Стикс. Сломать систему. Часть 5 - Василий Мушинский

льётся. Раньше ты вот так лихо пальцем сталь кромсать не мог.

Трот кивнул, глядя как «растворяется в воздухе» Чур.

Разведчик вернулся минут через пятнадцать по ощущениям.

— Нашёл одного. Вроде наш клиент. Я поглядел — он тут один. Глушить не стал, так, нож к горлу поставил и привёл. Не тот гриб, чтобы быть опасным. Будь он реальным бойцом с реальными дарами не страдал бы такими отстойными делами. — Чур и правда вёл перед собой человека в потрёпанном камуфляже.

— Какие люди! Довелось тебе Чур поручкаться с самим Гусаром! — Насмешливо выдал Радар.

Уже другим тоном, жёстко он спросил. — Где второй?

Тот ответил с горьким надломом в лице и голосе. — Помер… Дурак… Я ему, как нормальному три бусины отдал, а он…

— Пытался сбежать, и ты его пристрелил? Пришлось? — Уточнил Радар.

— Нет! Выжрал почти всю водку, что тащили для приготовления бусинного раствора… А потом вообще отравился насмерть лошадиной дозой раствора. Тут он. Недалеко. Я тело кое-как спрятал что бы на запах заражённые не прибежали. — Ответил Гусар.

Парень непонимающе переспросил. — Отравился? Насмерть? Раствором? Вроде от него даже при лютом передозе быстро не умирают. С ума бывает сходят, в кваза мутируют, но что бы вот так мгновенно… Чего-то тут странно.

Трот покачал головой. — Если он, по пьяни, толком раствор не отфильтровал, мог и сразу копыта отбросить.

Осадок при растворении бусин пить не стоит, он ядовит. Такое знает каждый рейдер… Идиотская смерть.

Премия Дарвина в студию.

Что ж тебе сказать — не считай людей за умных до тех пор, пока не доказано обратное.

Хренового ты себе компаньёна подобрал. Хренового.

Он минуту помолчал потом наставительно поднял палец. — Три вещи в этом мире, как и во всех прочих, стоят запредельно дорого…

Вещи эти — слепое доверие, лишнее самомнение, оценка человека авансом.

Радар уточнил — В некоторых случаях стоят дорого и в положительном смысле.

— И в положительном смысле — не менее дорого. — Философски заключил Трот.

Уже по-другому, резко и требовательно, Радар спросил. — Напарник тебе был нужен. Для дела он был для чего-то нужен. И это что-то сорвалось. Так?

Таак. Но об этом мы поговорим потом. — Радар смотрел на разглядывающего его берцы рейдера.

В глаза Гусар не смотрел, как и не оборачивался на стоящего в полшаге сзади Чура, поигрывывшего финкой. Судя по позе, неудачливый разбойник был подавлен, но и близко не сломлен.

— Сейчас. Где моя касса? — Сказал Радар.

— Да — на. — Гусар отстегнул плоскую сумку, закреплённую сбоку на поясе.

«Атаман» забрал протянутую добычу и какое-то время сосредоточенно пересчитывал вынимаемые шарики, перекладывая их в кармашки разгрузки.

Неплохо. Но минус один черный жемчуг, пять бусин и два спорана. Всё сожрали? — Заключил он, закончив.

— Одну бусину сменял на ружьё мелкашку с глушаком и несколько десятков патронов. — Хмуро ответил Гусар. — Жемчуг съел.

— Если ты при оружии, почему я его у тебя не вижу? — Спросил Радар.

— Чего его с собой попусту тягать, если патронов не осталось? Там в левом шкафу стоит.

Горец, слышал? Принеси эту игрушку сюда. — Задумчиво приказал Радар.

Рейдер оглянулся, услышав приказ, на миг замер. Горец оглянулся на остальных рейдеров, стоявших с оружием в вольных позах, и еле заметно скривился. Потом всё же зашагал к постройке из которой Чур приволок свою добычу. Скоро он вернулся с небольшим ружьём.

Радар забрал принесённую игрушку и с любопытством стал её изучать.

— Надо же — магазин. Патронов на десять, как вижу. Калибр правда совсем маленький, я такого ещё не видел. Трот, а ты такое видел? — Радар провёл пальцем по незнакомым иероглифам, выбитым на металле.

Трот скривился — Из какого-то тира утащили. Думаю, там же должно быть дофига патронов на эту ерунду. Иначе связываться с такой маломощной пукалкой вообще глупо. Ещё и патрон нестандартный, даже слабее пистолетного.

Всерьёз работать с такой фигнёй, можно разве что с лютого отчаянья.

— Ммм. Хороший арбалет в чём-то получше. Убойность здесь совсем смешная. Но магазин есть магазин, да и оптика с глушаком. Слаборазвитых заражённых вполне можно щёлкать. Только — пока с чем-то серьёзным не встретишься. Тогда — капут. Такой игрушкой крупную тварь не остановить. Даже одну. — Заключил Радар. — За такое, даже с ящиком патронов — бусина — это чистый грабёж. Чего ж получше ничего не взял? Кассы же хватало.

— Я что дурак к стабовским барыгам соваться? Они бы в миг стукнули кому надо. Я бы и выйти не успел, как повязали бы. — Угрюмо ответил рейдер. — Взял что было — у знакомого, по-быстрому и отчалил. И ведь почти получилось!

Радар с удовольствием провёл ладонями по разгрузке и улыбнулся, как сытый вампир. — «Почти» не считается. Почти никогда.

Ладно, Чур, убери свой «вразумитель» «поциэнт» поёт и так. Как минимум на лёгкую смерть уже напел. А если постарается, да сумеет — глядишь и на жизнь напоёт. — Парень скорчил мило-умильную гримасу.

Где, говоришь, тушка твоего напарника? — С резким перепадом в тоне продолжил Радар.

— В подвале. Там ящик красный пластиковый. Вот в нём. Правда полдня уже прошло, так что запашок будет не хороший, если открыть.

— Мы ведь проверим. Если соврал — это тебе выйдет боком.

— Зачем мне врать? Если бы Хорь ушел, то какое мне дело? — Не понял Гусар.

— По детской застенчивости. Грохнул кента, чтобы добычу не делить, а сказать об этом как-то неудобно. — Насмешливо сказал Радар.

— Пошёл ты. Я чё урод? Он правильный пацан был. Знаешь сколько там в казарме крыс, стукачей и захребетников осталось? С ним хоть как-то дело можно было делать. А что упорол тупой косяк по пьяни… ну кто Богу не грешен.

Трот хмыкнул. — Богу это да. Ему все живые грешны. Вот Улью, как технике безопасности, грешат всё больше покойнички. Тут обычно воздаяние эффективнее. Оперативнее, так сказать.

Гусар оскалился. — Каароче, хотите — проверяйте. Хоть на ментате, хоть разглядывая тело.

Сам он отравился. По дурному косяку. Из-за этого и тема зависла.

— Ты давай любезнее пой и нежнее, глядишь и живым оставим. — Рыкнул Радар.

— На? Живым? Это в борделе для ххх Ячменя? Или без оружия среди сегментов, где его тупо нет? А матёрых заражённых дохрена? Или выпустите целым и невредимым посреди стаба, где меня уже ждут злые ребята? — Гусар «плевался» злыми словами. — Зашкварно так шутить. Никогда не любил такого юмора. Как-то не моё.

Не так уж я тебя и зацепил, для такой мести. И ты уже вернул себе почти всё.

Чай не любимую я у тебя отбил. Заканчивай уже.

— Это мне