Отщепенец. Книга 1 - Алексей Ермоленков

я продолжил. А там какая-то странная черная клякса с огромной красной, зубастой пастью, хватает волколаков щупальцами, которые формирует из своего же тела и жрет их, громко чавкая. Остальные же, вместо того, чтобы бежать от нее, наоборот, нападают, не переставая, будто она их заколдовала.

И тут в очередной раз, клякса хватает одного измененного пса, а остальных отталкивает от себя. Один из них пролетает мимо меня, бьется о дерево и вырубается. Я, недолго думая, срезаю лианы и связываю им волколака, а затем возвращаюсь на место следить за тем, как будут развиваться события.

В результате, клякса сожрала почти всю стаю, и по очереди откусывая от последних двух по куску, тщательно их пережевывала. Такой возможности я упускать не стал. Выбрав большой валяющийся на земле обломок толстого дерева. Я рассудил так. Если эта клякса сделана из слизи, то наверняка это какой-то родственник обычной слизи, что водится на первых двух кольцах. А раз так, то и слабое место у них должно быть одно и то же. А конкретнее — ядро. Теперь осталось понять для чего этой кляксе пасть, да еще и необходимость питаться живой пищей, именно пережевывая ее. Ведь слизь просто растворяет в себе пищу.

Ну и додумался я до того, что ядро у этой твари должно быть твердым, а именно бронированным. А значит, обычным оружием его не пробить. Именно для этого мне и понадобился обломок дерева поувесистее. Я, присмотрелся внимательно, просчитывая, где заканчивается у кляксы горловина пасти, и со всей дури кинул в то место обломок. Я попал и выбил его, вместе с пастью из его слизистого черного тела. Затем подбежал и, отрезав пасть, забрал ядро себе.

По округе разнесся заливистый девичий смех. Она смеялась долго и от души, а я не смел ее прерывать, лишь шел рядом и млел от того, что девушка прижималась ко мне.

— Ну, вы фантазер, барон! Да у вас просто талантище выдумывать всякие небылицы! Это ж надо такое придумать — в одиночку убил настолько огромную зубастую слизь, что она могла одновременно жрать сразу двух взрослых волколаков. Да еще и сделал вид, что не знает, как она называется, назвав ее черной кляксой. Пожалуйста, рассказывайте дальше, я вся в нетерпении. У вас это так интересно получается.

И я рассказывал. Нам было хорошо вместе. Очень хорошо. Я наслаждался ее обществом, а она забыла, что она из знатного рода и вела себя, как обычная девчонка.

— Вы можете себе представить? Я целый день рыл эту яму, вкапывал на дно колья, затем маскировал ее, накидав сверху деревьев, листьев и тому подобного, а этот наглый хряк просто останавливается на краю и дальше за мной не идет.

— И, как же вы его туда заманили, барон?

— Да никак. Я просто встал так, что измененный вепрь вынужден был пронестись по краю ловушки, стремясь ко мне, а потом просто схватив того за бивни, крутанул в сторону ямы. Ну, свин в нее и влетел.

Снова заливистый смех.

— Да вы прямо монстр, барон. Это ж какой силищей надо владеть, чтобы скинуть в яму несущегося на тебя измененного вепря?

— На самом деле небольшой. Достаточно только суметь вовремя повернуть ему шею и он за счет своей энергии сам слетит с намеченной траектории. Но думаю вам это уже не интересно.

И тут я заметил, то мы уже минут пять просто стоим и никуда не идем. А остановились мы у ворот у небольшого поместья. Возникла неловкая пауза. Я понимал, что девушка хочет пригласить меня, но то ли стесняется, то ли и вовсе не знает, как это сделать. Поэтому я решил ей помочь:

— Леди, это же не основное поместье вашего рода?

— Нет.

— Тогда прошу позволить мне проводить вас внутрь дома.

— Зачем? — удивилась та, уже забыв про то, что только что сама этого хотела.

Вы же сами говорили, что вы из боярского рода, а значит врагов у вашей семьи наверняка много.

— Да, но, как это связано свами?

— Тут все просто. Если это поместье не основное, то в нем могли устроить засаду ваши враги. А учитывая, что они наверняка знают о составе вашей охраны, то наверняка подготовились к ее нейтрализации. Вот только персону нон грата в виде антимага-истребителя они учесть не могли. А значит, если я пойду с вами, у нас появится шанс отбиться, если, все же, ловушка имеет место быть.

Рядом хмыкнул охранник. Нет, он не имел ввиду ничего против меня, я это почувствовал. Его просто рассмешил подобный подкат, чтобы напроситься к девушке в гости на палочку чая. И этот подкат сработал.

— Что ж барон. Если учесть ваши выдающиеся приключения в Выборгской аномалии, я могу доверить вам свою жизнь и ваше предложение я считаю заботой о моей жизни. Поэтому прошу вас составить мне компанию, и помочь моей охране проверить наше поместье на наличие засад и ловушек, — согласилась девушка и, взяв меня под руку, повела меня в открытые охраной двери.

— Благодарю вас за оказанное доверие, леди, — ответил я, давным-давно проверив это поместье на предмет опасности.

— Это наш холл, вот это гостиная, здесь кухня… — показывала она мне одну комнату за другой ровно до тех пор, пока не остановились перед очередной закрытой дверью.

— А это… это моя спальня, — тихо произнесла красотка вперив свой взгляд в пол и покраснев.

— Вы позволите? — поинтересовался я, имея ввиду не только возможность проверить, не сныкался ли в этой комнате какой-нибудь убийца.

Она отлично меня поняла и, уставившись на меня своими невероятно красивыми глазками, ответила:

— Позволю, — а после взяла меня за руку и, зайдя в комнату, втянула меня за собой.

— Сдерживаться я уже не мог, да и не хотел. Я впился страстным поцелуем в ее губы, и она жадно отвечала мне на него. Мы, продолжая целоваться, принялись раздевать друг друга, но когда мы остались абсолютно нагими, она остановила меня:

— Не надо.

— Ты меня боишься или не хочешь?

— Нет, я не боюсь тебя и очень… очень сильно хочу.

— Так в чем же дело? Это неправильно потому, что ты аристократка и тебе нужно выходить замуж невинной?

Она улыбнулась.

— Нет. Эти мелочи меня вообще не волнуют.

— Тогда в чем проблема?

— Я не хочу причинить тебе боль.

— Ты мне? — удивился я.

— Да.

— Ну, у тебя это может получиться, только если ты отрастишь там зубы. В остальных случаях, я не позволю тебе причинить мне боль, если, конечно, сам этого не захочу.

— Дурак! — шлепнула