в бесконечном сооружении бескрайнего макрокосма. Возможно, что наша вселенная, по сравнению с неисчислимым множеством иных мирозданий, бесконечно меньше преона.

— Не новой теорией была мысль, что, достигая сверхуровня, суперцивилизации перемещались в иные гипервселенные и даже создавали новые миры и сферы, самых необычных и немыслимых для нас конструкций. Ибо здесь, в этой неоперившейся вселенной, нужно давать определенную свободу мирам и индивидам. Есть теория, что и зорги могут дозреть и переселиться в гипермегавселенную, где их возможности неизмеримо вырастут, но до прежней вселенной уже не будет никакого дела. Она продолжит рождать иные цивилизации, будет литься кровь и господствовать боль. Увы, боги, как правило, злы или равнодушны. Но это уже настолько абстрактный разговор, полный чистой фантастики, что я предлагаю его отложить. А пока лучше подумаем о наших младших братьях.

— Я считываю информацию об индуизме и рекарнации, о подобных философиях. Ничего необычного. Все это много раз повторялось на миллиардах иных планет. Мне уже полмиллиона циклов, и я видел слишком много. Землянам вряд ли нас удивить, ведь трудно найти что-то новое.

— А вот и нет. Есть еще одна странная и необычайная конфессия. Это основная планетарная религия Земли. Христианство — самая загадочная и необычайное вероисповедание во вселенной. Это массовая религия, которую еще до зверской агрессии флота под командованием Лиры Велимары исповедовали самые высокоразвитые и цивилизованные государственные образования этой планеты. Эта религия учила любви даже к врагам.

Старший сенатор сделал паузу. Юлиний имер Сид вставил свое слово.

— Хорошо, но и это не ново.

— А за это умирали! Без страха и сожаления, шли на самые жестокие пытки.

— Юлиний перебил.

— что также не уникально. Фанатиков хватало везде и во все времена.

Дез сделал вид что не заметил бестактности:

— Но есть одно уникальное. Их символ веры — крест!

— Крест, как субъект поклонения, сильно распространен среди теплокровных, потому что от трения двух перекрещенных палок получается огонь!

— Нет, у них это другое… Крест — это…

Сигнал тревоги прорезал пространство, разорвав философский диспут. Опасность типа Х-сто! Звездолет со всех сторон окружают тысячи боевых кораблей неизвестных противников!

— Как система предупреждения?

— Мы уже были в курсе! Нас не просто так сюда завернули, но это не флот стэлзанов. Это боевые звездолеты синхов и сотен других цивилизаций. Эта конфигурация космических субмарин не вызывает сомнений. Их тысячи, десятки тысяч… Они синхронно движутся со всех сторон. Такая армада находится в пределах империи, но далеко от внешних границ. Наверняка, что стэлзаны заодно с ними. Тогда этим все объясняется.

— Исключено то, что они успели собраться специально ради нас, да еще за такой короткий срок. Тут пахнет изменой. Этим парням, по-видимому, не до нас.

— Возможно, они хотят достать наши технологии или впервые в истории сбить хоть один наш звездолет. На численность рассчитывают.

— Напрасно! Хотя ничтожный вирус может одолеть гипермастодонда, расплодившись до квинтиллионов.

— Они дали залп, ведь ракет многие тысячи. Мы еще слишком далеко вне зоны поражения их лучеметов.

— Наше силовое поле выдержит все их самые современные виды вооружений. Сохраняйте хладнокровие и сканируйте, на всякий случай, заряды.

— Все будет сделано аккуратно, но может лучше уйти в гиперпрыжок.

— Нет, пускай поймут всю бессмысленность своей атаки. Зачем убегать, давать им повод лопаться от гордости. Трансвременные защитные поля выдерживают любую атаку.

Тысячи, десятки тысяч ракет и снарядов летели со всех точек пространства. У части ракет была система самонаведения, а часть летела прямолинейно и неуправляемо. Некоторые неслись по спирали или более сложным траекториям, разделяясь во время полета, затрудняя применение контрракет. Силовое защитное поле принимало и легко отражало удары. Большая часть ракет даже не смогла взорваться, часть была отброшена, а часть взорвалась на внешней стороне, рассыпавшись красивыми фейерверками. Вспышки триллионов фотоблицев и отраженных частиц заполнили пространство. Несколько сотен ракет, отразившись или пролетев мимо, устремились к нападающему звездному флоту. Лучеметы встретили их плазменными трасами, но часть ракет прорвалась, таранив и низвергнув огненную геенну. Звездолетов было так много, что они едва избегали столкновения, стремясь войти в сектор, достижимый для эффективного лазерного огня. Часть кораблей из числа наиболее крупных, класса линкор и гросс-броненосец, все же дали повторный залп. На сей раз урон и потери ввиду сближения космоармад были гораздо существенней. Последовали взрывы и серьезные разрушения даже на крупных субмаринах. При такой густоте поражения даже сильные поля не давали стопроцентной защиты. В ярости звездолеты открыли бешеный огонь из лучеметов и плазмометов, но не достигли зоны поражения. Разноцветные лучи, пересекаясь и сшибаясь, извергали потоки частиц, создавая неповторимую гамму дивной игры света. Когда в плазменные и еще более губительные гиперплазменные струи попадали осколки звездолетов, вспыхивали потоки исполинских фейерверков, рассыпаясь огоньками по вакууму.