Диагноз - Мария Карташева

class="subtitle">Республика Алтай, недалеко от фермы-отеля, 25 сентября

В первую секунду, когда Кира услышала голос, идущий из ниоткуда, она подумала, что всё-таки повредилась головой от переживаний, и даже загрустила, потому что объективно понимала, что безумие будет активно пожирать реальность, и кто знает, картинки из каких миров начнёт транслировать воспалённый мозг.

– Девушка, пожалуйста, быстрее.

– Откуда вы говорите? – треснувшим от напряжения голосом спросила Кира.

– Господи, да соображайте вы быстрее. Вон дерево рядом с вами, камера на нём висит и микрофон с громкоговорителем. Запоминайте, что нужно сделать. Поверните голову, – сказал мужской голос, – да не туда, – раздражённо проговорил мужчина, – видите завал деревьев?

Кира и правда рассмотрела под размётанным снегом несколько сваленных в кучу деревьев.

– И что?

– Подойдите поближе, под деревьями что-то вроде насыпи, нужно найти дверь и открыть её.

– Какую дверь? – всё ещё пытаясь осмыслить происходящее, спросила Кира.

– Девушка, ну не тупите, – рявкнул другой голос, – мы сейчас передохнем все от недостатка воздуха. Здесь куча народу под землёй. Ну-ка соберитесь и сделайте то, что вам сказали, нам нужно отсюда уходить. Пожалуйста, спасите нас. – голос смолк, и пространство снова стало молчаливым.

Окрик отрезвил Киру, она, тревожно оглядываясь по сторонам, пошла к завалу, стряхнула лёгкий снег, но ничего, кроме перепутанной мешанины хворостин, не обнаружила. Обойдя с нескольких сторон груду валежника, Кира остановилась в нерешительности и вдруг в вакууме абсолютной тишины услышала глухие удары, словно идущие из-под земли. Кира, раздвинув несколько больших ветвей, почти подобралась к тому месту, откуда шёл звук, но увидела, что упавшее дерево почти полностью перегораживает подступы к деревянному щиту, который и был искомой дверью.

Девушка подползла как можно ближе к стволу, просунула руку и несколько раз стукнула по грубо обработанному полотну, и в ответ сразу же понёсся дробный перестук, застрявших в подземелье людей, уже отчаявшихся выйти наружу.

– Да как же я эту кучу растащу, – отступив на несколько шагов, сама у себя спросила Кира. – А что если стволы к машине прицепить?

Кира бросилась бежать к автомобилю, открыла багажник, вытащила оттуда трос и, упав на водительское сиденье, на несколько секунд замерла:

– Только бы завелась.

Машина прочихалась, немного поупрямилась, но всё-таки взревела мотором, и Кира, не дожидаясь, пока авто окончательно проснётся, резко сдала назад и подъехала как можно ближе к поваленным деревьям. Быстро разгадав головоломку перепутанных стволов, девушка зацепила трос за один ствол, потом быстро справилась со вторым, но третье, именно то, что прижимало дверцу, было самым большим, и девушке никак не удавалось сдвинуть его хоть немного, хотя внутри салона уже отчаянно воняло гарью подпаленного сцепления.

– Что делать-то? – спросила она сама у себя. Вдруг рука сама потянулась к замку зажигания, и Кира резко повернула ключи, чтобы заглушить машину.

Впереди неё, пересекая полосы, оставленные машиной в снегу, пьяно шатаясь, шли двое, бывшие когда-то людьми. Они бесцельно водили головами в разные стороны, принюхивались к воздуху и, пройдя мимо окаменевшей от страха Киры, начали удаляться. Подождав, пока они пропадут из вида, девушка вдруг сообразила, что доски дверного щита были прикручены саморезами, а в багажнике она увидела крестовую отвёртку.

Выскочив наружу, девушка открыла скрипнувшую крышку багажника, выхватила отвёртку и поползла к деревянному щиту. Давно закрученные саморезы поддались не сразу, но Кира, с силой вдавливая крестовину, всё-таки подцепила упрямую железку и выкрутила первый шуруп, дальше дело пошло веселее и вскоре, вытащив первую доску, девушку глянула в тёмную прореху и увидела бледные пятна перепуганных лиц.

– Здрасьте. – выдавила она из себя. – Тут дерево лежит, мне его вообще никак не убрать, могу ещё пару досок открутить, но это всё. – она помолчала. – И там двое сейчас прошли, ну те, которые эти.

– Ты можешь расширить лаз? – спросил Толоконников.

– Да, сейчас. – Кира поддела ещё одну доску, закусила нижнюю губу и стала снова крутить закисшие в мёрзлом дереве саморезы.

– Народ, не толпитесь. – негромко сказал Костя. – Мы себе же хуже делаем.

– Уже совсем дышать нечем, – послышался слабый женский голос.

– Потерпите, немного осталось, тем более доступ к свежему воздуху уже есть.

Кира, сделав ещё одно усилие, еле разжала пальцы, одеревеневшие от обжигающего холода, стянула с шеи шарф, замотала уже ничего не чувствующие пальцы и, поудобнее ухватившись за доску, крикнула:

– Ну давайте, толкайте же!

Тяжело дыша, Кира несколько раз рванула и повалилась на спину, когда доска неожиданно поддалась и отлетела. Из тёмного прохода на улицу выбрались двое мужчин, один молча взял у девушки отвёртку, раскрутил оставшиеся доски и, оценив проём, начал помогать выбираться остальным.

– Все? – жмурясь от яркого света, спросил Толоконников, когда с большим трудом удалось достать бабу Васю, а потом носилки.

– Все. – покивал Костя. – Сейчас только Суслик с Немцем провизию достанут.

– Тогда быстро уходим.

– Куда пойдём?

– На железнодорожную станцию. Это наш единственный шанс, там есть электричество, даже какая-то машина вроде стояла. Если танки стоят, значит, рядом часть, а отсюда вывод, что есть и склад с провизией.

– Эй, – Толоконников махнул топтавшемуся неподалёку Максиму, – ты говорил, что фермы типа твоей есть в округе. Может, есть вариант связаться, чтобы они помощь прислали?

– Я в самом начале везде разослал сигнал бедствия, но пока отклика нет. – буркнул мужчина. – По-хорошему нас здесь не пришлая девушка должна была ждать, а команда спецов.

– Понятно. Далеко до какой-нибудь фермы? Станция, о которой мы говорили, называется Новоавдеевка. Что-нибудь ближе знаешь?

– Однозначно станция, – уверенно сказал мужчина, – наши объекты на серьёзном удалении друг от друга, а жэдэшка, – Максим несколько секунд помолчал, простреливая взглядом пространство, – в той стороне, и к вечеру мы можем быть на месте.

– Дай бог. – вздохнул Костя и коротко глянул на подрагивающую от холода Лилинг. – Миша, я, если честно, плохо себе представляю, как мы туда дойдём. За день не покроем такое расстояние: все уставшие, голодные, а если мороз к вечеру усилится, то это точно нас добьёт.

– Костя, а какие есть варианты? – развёл руками Толоконников. – На ходу? – кивнув на машину, спросил он у Киры, разглядывающей сбившихся в стайку людей.

– А толку? – девушка потрясла головой, – снега нанесло, не проедет дальше. Она уже буксанула несколько раз, пока я сюда доехала.

– Посмотрим. – выдохнул Толоконников и глянул на Суслика и Немца, тянувших изнутри тёмного жерла подземного коридора несколько коробок. – Давайте быстрее. На сколько нам там еды хватит?

– На сегодня. – буркнул Суслик и мазнул взглядом по Кире. – Спасибо. Спасла.

– Обращайтесь, – поджав губы, сказала девушка. – У меня в машине тоже еда есть. Что смогла, с собой забрала.

Костя утвердительно покивал и, обойдя машину, потоптался вокруг неё.

– Снег первый, лёгкий,