Аномальщик 3 - Андрей Розальев

пока начальство спустится вниз, запрыгиваю наверх по укосинам, переваливаюсь через ограждение.

— Дуй вниз! — хлопаю по плечу Леру, которая успевает что-то снимать.

Луна снова пробилась через облака, и берущих нас в полукольцо гончих отлично видно.

— Алексей! — слышу снизу голос Орлова. — Лови!

Ещё плюс один магазин. Тоже в разгрузку.

— Медленно отходим за кусты, — командует Капитанов, — а там бегом, Морозов и безоружные в центре, остальные кольцом. Кузьмич, ты вовремя! Давай к машинам нас веди!

Больше я на них внимания не обращаю. Сосредотачиваюсь на целях. Чарли забирается по лестнице, оглядывается по сторонам, что-то свистит, и длинным прыжком перелетает на соседнюю тонкую сосёнку. Молодец! Ему оттуда хорошо всё будет видно, а гончие не достанут, слишком деревце хилое. Как боец он мне сейчас не поможет, а вот как наблюдатель — запросто.

Выбираю себе одну гончую, до которых остаётся уже немногим более тридцати метров, и стреляю, целясь в глаз. Отдача жёстко бьёт в плечо, а пуля уходит гораздо выше псины, взбивая землю позади неё. Зря прицел не пристрелял… Беру поправку в уме, примерно, и, пользуясь тем, что гончие продолжают неторопливо стягивать полукольцо, стреляю ещё в одну псину.

Есть! Может и не в глаз, но точно в голову! Тяжёлая пуля сносит половину черепа, и собачка заваливается на бок, дёргает пару раз лапами и издыхает.

Вот только для остальных это становится сигналом к нападению.

Стрелять набегу — глупая затея, поэтому я терпеливо жду. Вдруг мне приходит в голову гениальная идея!

Крыша! Она ведь плоская, почти горизонтальная! И при этом имеет неплохие свесы, так что собачкам будет очень непросто ко мне забраться! Ведь это у меня руки, а у них — лапки!

Забираюсь на ограждение, цепляюсь за край крыши, подтягиваюсь, выход силой — и я наверху. Чарли одобрительно, как мне кажется, фыркает со своего насеста.

И тут же первые псины взлетают по лестнице. Вот только крыша затрудняет доступ не только им к моей тушке, но и мне стрелять малость несподручно. Так что я стреляю просто сквозь крышу. Снизу слышится жалобный скулёж, но вряд ли ранение смертельно. Просто калибр 9.3 в упор — это вам не с расстояния в сотню метров.

В доске остаётся приличных размеров дыра, и я каблуком выламываю почти перебитую доску. Вот теперь у меня прекрасный обзор!

Выстрел, второй, третий! И каждый находит свою цель. Мéчусь по тускло светящимся в темноте глазам, и промахнуться здесь очень сложно.

Прежде чем собачки понимают, что угодили в ловушку, на вышке остаётся четыре практически безголовых тушки.

Сколько всего было гончих? Десятка два? Если так, патронов должно хватить.

В этот момент рычит Чарли, я чувствую угрозу, и успеваю выстрелить раньше, чем сообразить, откуда она. Это самая умная из гончих решила залезть ко мне на крышу по дереву. Выстрел сносит её с дерева, но следом лезет ещё парочка.

Ощущение времени искажается. Я просто стреляю, меняю магазин и снова стреляю. Стараюсь бить только наверняка, разменивая один патрон на одну тушку. Что-то там в учебнике было написано, что твари эти упёртые, и встретив сопротивление, прут до конца, типа это у них на родине вопрос доминирования. Сейчас это мне на руку.

Видимо, твари не только упёртые, но и умные. То ли считать умеют, то ли просто распределились, но вскоре из леса, со стороны машин, слышу выстрелы. Разные и много. Похоже, не все тварюшки ко мне полезли, кто-то и за остальными отправился. Возможно, даже большинство, потому что ко мне больше никто не лезет. Парочка чёрных теней вокруг вышки продолжают кружить, но скорее для острастки, чтобы я не расслаблялся. Не нападают, но и не уходят.

А вот у остальных дела не очень, похоже. Оттуда слышатся не только выстрелы, но и крики, в том числе и боли. Плюнув на всё, я слезаю с крыши. Гончие внизу рычат, но два выстрела с близкой дистанции — и рычание сменяется на поскуливание, которое вскоре затихает. Путь свободен.

— Пошли, Чарли! — зову я енота и, не дожидаясь, бегу на звуки выстрелов.

Здесь всё пропахло гончими. Настолько, что я легко прошёл бы по этим следам. И наших охотников я чувствую. Среди всех прочих выбивается запах Леры — похоже, девушке по-настоящему страшно.

Успеваю вовремя. В темноте леса у гончих преимущество, несмотря на фонари, которые теперь зажгли все, у кого они были. А ведь я не успел почитать личное дело Капитанова, и не знаю, какие у него способности. Но, похоже, ночное зрение среди его достоинств имеется, потому что мне встречается пара трупов гончих. Наполовину безголовых трупов, а значит, кто-то стрелял чётко, с пониманием дела. В дёргающемся свете фонарей так не попадёшь.

— Это я! — кричу я, чтобы предупредить о своём появлении.

А то ещё шмальнут, мало не покажется.

Нападаю на гончих сзади, стреляю, бегу и снова стреляю. Я уже глохну от выстрелов. Но мне удаётся прорваться к своим, и я понимаю, почему они затормозились. Гончие окружили людей, и у нас уже есть раненые. Капитанов с Климом не успевают вкруговую, а оружие остальных охотников вызывает у гончих только ещё больше злости.

Когда я присоединяюсь к ним, перевес оказывается уже на нашей стороне. Твари, кажется, даже отступают.

— Уходят, — говорит Клим, подтверждая мои наблюдения.

И тут у него щёлкает затвор. В магазине пусто. И какая-то гончая, то ли что-то сообразив, то ли просто среагировав на новый звук, прыгает. Вообще-то она метила, кажется, в меня, но Клим успевает её перехватить. Хруст костей… и бездыханное тело гончей падает нам под ноги. Наш силач просто свернул ей шею.

Вот только и Клим падает рядом, а из разорванной шеи у него фонтаном бьёт кровь.

Глава 14

Гончие

— Кто может стрелять, возьмите у нас карабины! — кричу я, падая на колени рядом с Климом.

Свой карабин я просто бросаю рядом. Здесь полно мужиков, знающих, что делать с оружием, единственная проблема которых была в том, что их оружие против гончих малоэффективно.

Десять секунд! В голове начинает щёлкать таймер. Если повреждена только сонная артерия, то надо всего лишь пережать, и дальше организм Клима сам справится. Но если ещё и ярёмная вена — он может умереть от эмболии мозга раньше, чем организм начнёт регенерировать!

Всё же не зря в нас в учебке всё это вдалбливали, что-то в голове осталось…

Наощупь нахожу за ключицей нетронутый участок артерии и зажимаю её большим пальцем. Одновременно осматриваюсь кругом в поисках подходящего материала.

— Лера,