Дорога домой - Андрей Евгеньевич Первухин

военный, причём в войне участвовал, так что в случае опасности для своей семьи долго раздумывать не будет, как и мучиться угрызениями совести после убийств.

— Вы не видели, что после землетрясения началось в Сочи, люди как будто обезумели. Туда солдаты из ближайшей части прибыли через несколько часов, видно там умный командир был, причём они просто хотели пресечь мародёрство и беспорядки, даже развалины разбирать не стали, мотались по городу, патрулировали, в общем, только слабо это помогало. Сначала, конечно, все были ошарашены произошедшим, столько людей погибло, а потом началось. Большинство людей помогали разбирать завалы, а некоторые занялись мародёрством, причём ладно бы магазины с едой грабили, но нет, им дорогие телевизоры, телефоны и прочая ерунда понадобилась зачем-то. Даже не стеснялись заниматься грабежом на глазах у всех, тут люди раненые кругом, а эти твари вещи растаскивают. Потом и до людей руки дошли, точнее до их грабежа.

— А военные что? — Спросил я. — Не могли это остановить?

— Так их мало было, не могли они везде поспеть. Максим погиб, защищая нас. Нарвались мы на толпу гопников, решили из города убраться, когда стрельба началась, страшно стало, вот и набрели на уродов. С нас все украшения сняли, а потом захотели немного поразвлечься, вот Максим и крикнул, чтобы мы убегали, а сам с ними драться начал, только его тут же ножом пырнули, но у нас было время удрать, а там на патруль нарвались. Они быстро сообразили и отправились к тем развалинам, где нас ограбили. Постреляли бандитов, но Максим был уже мёртв. Жена его в зомби потом превратилась, когда мы в лагерь к военным пришли, мне её убить пришлось, ну а дальше вообще кошмар начался, половина людей превратилась в мертвяков и стала нападать на людей, даже моей старшенькой пришлось палкой отбиваться. Ну а потом и младшенькая интерфейс получила, — как-то скомкано закончила женщина, видно не хотела сообщать, как её младшей дочери интерфейс достался, видно так же как и я изловчилась.

— А куда велосипеды делись, на которых поначалу ехали?

— Забрали, — кисло улыбнулась женщина. — Мы их нашли при выходе из города, там магазин был, удивительно, что его до нас никто не разграбил, там много великов было, вот мы несколько и прибрали к рукам. Только недалеко уехать получилось, хорошо, что хоть не прирезали. Мы потом буквально через пару километров нашли на дороге трупы тех, кто у нас велосипеды забрал, видно за них их и прирезали. А что, очень удобный транспорт, дороги уже были разрушены, так что не проедешь, а на велосипедах везде можно, а если завалы, то и перенести их несложно.

— А в Апшеронск зачем направились? — Снова спросил я. — Муж там?

— Нет у меня мужа, умер, — ответила женщина. — Дом там, да и знакомых много, а в Сочи вообще никого нет. Те, кто были — погибли, а одной с двумя детьми страшно. Вы же тоже в Краснодар из-за этого идёте?

— Ну да, — кивнул я. — Потом вообще в Башкирию собираюсь, племяшка оттуда.

— В Башкирию? — Женщина была ошарашена моим заявлением. — Это где Уральские горы, что ли?

— Ну да, — улыбнулся я, — Может, транспорт какой-нибудь раздобудем, у мужа моей сестры внедорожник, можно попробовать на нём поехать.

— Да уж, я думала, что идиотизм пешком до Апшеронска идти, а вы вообще собрались больше двух тысяч километров протопать.

— А что делать? — Развёл я руки в стороны. — Тут дом построить и жить? Да нафига это нужно, тем более Аня пока занята, но уже начинает капризничать и проситься к маме.

— Вы, наверное, очень высокого уровня, раз я никакой информации не вижу? — Спросила Кристина. — Или у меня тоже ничего не видно?

— Видно, — улыбнулся я. — Уровень выше Вашего.

— Саша! — Отвлёк меня от беседы голос Ани. — Кушать подано. Иди, попробуй наш трофей, может и правда съедобно, а мне эту гадость есть не хочется.

— Открыла кулинарию? — Спросил я.

— Да, — задрала нос девочка, — целая единичка, иди, попробуй, выглядит мяско аппетитно.

Насчёт аппетитности этого варева племянница сильно погорячилась, меня от одного запаха воротить начало, но всё-таки смог себя пересилить и съесть кусочек. Аня тут же побежала блевать от этого зрелища, а я прислушался к своим ощущениям. Что тут скажешь? На вкус мясо было никакое, как будто резину жую, вообще никаких ощущений. Надеялся, что бонусы какие-нибудь получу, но ошибся, полная фигня, а не еда, только чтобы желудок набить.

— Вы как умудрились додуматься до того, чтобы это есть? — Спросил я Кристину.

— Полтора суток вынужденного голодания заставило, — пояснила она. — Собаку четвёртого уровня в городе убили, вот и выпало с неё мясо. Конечно, сначала и мыслей не было, чтобы подобным питаться, но добрые граждане, которые готовы безвозмездно поделиться припасами как-то резко перевелись. Они и до катастрофы были редкостью, а теперь и подавно, все норовят с тебя что-то вытрясти. Так что пришлось собачье мясо жевать, голод быстро брезгливость из головы выбивает.

— Просто у Ани всего единичка в кулинарии, — пояснила Маша. — Когда повысит, то и вкус появится. Давайте я сварю, сразу же разницу почувствуете.

— Не надо, — поморщился я, — с продовольствием пока проблем нет, будем питаться сухпайками. Аня, хватит там природу загрязнять, иди нормальный суп свари, на всю нашу дружную компанию.

— У меня теперь вообще аппетит пропал, — поморщилась девочка, когда вернулась. — Зачем ты на моих глазах пробовать начал?

— Сама же попросила. И вообще хватит ныть, делом займись, а я тут пока по деревне пробегусь, может, что-нибудь полезное отыщется.

— Можно с Вами? — Спросила Лера. — Что тут сидеть без дела?

— Ну, идём, — не стал отказывать я, да и нужно было общий язык находить, чтобы ледок недоверия хоть немного растаял.

После ужина расселись вокруг костра и начали травить разные байки из прошлого мира, о последних событиях никто вспоминать не хотел, слишком они были печальными, да и все понимали, что многие наши родственники, скорее всего, погибли. Конечно, пока об этом известно не было, но такие мысли иногда в голову приходили и хотелось от них отвлечься.

Этим вечером мы впервые выставили караул, решили дежурить по очереди. Сначала Кристина, потом я, а под утро уже Лера — лучница. Двух внештатных врачей решили не трогать, так как возраст у них неподходящий, всё равно засыпать будут. Лере я выделил один лук со стрелами. Девушка была рада, так как её жалкое подобие наносило урон всего пять единиц, а тот, который нам выпал со скелетов — от восемнадцати до двадцати, это при условии, что у противника нет никакой защиты.