Владимир Яценко - Десант в настоящее

"И что дальше? Теорию Дарвина о происхождении видов рассказать? — Отто покачал головой. — Засмеют!"

— Человек произошёл от обезьяны, — сказал он, поражаясь тому, как жалко это прозвучало.

— Это из чего следует? — немедленно откликнулся Седьмой. — Или это предмет вашей личной гордости?

— Теория эволюции. Палеонтология. Энтузиасты ковыряются в земле, находят в ней кости погибших животных, окаменелости. Так были найдены ископаемые останки древних людей, по форме напоминающих обезьян…

— Интересно, — было похоже, что Седьмой и вправду заинтересовался, — и весь этот ряд тянется от обезьяны к человеку?

— Не совсем так, — Отто чувствовал, что уже давно перешагнул границы своих познаний. — Обнаружены далеко не все переходные формы. Чаще попадаются кости человека… или обезьяны.

— Но, Отто, — остановила его Лиля. — Чаще должны попадаться именно переходные формы. Если, конечно, это не выдумки. Элементарная статистика. Их должно быть не просто больше. Их должно быть невообразимо больше известных форм!

Ввязываться в дискуссии не входило в его планы. Он демонстративно посмотрел на часы. До прилёта оставалось пятнадцать минут, а они были так же далеки от выработки программы действий, как и в момент старта. Если не дальше.

— Времени у нас в обрез, — с облегчением констатировал он. — Поэтому вернёмся к действительности. Впереди — Лунный город, неизвестная среда обитания, которая может походить на условия жизни Базы, до того, как Василий её вычистил. Поэтому я и задавал все эти вопросы. Если никто из присутствующих не принимал участия в той зачистке, то, возможно, кто-нибудь вспомнит легенду, предание, фразу, хотя бы полслова о том, что было на Базе до того, как туда пришёл Василий. — Он уже просил их, почти умолял. — Не может такого быть, чтобы никто на Базе не интересовался прошлым своей колонии. Люди всегда интересуются историей, корнями…

— Нет, — резко оборвала его Лиля. — Ни о чём таком мы не думали. Самой старшей из сестёр — пять лет. База — вечный, неизменный эталон правды и света, посреди мрачного океана хаоса и тьмы…

— Тогда подойдём к проблеме с другого конца, — Отто уже физически ощущал, как таяли эти последние минуты. — Крейсер Василия войдёт в Лунный город через двадцать минут после нас. Вопрос: что мы будем делать эти двадцать минут?

— Я. Я знаю сэр, — это Первый. Прежде чем Отто ему кивнул, он встал с кресла и заявил: — Найдём центр управления и блокируем шлюзы, тогда "Гнев Бога" не сможет до нас добраться.

— Прекрасный план, — одобрил Отто. — Кто-нибудь знает, как пройти к центру управления? Какой там воздух? Им можно дышать? Какие там твари? Что делать при встрече с ними? И ещё: даже если мы попадём в центр управления до того, как войдёт в шлюз Василий: где гарантия, что там кабели, как и у нас, промаркированы IBM, и мы сумеем справиться с компьютером?

Все молчали.

— М-да! Выходит, что у нас нет ничего! Ни знаний, ни идеи…

— У нас есть ты, Отто, — услышал он голос Катерины.

Он почувствовал отчаяние: может, никакой он не Отто? Может, он всего лишь пародия на великий оригинал? Тот бы точно что-нибудь придумал…

— Ладно, — вдруг согласился Отто. — Пусть будет так. У нас ничего нет, но Василий-то об этом не знает! А свою силу мы убедительно продемонстрировали, значит, сможем блефовать! Что-нибудь придумаем.

— Неправильно, сэр, — немедленно отозвался Седьмой. — Василий вездесущ и всеведущ, он знает всё!

Отто улыбнулся…

— Опять ты улыбаешься! — Отто вздрогнул. — Кого из нас возлюбила гордыня? Тебе же русским языком говорят: "господь", а ты — "Василий". Тебе говорят: "вездесущ", а ты улыбаешься. Скромнее надо быть!

— Почему вы не предупредили, что он всё слышит?

— Ты не спрашивал, — ответила Лиля. — Это само собой разумеется…

Только сейчас он осознал, каким мужеством обладали эти люди:

— Но ведь в таком случае, у нас нет ни одного шанса!

— Совершенно верно, сэр, — согласился Седьмой. — Ни единого.

II

— Так не бывает, — мой голос холоден, но сказать, что я не был взволнован, значило сильно погрешить против истины. — Выход есть всегда, проблема в том, насколько он очевиден.

— Давай, давай, — отозвался Василий. — Может, вернёшься на болото, поищешь ещё один мешок с бензином? А потом с этим мешком прямо сюда, на Луну? Пешком?

— Сколько осталось до посадки? — спросил я Катерину.

Она тут же поднялась с кресла и, легко, на носках, взбежав вверх по трапу, поднялась в рубку управления.

Через минуту она ответила по громкой связи:

— Четверть часа, командир.

"Угроза что-либо предпринять в Лунном городе, на самом деле, пустая похвальба. И Василий это знает. Он пятьдесят лет изучал технику пришельцев, разобрался в ней настолько, что сумел перевести приборы контроля и управления на человеческий лад. Даже если бы его отставание составляло не двадцать минут, а двадцать лет… и тогда мне не удалось бы как-то помешать его высадке. А может, пусть себе высаживается? Что мне до него?"

— Катерина, а что означает "включение" автопилота? Что при этом происходит?

— Отключается пульт управления. На главном мониторе появляется предупредительный сигнал, работают только индикаторы состояния.

— И человек, находящийся за пультом управления челнока, вмешаться в процесс движения не может?

— Да, командир.

"Что это она заладила: командир, командир…"

— Это отключение означает, что движением челнока управляет кто-то с Базы?

— Да, человек или программа.

Я задумался. "Программа…"

— Получается, что как только мы сядем, отключится программа автопилота, и наш челнок станет управляемым, а крейсер Василия ещё треть часа будет идти на автопилоте?

— Да, командир. По-крайней мере, на Базе всё именно так и происходило: завершение стыковки к шлюзу означало отключение автопилота. После этого можно было немедленно стартовать.

Жизнь опять казалась простой и ясной. И было совершенно неважно: слышит нас Василий или нет.

— Катерина, я сейчас поднимусь к тебе. Ты говорила, что управление больших навыков не требует. Вот и покажешь за оставшееся время, что там у тебя нужно нажимать…

— Может, скажешь, что задумал? — поинтересовался Василий. — Интересно же.

— Почему нет? Мы садимся. Автопилот завершает свою работу. Моя команда покидает челнок. Я стартую. И на полной тяге иду в лобовую атаку на твой крейсер. Ты-то ничего сделать не сможешь. У тебя автопилот всё ещё будет работать…

— Что за глупости, Отто? Зачем тебе это?

— Сэр, но мы не знаем, какой там воздух!

— И есть ли там воздух вообще…

— Неужели обязательно умирать?

— Еще есть время подумать!

— Я тебя не оставлю!

— Все равно умрём, времени нет, это приказ! — я поднимаюсь с кресла, и шагаю по круговой дорожке за их спинами: — Воздух там есть. Я даже могу сказать какой: с запахом мяты и ментола. Кроме того, если Василию удалось ликвидировать все следы прошлых хозяёв Базы, то эти хозяева были людьми, в этом можно не сомневаться. Чтобы сюда добраться, он легко пожертвовал и Базой, и персоналом. Значит, здесь вы сможете выжить, найти воду и пищу. И это хорошо. Плохо, что в руках маньяка окажутся ещё большие возможности, чем те, которыми он располагал на Базе. А тех хватало, чтобы захватить всю Землю. Этого парня надо остановить. И я это сделаю!

— Отто, ты меня не понял. "Захват" Земли был нужен, чтобы спасти людей от ледникового периода и добраться до Лунного города. Теперь, в пятнадцати минутах от цели, мне это не нужно…

— Только стопроцентные решения, Василий, — в ушах звенит колокол. — Катерина, я поднимаюсь к тебе. Остальные готовьтесь к эвакуации. Как только сядем, всем немедленно покинуть борт.

Я уже не могу надышаться, вспотели ладони.

Я готовлюсь к смерти.

Я всё равно не верю, что когда-нибудь вернусь домой. Каждая попытка только отбрасывает меня всё дальше. Цель недостижима. Значит, нет смысла и продолжать…

— Сэр, позвольте это сделать нам.

Я с удивлением смотрю на Первого.

— Тебе что, жить надоело?

— Нет, сэр, просто вы — командир. Вы не можете оставить подразделение без руководства. Прикажите это сделать нам. Мы практиковались в управлении челноком.

— Справимся! — вступает в разговор Седьмой.

Я перевожу на него взгляд. Тот поднялся вслед за Первым, и стоит у своего кресла.

— Парни, зачем это вам? Это не ваша война. Вы и Землю-то не видели. Не ходили по ней, не дышали её воздухом. Вы не видели людей, ради которых собираетесь геройски умереть. Я не позволю вам сделать этого. Отправить людей на смерть, а самому резвиться с их женщинами? Это невозможно, вы отнимаете моё время, готовьтесь к высадке!

— Отто, — это рассудительная Лиля, тоже встала с кресла, подходит ко мне. — Мне кажется, ты горячишься. Если Василий — тот, за кого мы его принимаем, то столкновение челнока с его крейсером повредить ему не сможет. В итоге получим бессмысленную смерть человека, которого так долго ждали, и которому так много суждено сделать. Если Василий — обычный человек, по воле случая прикоснувшийся к могуществу и готовый обратить свою мощь во вред другим людям, то неужели мы с ним не справимся? — Она подошла ко мне так близко, что я уже чувствовал её нежное дыхание на своём лице. — Кроме того, ты допустил ещё одну ошибку: мы — твои женщины, и даже если ты пообещал нас этим людям, то поступил, по меньшей мере, опрометчиво. Нам кроме тебя никто не нужен.