Последний Паладин. Том 8 - Роман Саваровский

class="p1">Его не убили и не изгнали. Лиорно ушел сам.

Вздохнув, я взял пустую урну и выбрался наружу. Макс подпирал дерево в двух метрах слева. Бледный как восставший мертвец, блондин оглядел тускло сияющую урну в моей руке, после чего с кряхтением выудил из кармана чудом уцелевшую бутылку Ильретеевского темного и жадно приложился к горлышку.

После чего громко выдохнул и поднял взгляд на меня.

— Это ведь был Свет Преисподней? — сухо спросил он.

— Он самый.

Макс кивнул своим мыслям, отпил еще один смачный глоток и вновь покосился на урну в моих руках, а потом глянул на место, из которого я вышел. Туда, где еще продолжали улетучиваться в воздухе крошечные частички тусклого Света.

— Он самый, — беззлобно передразнил меня Макс, — ты выжил в эпицентре техники, одна крупица которой способна уничтожить даже Ратника Света, не говоря уж о теневике. В руках ты беззаботно держишь заряженную на неприкосновенность Реликвию Света, а твои ладони фонят остаточным следом применения Стихии Смерти. Прости, Маркус, но я должен спросить. Кто ты, мать твою, такой?

— Ты уверен, что хочешь знать ответ? — спокойно спросил я.

— Поверь, с момента нашего знакомства я задавал себе этот вопрос не одну сотню раз, — усмехнулся Макс, — так что да, я уверен.

— И готов ответить мне тем же? — лениво поинтересовался я.

— Тем же? — поплыла вверх бровь молодого блондина.

— Не играй дурачка, Макс, тебе это не идет, — улыбнулся я.

— Ладно… — неохотно скривился парнишка и поднял на меня необычно серьезный взгляд, — равноценный обмен, значит. Будь по-твоему, Маркус. Меня зовут Максимиллиан Третий, действующий Князь Молнии, приятно познакомиться, — не моргая представился блондин и протянул руку.

Глава 15

— А тот старик с коронации, значит… — задумчиво потер я подбородок.

— Мой полный тезка и очень талантливый актер, — улыбнулся Максимиллиан, — его аспект внушения порой настолько убедительный, что я сам забываюсь и верю в его приказы, — хмыкнул парень и выжидающе уставился на меня.

— Что ж, а меня все еще зовут Маркус, — пожав плечами, ответил я на рукопожатие, и чуть задержавшись взглядом на пылающих нетерпением голубых глазах, добавил, — Паладин Маркус.

— И какой Стихией ты оперируешь, Паладин Маркус? — ничуть не удивившись, спросил Максимиллиан.

Ну да, у него же есть Диана. Логично, что им удалось сопоставить два и два и выстроить кое-какие догадки. Ну или подслушать парочку других особо догадливых лиц.

И именно потому, что знал, Макс и не лез ко мне с распроссами, но сегодня вот не сдержался. Да и я не особо уже перед ним скрывался, если уж говорить начистоту.

Мог ли я более незаметно упокоить душу Лиорно?

Да мог. Более затратно энергетически, но тем не менее.

Также я вполне мог оказаться на вершине холма быстрее Макса или оставить в деревне, или вовсе не брать его с собой в поездку.

Но я взял, а потом сделал так, что к надгробию мы пришли одновременно.

Зачем?

Хороший вопрос, на который у меня сейчас не было однозначного ответа.

— Ты ведь уже и сам понял какой Стихией, не так ли? — хлопнул я парня по плечу и, сунув урну в рюкзак, повернулся в сторону леса.

Вдохнул холодный свежий воздух полной грудью и поднял взгляд наверх. Гнетущие низкие тучи уже рассеялись, а небо начало светлеть в предрассветном состоянии, вытаскивая из полумрака изуродованные тела убитых «бегунов».

— И зачем ты вернулся? — осторожно спросил Максимиллиан, поравнявшись со мной.

— Не зачем вернулся, а почему, ваше княжеское сиятельство, — с театральным поклоном поправил я.

— Называй меня и дальше просто Максом, будь добр, — скривился блондин.

— Подумаю, — лениво расправил я плечи и сладко потянулся.

— Ну блин, — тяжело вздохнул тот и вернул взгляд на меня, — так почему ты вернулся?

— Разве не очевидно? — обвел я взглядом светлеющий горизонт, — потому что здесь мой дом.

— Действительно, очевидно, — согласился Макс и протянул мне последнюю бутылочку.

— Оставь себе, приятель, — хмыкнул я, — тебе нужнее.

Поначалу Макс не понял, что я имею в виду, а когда понял, то обнял бутылку словно родного ребенка и отстранился от меня в сторону.

— Ты же сказал, что у тебя тридцать семь… — хмуро пробубнил Макс.

— Пока что тридцать семь, — сделав акцент на начале фразы, ответил я и хрустнул затекшей в узкой пещерке шеей.

— В каком это смысле? Они ведь уже все… — в сердцах возмутился опешивший Макс и указав рукой на кровавый склон холма, подавился фразой и уже без всякой уверенности тихо добавил, — умерли…

Конечно, откуда взяться уверенности, когда трупы на которых ты указываешь, начинают медленно подниматься на ноги, а их глаза в такт рассвету ярко сияют семью цветами проклятой энергии.

* * *

Невысокий мужчина неопределенного возраста медленно брел вперед с опущенной головой. Его крепко сшитое кимоно, восточная внешность и голубая катана сильно бы выделялись на улицах Империи, но брел Самурай по нелюдимой и неухоженной горной тропе.

Кажется, столица осталась позади, но как давно это случилось, Нобу не помнил.

Также он не помнил как попал на эту тропу и где, она собственно, вообще находится. Мысли Самурая были где-то далеко отсюда, а тело просто по инерции продолжало двигаться.

Босые ноги были сбиты в кровь, руки испестрены свежими царапинами от густого кустарника, а голову припекало рассветное солнце. Мужчина брел и думал, как он докатился до жизни такой.

Пытался прокрутить в голове все события и понять, где он допустил ошибку. С какого момента все пошло не так.

Вот, сегодня он приезжает в столицу Империи желанным гостем, видным женихом сестры влиятельного Князя, гены которой по мнению старейшин способны дать жизнь «буси», а уже завтра… эх.

Дом Идэ возлагал большие надежды на Самурая и все карты были у Нобу на руках. Но тогда как так вышло, что его невеста сбежала из столицы, а влиятельный Князь вежливо отказывается от своих же обещаний⁈

Как так вышло, что Дом Идэ, пришедший в Империю первым и уже имеющий союзника внутри и крепкие связи, оказался в отстающих⁈

В воспоминаниях Нобу вновь вспыхнули сцены той злосчастной встречи с которой он сейчас шел и от досады он схватился за рукоять катаны, полный