Дар Древнего короля - Рона Аск

силилась понять смысл ее взгляда и слов, так и не смогла. А Змей наш разговор полностью проигнорировал, неотрывно глядя туда, откуда доносились голоса разрушителей.

– Быстрее, – вдруг раздраженно бросил он и удобнее меня перехватил, отчего моя рубашка под его руками задралась.

Я резко вдохнула, когда горячие ладони коснулись моего обнаженного живота. Меня словно обожгли, и по телу побежали мурашки, пробуждая легкую дрожь и чувство смущения. Еще ни разу… Ни один мужчина так меня не касался. Ригор не в счет. Он был врагом, и мы с ним дрались, пусть у него и были иные помыслы. А Вэл и Яр лишь иногда обнимали меня за плечи.

– Удачи, – вывел меня из ступора голос Талины.

Она бросила на нас последний взгляд и скрылась под водой. Я проследила за ее неясным силуэтом, который исчез в темноте канала, и взволнованно сглотнула.

– Не шевелись, пока мы плывем, – произнес над моей головой Змей. – Расслабься. Так сэкономишь воздух.

Он развернул меня к себе лицом, а его ладони скользнули на спину, и по телу вновь забегали мурашки.

– Я проведу тебя через тоннель. Главное – держись за меня, и мы выберемся без проблем.

Я кивнула и задумалась, как бы за него ухватиться, но асигнатор сам подсказал – закинул мои руки себе на плечи и спросил:

– Готова?

– Да, – хрипло ответила я, переплетая пальцы в замок. – И Зер…

– Что? – опустил он на меня свой стальной взгляд.

– Кажется, я потеряла меч.

Змей долго на меня смотрел и молчал, после чего все-таки произнес:

– Вдохни поглубже, Рей. Скоро ты увидишься с сестрой.

Стоило ему упомянуть Эльму, как мое сердце пропустило удар, а уголки губ дрогнули. Я сделала глубокий вдох, а когда вода сомкнулась над нашими головами, закрыла глаза, чтобы не видеть, как тусклый свет пожирает тьма тоннеля. Так спокойнее.

Поначалу все шло хорошо. Я ощущала, как Змей утягивает нас вперед по каналу, отталкиваясь от камней, и следила за тем, чтобы оставаться в сознании. Старалась не двигаться, не мешаться и не волноваться, но сердце все равно колотилось в груди так, будто я бежала, а не «парила» под водой. Совсем скоро горло сдавил спазм. Руки напряглись, и я уткнулась лицом в грудь асигнатора, подавляя желание сделать вдох. Но стало только хуже, когда я ощутила жар его обнаженной кожи. Отстранилась, попыталась успокоиться. С трудом сдержала стон и почувствовала, как с губ сорвались пузыри воздуха.

От пустоты в легких грудь словно сжало горячими тисками, и я невольно распахнула глаза в надежде увидеть свет – конец тоннеля, но столкнулась только с непроглядной тьмой.

А может, я вовсе не открывала глаза?

Руки ослабли. Они перестали держаться за асигнатора, и я начала медленно падать. Последние крупицы сознания отчаянно боролись за жизнь и не позволяли сделать смертельного вдоха, но мой предел был слишком близок.

Я ждала, когда же спина коснется каменистого дна, которого все не было. И казалось, прошла целая вечность, прежде чем Змей поймал меня за руку и притянул к себе. Его пальцы зарылись в моих волосах. Оттянули голову назад. А наши губы встретились, и я почувствовала, как горячие тиски в груди немного разомкнулись под напором воздуха, которым поделился со мной асигнатор.

Спазмы прекратились, голова немного прояснилась, но теперь внутри меня вспыхнуло другое пламя. Лишь на мгновение, но такое горячее и обжигающее, словно в животе скрутился лавовый клубок.

Я удивленно распахнула глаза и увидела лучи дневного света, льющиеся через выход из тоннеля. Они робко касались царившей вокруг тьмы, но давали достаточно света, чтобы рассмотреть асигнатора. Его длинные волосы будто змеи извивались в воде, слегка касаясь моих щек, плеч и шеи. Взгляд напряженно изучал мое лицо, ища в нем признаки жизни и сознания. Губы сжаты в тонкую линию, а на лбу пролегла беспокойная морщинка, которая разгладилась, стоило мне встретиться с ним взглядом. Змей кивнул и прижал меня к себе, а я снова обхватила его за шею и смущенно отвела взгляд. Слишком близко был мужчина. Слишком мягкими и теплыми были его губы. Слишком мне понравилось их прикосновение.

Змей оттолкнулся от крупного камня и потянул нас вперед. Мы были уже близки к светлому пятну – выходу из тоннеля, и я постаралась абстрагироваться от всего: гула воды, собственного частого пульса, прикосновений Змея и беспокойных мыслей. Думала лишь о том, что должна выжить и встретиться с сестрой.

И я выжила.

Мы выбрались на поверхность. Легкие горели, голова кружилась, тело не слушалось, но я была счастлива и жадно хватала ртом воздух. Выбралась!

Змей подтащил меня к каменному уступу и перекинул через него, точно тряпицу. А я попыталась отползти от края, но сил не хватило, чтобы передвинуться хоть на немного. В итоге осталась лежать на берегу и просто дышать.

– Рей?! – услышала я голос Вэла. – Рей! Ты жива?

– Вэл… – я хрипло выдохнула и повернула голову в его сторону.

Он бежал с пятью стражниками, среди которых был Яр. Тот, заметив меня, вдруг побледнел и резко остановился. Его кулаки сжались, когда командующий стражей помог мне подняться. Щеки побледнели, а остальные стражники виновато потупили взор.

– Вэл, – запустив пальцы в темные волосы, осипшим голосом выдавил Яр. – Она жива, Вэл. Жива!

Глава 22

Мне хватило одного взгляда на лицо Яра, чтобы все понять.

По правилам стражи должны убить дезертирующего ловца, и никто, кроме Змея и Талины, не знал, что меня причислили к рядам асигнаторов. А долг никто не отменял.

Медленно, очень медленно лицо Вэла вытянулось. Взгляд потемнел. Губы сошлись в тонкую линию. А кулаки сжались, дрогнув от напряжения. Он должен был отдать приказ о казни, но…

– Нет, – выдохнул капитан стражей и запустил пальцы в волосы. – Истин все пожри, Яр! Нет!

Пять пар глаз уставились на меня, и только в одних читалось сожаление. Гребаное сожаление, которое никому не нужно.

Я вяло пошевелилась, словно полудохлая рыба, выброшенная на берег. Попыталась приподняться, но тело напомнило затвердевший кусок металла: не гнулось, не слушалось и было холодным. Раненая нога онемела, совершенно утратив чувствительность. Руки тряслись от усталости и слабости, а голова кружилась, пуская мир в безумную пляску. Я хрипло вдохнула, желая все объяснить. Только кашель ободрал горло и вытолкнул весь воздух из легких, лишив меня возможности говорить.

Даже когда спазмы прекратились, я не произнесла ни слова: не было гарантий, что стражи поверят словам ловца, покинувшего поле боя. И поискала взглядом Змея, но он исчез, а возле начала тоннеля раздался плеск.

Да чтоб его! Змей уплыл! И Талины, как назло, не видать.

– Рей, – брови