Влад Поляков - Возвращение

Несмотря на напускное спокойствие, меня самого бил мандраж. Я совершенно не упускал той возможности, что аппаратура может начать сбоить. Все ж ее устанавливать будут люди, совершенно далекие от всяческой электроники. То есть, далекие от ее гражданских вариантов. Если мне опять придется тащить с собою народ с аппаратурой, то никто не даст гарантию безопасного возвращения в эту деревню. Нет, пусть лучше все заработает как надо, я готов даже скрестить пальцы и держать их до первого появившегося из портала человека.

К этому времени, пока мы запирались в подвале и потрошили кофры с оборудованием, на Мутаген опустилась ночь. Данный момент я четко уловил по резко усилившимся звукам снаружи. Уцелевшие змееволки засновали вокруг здания, часто забегая вовнутрь. Стук их когтей по полу над головою я слышал четко. Рефлексы искателя словно разделились пополам. Одна их часть требовала очистить окрестности от тварей, другая же рекомендовала сидеть тихо и ждать более подходящего момента. подумав, я все же склонился ко второму варианту. Змееволки посуетятся, да и разбегутся, пусть даже частично. Им ведь для большей эффективности требуется руководство «гастролера». Вот и побегут во все стороны, пристраиваться к какой‑то другой поредевшей стае. Пусть не все и не сразу, но все равно поутру легче будет.

А мы здесь отсидимся. Хорошо, что бывший хозяин не пожалел времени и бетона и сделал тут сплошной железобетонный монолит. В противном случае, мутанты могли попытаться пролезть к нам, пробившись сквозь доски покрытия над головою. Слабым местом оставался люк, сбытый из досок, но и его рачительный хозяин обил толстым листовым железом. Сдается мне, предыдущий жилец был мутным типом, иначе с какой стати ему готовить такое укрытие? Хотя, может оно было — здание, имею в виду — местной администрацией или иным строением, где обитал или обитали шишки этого поселения. А подвал планировался, как убежище на случай непредвиденных происшествий.

— Что там у вас? — окликнул я парней, копошившихся с аппаратурой. Сам я стоял возле люка, контролируя и оценивая обстановку снаружи по доносившимся звукам.

— Уже почти все, — ответил Леший, — Осталось подключить аккумуляторы и включить питание компов.

Что ж, боги нам в помощь. Если все получится… Свалится хотя бы одна из висящих над нами проблем.

Кстати, о проблемах. Раз уж выдалось немного свободного времени, то надо сделать то, что я собирался. Что именно? Да отправить кланам и просто знакомым искателям сведения относительно новой пакости от грибницы, насчет меняющихся и становящихся более опасными зомби. Ну что, начнем… Мамонту, будь он неладен, жмотина невероятная, да его помощникам продублируем, начиная с Филина. Этот точно не зажмет сведения, я его знаю. Прочим своим приятелям, с кем побродил по Мутагену. Да еще пусть среди таких же одиночек распространят.

Темным кланам, благо контакты у меня среди них неплохие, потом Маршалу. Именно Маршалу, потому как лучше уж пусть он сам передает лидеру Ордена Грани эти сведения. Там у них течкая иерархия, в которой разбираться, только мозги себе ломать. И напоследок Рейтару — нынешнему главе Простора. Этому можно напрямую, такова уж специфика этих людей. Все? Пожалуй и все. Пора возвращаться к иным делам, тем паче Хват с Лешим вроде как закончили собирать и настраивать аппаратуру.

Глава 8

— Ничего себе фигня, — ошарашено выдохнул Хват, наблюдая яркий столб света, бьющий из тарелки излучателя в пол. — Это так и должно быть?

— Не знаю, — протянул я, сам пораженный видимым эффектом после включения аппаратуры. — Свет я видел только в момент перехода, но вот так что бы он шел из излучателя — не припоминаю?

Надо объяснить, отчего откуда взялось наше удивленное состояние. Как только парни подключили оборудование и запустили питание, из излучателя ударил столб света — ослепительно — белого. Создавалось впечатление огромной лампы «дневного света», поставленной вертикально. Про такой эффект ни мне, ни моим напарникам ничего не говорилось. И поэтому у в голове крутились нехорошие мысли — а не нарушение это нормальной работоспособности прибора?

Все мысли о неприятном устранились через полчаса. Я с парнями был погружен в дискуссию на тему правильной работы прибора. Пару раз проскакивало предложение отключить, разобрать и заново собрать «чудо техники». Скрипя зубами, я уже почти согласился с ним, когда свечение излучателя резко снизилось, перейдя в ярко — желтый цвет, а секундой позже из этого светящегося столба едва ли не выпала человеческая фигура. Незнакомец, облаченный в черный комбез наподобие тех, в которые облачили нас при переходе в эту реальность, держал в руках «печенег» и водил по сторонам его стволом. Несколько минут мы смотрели на него, а тот стоял на своем месте, словно не замечая нас. Только немного покачивался, словно только что слез с качелей после нескольких часов, проведенных на них.

— Эй, парень, — нарушил подзатянувшееся молчание Хват, — Ты откуда будешь и вообще кто такой?

Ответом было резкое движение в нашу сторону незнакомца и неожиданная очередь из пулемета. Только чудо и общее — контуженное после перехода — состояние пулеметчика, не предусматривающее меткой стрельбы на слух, позволило нам остаться в живых. Пулеметная стрельба в тесном пространстве подвала изрядно нас оглушила, но вместе с тем и придала решительности. Неожиданная опасность, свистящая вокруг свинцовая смерть, напор адреналина — все это как нельзя лучше способствует быстрой и верной реакции на происходящее. Стрелок еще не успел отпустить спусковой крючок, как ему под ноги подкатился Хват, задирая одной рукой ствол оружия в потолок, а второй подбивая под сгиб колени. А там и мы с Лешим подтянулись, помогая в обезоруживание противника. Стянув тому руки за спиною снятым с пулемета ремнем, мы перевернули его на спину.

— Тю, — удивленно произнес Хват, когда снял с незнакомца маску со шлемом и капюшоном костюма, — Это же Хомяк собственной персоной. Чудило, ты зачем в нас палил? Даже не знаю теперь — в морду дать или пулу в твою глупую голову засадить.

Услышав речь моего напарника, связанный человек завозился на полу и повернул голову в сторону говорившего искателя, часто моргая и прищуриваясь, словно пытаясь сфокусировать зрение.

— Хват, ты что ли? — голос незнакомца был хриплым и басовитым.

— А то кто ж еще! Папы Римского тут нет, министра обороны тоже не присутствует. Я тебя еще раз спрашиваю, ты чего по добрым людям шмалять вздумал, уж не получил ли ты, часом, приказ на наше устранение?

— Ты дурак или прикидываешься, Хват? — немного удивлено и самую малость зло проговорил тот. — Я после этого чертового перехода словно контуженый был, а тут еще и голос раздается не пойми откуда. Вот и отреагировал совершенно на автомате, как было вбито за время службы. Слушайте, может освободите руки‑то, вроде разобрались, что все свои.

— Мы еще не разобрались в этом, — хмуро ответил я, останавливая потянувшегося к путам Лешего, — Твое объяснение насчет неожиданности оклика меня не устраивает, да еще и контуженность приплел, хотя признаков ее я не вижу. А после перехода лично у нас троих ничего подобного не было. Мало того, за то время, что ты тут простоял, можно было десять раз прийти в себя. Колись, давай, зачем нас убить хотел.

Из последующего разговора я выяснил вот какую картину. Этот эффект, что мы с парнями наблюдали сейчас — то самое неожиданно образовавшееся свечение — присутствовал и в нашем родном мире. Появился он неожиданно и заставил ученых изрядно поволноваться. Мысль о том, что это мог быть сбой, приходила им в головы, но совсем не помешала запустить под излучатель первопроходца в виде Хомяка. Тот внутренне трясся, но шагнул в столб света сразу же после отдачи приказа.

Почему ученые и руководство не попробовало первоначально закинуть сюда какое‑нибудь животное — ума не приложу. Ту же псину средней блохастости можно было притащить с территории научного городка и запустить сюда. Думается мне, что до любого из нашей троицы дошла бы мысль при виде появившегося животного, что это проверка. После этого закинули бы животину обратно, убедив ученых в безопасности и работоспособности прохода.

Ан нет, тем захотелось немедленно испытать и проверить, так сказать, человеческий фактор. С другой стороны, по словам Хомяка, там всех подгонял полковник. Может, его команды и сыграли свою роль в этой спешке. После того, как боец шагнул в светящейся столб, он потерял чувство пространства — времени, да к тому же полностью потерял ориентацию в пространстве. Не стало ни верха, ни низа, любые возможные ориентиры отсутствовали, что никак не могло положительно сказаться на психологическом состоянии. Испугавшись, он дернулся вперед и оказался в подвале.