Алексей Ефимов - Хрустальное яблоко

– Во, – Игорь поднял палец. – Вот это и есть мой план.

– Голыми бегать по улице? – уточнил Раймар. И тут же добавил: – Если я правильно понял, ты предлагаешь завязать крепкие отношения с нашими случайными знакомцами. Взрослым власти в головы льют пропаганду, а мы молодым покажем, какие мы есть на самом деле, так?

– Ну! – Игорь энергично кивнул. – Вроде как посадим… ну… хлореллу на планете с плохой атмосферой. Маленькие кустики, плесень какая-то… А лет сто пройдет – и дышать будет легче, а там и люди поселятся!

На этот раз молчание было задумчивым и длительным.

– А ведь может получиться, – сказал Яромир. – А то в самом деле – прилетели, побегали по арене и улетели, гордые собой. И взрослые тут ничего не сделают, они как в глухую стену бьются. Здешние нашим или не верят, или… верят и боятся нас. Боятся, что мы их мир развалим. А мальчишки-девчонки нам поверят. В общем, я – «за».

– Только надо договориться! – перекрыл возникший тут же одобрительный гул Мариан Вишневский. – Чтобы им не врать. Совсем. Как своим. Если хоть чуточку попадемся на вранье – они нам тут же верить перестанут. Им и так будет трудно.

Гул возник снова и не менее одобрительный.

– Атакуем их с тыла!

– Ага, как партизаны!

– Изнутри!

– А ты что так улыбаешься? – вкрадчиво спросил Яромир Игоря. Тот гордо хмыкнул. – Рад, что твой план приняли? Ну тогда иди и договаривайся с Андреем Даниловичем. Или мы в город по веревочной лестнице будем убегать?

– Черт, – пробормотал Игорь. – Опять взрослые будут путаться под ногами!

– Работаем буквально в мыле, – профессор Даниловец, кусая длинный хвост сушеной рыбины, расхаживал по кабинету. – У мужиков глаза на лоб лезут. Закупок наделали в разных местах множество. Проверяем лекарства. 43% – плацебо[16], 17% – на основе мощнейших наркотиков без объявления, 29% с разрушающими здоровье добавками иного рода, в основном – гормональными. Проверяем продукты. В обычных магазинах фальсифицированы синтезированной чуть ли не из нефти дрянью 95% товара. В «элитных» таким же образом фальсифицированы 43%. Продукты, рассчитанные на массовое потребление детьми, имеют добавки, вызывающие привыкание в ста процентах случаев. Ощущение такое, что эта раса сошла с ума, Андрюх!!!

Полковник Макаров хотел вставить реплику в возмущенный монолог ученого, но в дверь по-земному постучали.

– Разрешите войти? – Игорь проник внутрь. – Господин полковник, у меня есть дело. Предложение. Вы бы не могли меня выслушать и после принятия решения довести мое предложение до сведения Его Высочества?

Спрыгнув со свупа – купленного миссией и выданного в пользование после полуофициального утверждения плана «Троянский жеребенок», Игорь удивленно осмотрелся. Он и не подозревал, что в бурлящей жизнью Джей-Таане есть целые заброшенные… не то что кварталы, а целые заводские районы – мьюри потихоньку переносили производство в космос, где оно обходилось дешевле и не губило и так уже изрядно подпорченную местную природу, – а разобрать или приспособить подо что-то старые корпуса у них просто не дошли руки. Тут было что-то вроде башни управления полетами в старых грузовых доках – ощетинившейся антеннами многоэтажной металлической штуковины. Стекла в ней были выбиты, но Вайми и его компанию, устроившую тут что-то вроде штаба, это ничуть не волновало. Она оказалась несколько больше, чем ожидал Игорь, – в просторном помещении бывшей диспетчерской собралось человек тридцать, и не только парней, но и девчонок – как легко догадался Сурядов, в его честь.

При этой мысли Игорь ощутил… нет, конечно, не страх, но и выставить себя дураком перед такой толпой ему совсем не хотелось. Мьюри с явным любопытством разглядывали его. Все они были лет тринадцати-пятнадцати, одетые лишь в парео на бедрах (и девчонки тоже!), с браслетами на руках и ногах – смешно, но здесь это считалось чем-то вроде национальной одежды и носилось чуть ли не в знак протеста против моды на ядовито-пестрое тряпье. Видно было, что это ребята из семей, которые старались жить по заветам предков, наперекор здешнему бездушному «обществу потребления». Судя по гибким, ладным фигурам, они занимались спортом – что опять-таки было не совсем типично. У многих на боку висели длинные тонкие кинжалы или даже кобуры с самым разным «личным оружием» – его здесь подросткам покупали родители. Один хмурый парнишка держал в руках похожий на длинную узкую коробку мелкокалиберный ручной пулемет – здесь, в заброшенных кварталах, хватало самой разной швали, и даже этот свой «дом» мальчишкам приходилось отстаивать. Игорь уже знал, что некоторые из них на самом деле живут здесь – потому что своих домов у них не осталось или вообще никогда не было.

Сурядов вздохнул. Андрей Данилович отпустил его сюда с большим скрипом – строжайше наказав не снимать комбраса и намекнув, что за ним будут «присматривать» – не сказав, понятно, каким образом, но ясно было, что в случае чего вмешательство будет немедленным и жестким.

Как Игорь и ожидал, его засыпали вопросами. Как ни странно, мьюри поражали вещи, совершенно обычные для Игоря – о них он до этой минуты даже не задумывался, считая их совершенно естественными. Его новые знакомцы попросту отказывались верить, что на Земле родители отпускали детей на целый день, а то и не на один, зная, что с ними ничего не случится, и что в каждом незнакомом взрослом ребенок не видел потенциального смертельного врага. Игорю, в свою очередь, было дико слышать о том, что здесь нельзя доверять никому, что без умения идти по головам в здешнем обществе трудно достичь успеха. У большинства собравшихся, впрочем, это «общество успеха» не вызвало ничего, кроме глубокой ненависти – потому, что жить в нем и остаться человеком было невероятно трудно, и многим из присутствующих, невзирая на юный возраст, оно жизни уже искалечило. Абсолютное большинство мьюри были просто наемными рабами мегакорпораций и при этом искренне считали себя полноправными гражданами «самого демократического общества в Галактике» и «свободными производителями-потребителями» – этот термин, по мнению Игоря, звучал особенно дико, но в то же время – нехорошо-знакомо по урокам истории. Он многое узнал о тайных войнах корпораций – диверсии, шантаж и вымогательство, похищения и убийства – вот что тут давно стало синонимом «честной конкуренции свободных экономических единиц».

Никакой «свободой» внутри корпораций и не пахло – напротив, в них царили поистине драконовские порядки, а тех, кто продался конкурентам, они карали с изуверской, нечеловеческой жестокостью. Чуть ли не единственной мечтой почти каждого, кто работал в них, было любой ценой взобраться на вершину иерархической пирамиды, пробиться в директора, где привилегии возрастали до максимума. На таком фоне жизнь Земли казалась юным мьюри какой-то волшебной сказкой, и они слушали о ней, удивленно приоткрыв свои красивые рты, с восхищением и недоверием в глазах. Даже цена, которой было построено земное общество, – а Игорь не скрывал, как она была велика, – не слишком их пугала, веру в иллюзии и прекраснодушный идеализм у мьюри отбили уже достаточно давно. Мальчишка поразился той ненависти, с которой здешние ребята говорили о «свободном корпоративном государстве», в котором им была уготована в лучшем случае жизнь белки в колесе, вечно бегущей за «успехом».

В конце концов Игорь просто устал от разговоров – да и хозяева тоже. Мальчишка увидел, для чего они здесь обычно собирались – песни и танцы, бесхитростные, но вполне даже симпатичные, просто веселый треп, а также подготовка к нелегкой местной жизни. Участвовать в поединках Игорю уже никто не предлагал – все тут признавали преимущество землянина, – но в тренировке по стрельбе он-таки поучаствовал, и даже непривычное оружие – в основном гаусс-пистолеты разных марок – не помешало ему взять верх с солидным преимуществом, а вот в метании кинжалов в цель отличились почему-то местные девчонки. В конце концов Вайми, явно раздосадованный тем, что ему не удалось обставить землянина в стрельбе, предложил Игорю гонку на свупах. Сурядов согласился, не вполне представляя, что его ждет.

Как оказалось, правила у гонки были довольно веселые – надо было первым добраться до видной издалека приметной башни, не поднимаясь выше уровня крыш – то есть миновать целый лабиринт заброшенных цехов, не сбившись с дороги и не врезавшись во что-нибудь. Это было совсем даже непросто. Вайми знал этот маршрут как свои пять пальцев и ничуть не сомневался в успехе. Вот только Игорь вовсе не собирался уступать – уступать он просто не умел и учиться этому не собирался.

Свупы им дали одинаковые, одной марки – чтобы все было по-честному, – и после сигнального выстрела мальчишки одновременно сорвались с места.