Князь Гиперборейский - Валерий Михайлович Гуминский

в поисках злодеев из Инквизиции? Людей только переполошим. Полковник Хилков, полиция, агентура — все работают день и ночь. Тихо, спокойно, без излишних эмоциональных надрывов.

Владислав промолчал, но сделал зарубку в памяти, что необходимо позвонить Назарову и поинтересоваться из первых рук как у него идут дела. Отец и дядюшка в последнее время больше молчат, у них и слова не вытянешь, а Софья и матушка извелись в неизвестности. Вот это и обижало. Он же не мальчишка сопливый, а наследник трона. Оберегая его от опасностей, государь делает только хуже.

— Продолжайте, Николай Петрович, — император все же не вытерпел и достал из ящика коробку с сигарами. Тяга к курению оставалась, но не такой сильной и всепоглощающей, а все благодарю свитку Назарова, который Александр, не мудрствуя лукаво, цеплял на шею с помощью шнурка и ходил с ним по дому часок-другой. Первое время его скептицизм зашкаливал, а ослабевание к курению он относил к жестким мерам супруги, прятавшей сигары. Через пару месяцев Меньшиков уже не так ухмылялся, когда смог протянуть без курева целый день без страдания и тяги к нему. Да и здоровьишко чуть подправил, как ни странно.

Затянувшись дымом, император изобразил на лице внимание.

— Шубин попал под влияние Батальи, Ваше Величество, — сказал Хилков. — Есть предположение, что именно он станет сливать всю информацию Боргезе.

— Каким образом осуществлялась попытка вербовки? — спросил Житин, с интересом слушая подробности странной, по его мнению, операции.

— Ментальная закладка, — пожал плечами полковник. — Иначе никак. Нам известно, что Назаров берет клятву у своих слуг возле Алтаря. Древняя рота очень серьезная, ее не обойдешь никакими ухищрениями, если только Глава Рода сам ее не снимет.

— Какой вывод, Николай Петрович? — прищурился от дыма Александр.

— Назаров снял клятву и подставил Шубина под Ордо Маллеус, как наживку, — твердо проговорил Глава ИСБ. — Значит, осознает риски.

— Что предлагаете?

— Не мешать, — спокойно ответил Хилков, а Великий князь Константин одобрительно кивнул.

— Лишь бы половину Петербурга на воздух не поднял, — хмыкнул Житин. — Господин Назаров не отличается особой деликатностью к своим врагам. Достаточно вспомнить бухарские события.

— А вот поэтому, Николай Петрович, именно тебе надлежит проследить за нашим молодым бароном, — император положил сигару в пепельницу. — Можно было и полицию привлечь, но у нас нет времени вводить в курс дела целую кучу народа, не приспособленного брать за ребро матерых инквизиторов.

— Будут какие-то особые поручения, Ваше Величество? — деловито спросил Хилков.

— Следите за людьми Назарова и за ним самим, как только появится в городе, — немного подумав, ответил император. — Особенно за самим бароном. Без него никто не будет затевать отстрел агентов Инквизиции.

— Как поступить с Боргезе? Он, как всегда, поселился в «Рице», и оттуда руководит действиями своих боевиков. К нашему сожалению, комиссар очень осторожен, и не дает повода для воздействия на него. Приехал человек полюбоваться красотами Северной Пальмиры, так его за это ликвидировать? Отель — это самое безопасное место. Назаров тоже понимает, что взять Боргезе без шума не получится, там проживает почти пятьсот человек, и в основном, иностранные граждане.

— Вы уверены, полковник? — скривился в благодушной улыбке Константин Михайлович. — Не забывайте, кто такой — барон Назаров. Он одним щелчком пальца сделает всю работу за спецслужбы.

— Не настолько же он всемогущ, — неуверенно произнес Хилков, мало знающий прошлое человека, обсуждение которого заняло куда больше времени, чем решение текущих проблем государства.

— Нет всемогущих, — Александр положил сигару в пепельницу, чтобы она погасла. Курить больше не хотелось. Насытился, можно сказать. — Все люди смертны, увы. Даже среди одаренных мало кто доживает до ста тридцати лет. А казалось бы, Сила магии способна укрепить плоть человеческую… Николай Петрович, в ближайшие дни будет очень жарко, и постарайтесь сохранить спокойствие и благоразумие, когда увидите, что что-то пошло не по плану.

— Все же я настаиваю на усилении семейной Резиденции, Ваше Величество, — полковник проявил решительность. — Там сейчас находится почти полусотня родственников императорской крови, осталось лишь уговорить Его Высочество государя-наследника.

— Я останусь в Озерках, как и моя семья, — торопливо откликнулся Владислав. — Не вижу смысла в подобном мероприятии. Отец, если и мы к вам переберемся, наемникам не будет необходимости распылять силы для слежки. Они спокойно возьмут под контроль все дороги, и рано или поздно предпримут атаку. Пусть лучше координируют свои действия, находясь в разных точках столицы. Это займет у них много времени и ресурсов.

Александр кивнул, признавая правоту сына. Он не беспокоился за него. Из Озерков в семейную Резиденцию уже давно пробили портал наподобие того, которым пользуется Назаров. Пользовались им редко, чтобы понапрасну не жечь магические и физические ресурсы, поддерживающие работу переходного тоннеля. Интересно, Никита сам додумался до элегантного решения, или кто-то ему подсказал, используя опыт императорского тайного хода?

— Ты знаешь, как поступить в случае атаки, — только и сказал он.

— И еще, отец…, — цесаревич даже привстал от волнения. — Зачистим мы агентуру и наемников. А дальше-то, что делать? Через год-другой они снова попробуют нас достать. Так и будем отбиваться? Не пора ли в наступление переходить?

— Твои предложения? — сцепил пальцы рук Александр.

— Ударить по самому Ватикану, ликвидировать папский институт…

— Сын, — прервал его император. — В России каждый молится своим богам, религиозные институты не интегрированы в общество и не довлеют над массами. Каждая конфессия набирает прихожан по добровольному принципу. Хочет человек молиться Христу или Будде — никто не запрещает. Даже храмы нашим исконным богам не имеют преимущества. А у Ватикана мощная армия религиозных фанатиков. Ты представь, если мы снесем с лица земли дворец папы, откуда исходит угроза… Что произойдет? Придется потом отбиваться от полчищ разъяренных фанатиков и обиженных. Отобьемся, не впервой, но вся Европа погрузится в такой хаос, что придется бросать огромные людские и финансовые ресурсы для успокоения и приведения в порядок. Оно нам надо?

— Делать-то что тогда? — воскликнул Владислав.

— В Ватикане у нас есть ситуативный союзник, — усмехнулся Меньшиков. — Я, например, мыслю так: в этом гадюшнике найдется много людей, готовых идти на мировую с Россией и подписать вечный мир… ну, я бы так не разбрасывался словами, но на триста-пятьсот лет тишины и спокойствия согласился бы. Кардиналы тоже люди, и